Предыдущая часть:
В разгар веселья Петров сделал то, что от него никто не ожидал. Попросив минутку внимания и дождавшись, пока шумная компания утихнет, он поднял бокал и стал чествовать Наташу.
— Я предлагаю отметить заслуги нашей Сидоровой, — сказал он, обводя взглядом всех собравшихся. — Все годы учёбы она всем нам помогала. И чего греха таить? Мой диплом — это отражение её ума, внимательности и доброго сердца.
Все захлопали, но Дмитрий приложил указательный палец к губам, снова призывая к тишине, и продолжил:
— За это я её и полюбил, и сейчас перед всеми вами прошу её стать моей женой, — добавил он, ставя бокал и поворачиваясь к Наташе.
Под аплодисменты, свист и улюлюканье Дмитрий достал из кармана небольшую коробочку и, открыв её, протянул Наташе.
— Это кольцо в знак моих чувств, и оно твоё, — сказал он, беря её руку. — Независимо от того, согласна ты выйти за меня замуж или нет, ты станешь моей женой.
Екатерина отрицательно покачала головой. Только этот жест Наташа не заметила. Она в этот момент вообще не видела никого вокруг, кроме своего обожаемого Дмитрия, и тихо, но отчётливо ответила:
— Да.
Зазвучали поздравления, пожелания, и только Орлова волновалась за подругу, которая, похоже, и в самом деле поверила в искренность Петрова. Позже, когда компания временно разбрелась кто куда — купаться, подправить макияж, потанцевать, — за большим столом остались только Лёша и Дмитрий. Оглядевшись и успокоившись, Воронин поинтересовался:
— Петров, это что за представление? — спросил он, наклоняясь ближе. — Диплом, считай, уже в кармане. Осталось только корочки получить. Зачем тебе с Сидоровой отношения продолжать?
— Не твоя забота, Лёшка, — отрезал Дмитрий, откидываясь на стуле. — Я знаю, что делаю.
Воронин не унимался.
— Блин, Димка, Сидорова же невзрачная, — продолжил он, понижая голос. — Вокруг столько более симпатичных вариантов. Или что, ты привык к её посредственной внешности, а?
— А ты, Воронин, слепой и дальше своего конопатого носа не видишь? — не остался в долгу приятель Дмитрий.
Надо мыслить стратегически. Мне Наташа по секрету рассказала, что успешно прошла собеседование у Екатерининого отца и будет типа как заправляющей в новом направлении компании Орлова. И зарплату ей на первое время обещают под полтинник. Не долларов, конечно, но всё равно не кисло. А к тому же разве любящая жена оставит мужа нетрудоустроенным? Да ни за что. Так что считай, наша свадьба — гарантия моей непыльной и хорошо оплачиваемой работы.
— Потрясающе, Димка, — сказал Алексей, усмехаясь. — Даже завидую твоей хитрости. Надо же, подсуетился.
— Ну а что? — хохотнул Дмитрий и, понизив голос, признался. — Надо же пользоваться тем, что Сидорова ко мне липнет. А я после общения с ней частенько к более симпатичным дамам бегаю, чтобы по-настоящему развлечься.
Когда к столу вернулась Наташа, Петров продолжил играть роль влюблённого жениха и предложил:
— Всё, прямо сейчас пойдём знакомиться с моими родителями и брата с семьёй позовём, — сказал он, беря её за руку. — Пора тебе уже становиться частью моей семьи. Ну а всех, кто здесь находится, мы приглашаем на наш праздник. Время и место сообщим дополнительно.
Появление не совсем трезвого сына в компании смущающейся девушки вызвало в семье Петровых небольшой переполох. Они, конечно, раньше видели и Наташу, и вообще всю группу Дмитрия как минимум на фото, но никак не ожидали, что скромная неяркая девушка завоюет сердце их легкомысленного родственника. Поначалу все ощущали себя неловко, но атмосфера разрядилась после того, как в квартире появилась семья Андрея. Непоседливые девочки вовлекли собравшихся в милые детские игры, и все невольно развеселились, и даже Наташа почувствовала себя своей среди своих. Немного удивляли её только взгляды, которые бросал на неё старший брат любимого. Было в них что-то смущающее, то ли сочувствие, то ли обеспокоенность. Впрочем, у девушки не было времени на то, чтобы в этом разобраться. К тому же она была счастлива и решила, что ничего странного нет. Просто старший брат присматривается к избраннице младшего, чтобы понять, не совершает ли он ошибку.
Свадьбу Наташа и Дмитрий сыграли весёлую, молодёжную. Молодая жена была счастлива и мечтала, что любимый всегда будет рядом. Благодаря её протекции мужа взяли в компанию Орлова на должность менеджера по связям с общественностью. Симпатичная внешность Петрова и его личное обаяние казались как нельзя кстати. Ему не хватало знаний, но он не огорчался, ведь если возникали какие-то затруднения по специфике направления, он с лёгкостью получал все разъяснения у Натальи, которая трудилась с максимальной отдачей, вникая во все рабочие вопросы. Дмитрий всегда был на виду, встречался с заказчиками и партнёрами и, обладая цепкой памятью и умением говорить, довольно скоро стал чувствовать себя уверенно в принятии решений.
В целом Наташа была вполне довольна своим браком, хотя иногда с грустью думала о том, что муж относится к ней больше как к соратнице, а не как к любимой женщине.
— Не знаю, Екатерина, — откровенничала она с бывшей однокурсницей, ставшей ей теперь и начальницей, и подругой. — Может, спокойные отношения лучше? Пусть между мной и Димой нет бурных страстей, но зато и никто не бьёт посуду, не устраивает скандалов.
— Ну, наверное, ты права, — соглашалась Екатерина, не желая расстраивать подругу своими подозрениями в адрес её мужа.
Она неоднократно замечала, как Дмитрий напропалую заигрывает и с коллегами, и с посетителями офиса, и молчала, чтобы не поссориться с подругой, которая и спустя пять лет после свадьбы была сильно влюблена в собственного мужа.
Наташа немало настрадалась ради благополучия семьи, и свёкор со свекровью души не чаяли в скромной трудолюбивой невестке. Их немного огорчало, что младший сын никак не порадует их внуками, но не надоедали с бестактными вопросами и просто терпеливо ждали. Дмитрий же, когда жена поднимала тему пополнения состава семьи, всегда говорил примерно одно и то же:
— Милая, надо прежде всего подготовиться в финансовом плане, а уже потом рожать ребёнка, — объяснял он, отводя взгляд. — Разве ты этого не понимаешь?
— Конечно, понимаю, — отвечала Наташа и ещё упорнее трудилась, чтобы Дмитрий наконец решился стать отцом.
У них появилась квартира, пусть и в ипотеку, а совсем недавно, благодаря неожиданной щедрости мачехи, выплатившей Наташе стоимость доли в квартире, получилось облегчить условия и сократить ежемесячный платёж банку. Однако всё равно было непросто, и женщина, порой экономя на своих потребностях, не забывала баловать мужа. Когда Дмитрий загорелся идеей купить иномарку, Наташа, понимая, что большой кредит они не потянут, обратилась к отцу Екатерины. Владимир Иванович, выслушав молодую сотрудницу, разрешил ей оформить беспроцентную ссуду.
Со стороны казалось, что в семье Петровых всё хорошо. Однако Наташа и сама не подозревала, насколько она успела надоесть Дмитрию. Его раздражало абсолютно всё: успехи нелюбимой жены на работе, её милое общение с его родителями и семьёй брата, её готовность во всём ему потакать. Как-то, вернувшись домой ещё позже трудолюбивой Натальи, он вяло ковырялся в тарелке с салатом, вылавливая оттуда креветок, а потом, потеряв терпение и бросив вилку, возмутился:
— А нельзя было всё по отдельности подать? — спросил он, отодвигая тарелку. — И вообще скучно, Наташа. Ты уже пять лет готовишь один и тот же салат почти еженедельно. Надоело.
— Так это твой любимый салат? Ты же говорил, что тазиками его можешь есть. Мог бы меня просто предупредить. Я бы все ингредиенты отдельно перед тобой расставила. Не пойму, разве это проблема? — удивилась она, ставя чайник.
От вечной готовности Натальи всё аргументированно обосновать Дмитрий сознался:
— Конечно, не в салате дело, — сказал он, вставая из-за стола. — Точнее, не только в нём. Да с тобой же, Наташка, можно со скуки подохнуть. Вся такая правильная, что мне иногда кажется, что меня твоим нимбом ослепит.
— Так я же тебе, Дима, множество развлечений предлагаю, — ответила она, наливая чай. — Но ты не хочешь ни в театр, ни на прогулку, ни на природу, даже на дачу к твоим родителям я езжу одна.
— Потому что мне эти все варианты времяпрепровождения неинтересны, — отрезал он, расхаживая по кухне. — Как ты не понимаешь? Мне нужен простор, свобода, а у тебя же всё по линеечке, скучно. В общем, Наташа, к чему нам жить вместе и мучиться? Нам надо развестись.
Дмитрий ждал чего угодно, только не замораживающего спокойствия, с которым Наташа окинула его взглядом и произнесла:
— Без проблем, — сказала она, ставя чашку на стол. — Развод меня и не удивляет, и даже не расстраивает. Только учти, я не собираюсь капитулировать и оставлять тебе всё, что у нас появилось в браке. Я имею право и на долю в квартире, и на часть остального совместно нажитого имущества.
Развод стал внезапным, но Наташа подозревала о недовольстве мужа, видя его флирт с другими.
Казалось, Дима впервые увидел свою жену, оказавшуюся несгибаемой и твёрдой, и, помолчав несколько секунд, возмутился:
— Вот как ты заговорила, да? — сказал он, подходя ближе. — Практичность в тебе проснулась и меркантильность следом последовала. Ну, значит, готовься к суду, Наташа.
— Хорошо, Дима, как скажешь, — ответила она, не отводя глаз. — Кстати, и уезжать из нашей — Наташа выделила местоимение интонацией — квартиры я не собираюсь, так что придётся тебе меня ещё потерпеть и поскучать.
Совместное проживание Петровых лишилось даже малейших признаков романтики, но молодая женщина не собиралась уступать. К тому же и верная Екатерина, узнавшая про крах семейной жизни подруги, поддержала, как могла.
— Не стоит, Димка, твоих слёз и огорчений, — сказала она, обнимая Наташу. — Я не знаю, куда смотрят его глаза, но такую, как ты, ему точно больше нигде не найти.
— Спасибо, Екатерина, — ответила Наташа, вздыхая. — Но ему, похоже, такая, как я, и не требуется. Я на днях видела, проезжая мимо кафе, как он с какой-то высоченной брюнеткой обнимается.
— Ну и пусть катится, раз не умеет в людях разбираться, — отмахнулась Екатерина. — Так, подожди немного, Наташа. Сейчас я юриста попрошу подойти. Олег Владимирович, даже если сам не возьмётся за твоё дело, непременно посоветует толкового и проверенного специалиста.
Когда импозантный мужчина, постучав, появился в кабинете Екатерины, она сама поспешила уйти, отговорившись, что ей срочно надо в отдел закупок. Хотя на самом деле ей просто хотелось, чтобы подруга чувствовала себя комфортно, разговаривая с юристом о деликатной проблеме развода. Олег Владимирович, выслушав Наташу, пообещал:
— Ну, в обиду я тебя не дам, — сказал он, записывая детали. — Отсудим всё, что положено.
Слухи о предстоящем разводе Петровых быстро разошлись по офису и какими-то неведомыми путями дошли до Бобринского, и тот решил поговорить с Наташей. Подкараулив её у офиса, он начал разговор с лести, а потом перешёл к цели подстроенной встречи.
— Слушай, у меня на Димку компромат шикарный имеется, просто ошеломительный, — сказал он, подходя ближе.
Перебить Бобринского было невозможно. Так торопился он сделать подлянку бывшему другу.
— Я записал несколько очень интересных разговоров, в том числе и в день вашей, так сказать, помолвки, — продолжил он, доставая телефон. — Ну помнишь, мы тогда всей толпой на набережной тусили.
— Конечно, помню, Сергей, но шантаж меня не интересует, — ответила Наташа, отстраняясь. — И вообще вредить Димке я не собираюсь.
— Ну и дура, — разозлился Сергей. — Просто необходимо, чтобы его кто-нибудь осадил, а то он так и будет ощущать своё превосходство.
— Спасибо, но мне это всё равно, — отрезала она. — И больше даже не пытайся вывести меня из равновесия.
В коридоре перед кабинетом мирового судьи было душно и напряжённо. Дима злился. Натальи, такой пунктуальной, старающейся обычно на важные встречи приходить заранее, всё ещё не было, а до заседания оставалось всего пять минут. Когда наконец она появилась, мужчина, желая ей сделать побольнее, вынул из кошелька купюру с изображением Владивостока и, улыбаясь, пояснил:
— Держи, дорогая, и ни в чём себе не отказывай, — сказал он, протягивая банкноту. — Уж без куска хлеба я тебя не оставлю.
Едва эти обидные фразы были произнесены, как Дмитрий увидел за спиной жены старую цыганку из особняка, в который он проник пять лет назад, и ему стало не по себе. Мужчина пытался убедить себя в том, что фантазия сыграла с ним дурную шутку и он обознался. Ведь в самом деле, почему бы всем пожилым цыганкам не выглядеть одинаково? Да и кто вглядывается, когда спешит? Пока Дмитрий думал о предсказании старой гадалки, его по-хозяйски и не смущаясь присутствия Натальи постучала по плечу длинногая брюнетка в коротком обтягивающем платье и спросила:
— Что, уже выплатил своей зануде содержание? — поинтересовалась она, обнимая его за плечи.
Наташе стало противно. Конечно, она практически была уверена, что муж уже нашёл ей замену, но никак не ожидала, что столкнётся с разлучницей при таких обстоятельствах. К её удивлению, Дмитрий тоже не слишком обрадовался появлению своей любовницы.
— А зачем ты сюда пришла, Марина? — поинтересовался мужчина, обернувшись.
— Просто поддержать тебя хотела, — надула и без того пухлые губы брюнетка. — Ну ладно, если мешаю, то в машине подожду тебя.
Когда Дима обернулся снова к пока ещё законной жене, на её лице он заметил не грусть или злость, а что-то вроде выражения разочарования. А вот цыганки позади Натальи уже не было. Дмитрий подумал, что, вероятно, старуха-цыганка зашла в какой-нибудь кабинет или же просто была игрой воображения. Впрочем, размышлять было некогда, потому что его и Наташу пригласили к судье. Оставалось лишь одеться и приступить к отстаиванию своих прав.
Мировая судья, явно испытывая скуку от необходимости в очередной раз выслушивать подробности чужих жизненных катаклизмов, выслушала и Дмитрия, и Наталью. Оглашение решения тоже долго ждать не пришлось. Дмитрию достался автомобиль и квартира, а также часть денег с общего счёта; Наташе — половина сбережений и право на часть недвижимости. Ведь автомобиль оказался не их семейным, а предусмотрительно оформленным на старшего брата.
Однако радость оказалась преждевременной. Дмитрий и не подозревал, что его благополучие зависело от жены. Некому стало обеспечивать его комфорт. Ведь красивая Марина предпочитала заботиться исключительно о себе самой. Родители Дмитрия с его новой избранницей общего языка не нашли, да и с работой стало неважно. Работать в компании, где осталась Наташа, ему мешала гордость и осознание того, что терпеть его точно не станут, а новый проект постоянно буксовал.
По иронии судьбы, мужчина и его новая подруга попали в аварию на той самой машине, которую Дмитрий оформил на своего брата. Марина была за рулём, не справившись с управлением на скользкой дороге. Наталья, услышав по телефону незнакомку, сообщившую печальную новость, ответила:
— Я ему уже бывшая жена, и вряд ли чем помогу, — сказала она, ставя телефон на зарядку.
— Но вещи-то вы способны привести? — раздался недовольный голос.
Но потом звонившая женщина внезапно смягчилась и призналась:
— Впрочем, это ваше дело, — добавила она, вздыхая. — Тут я судить вас не вправе. Я своему бывшему мужу и снега бы зимой не насыпала, честно говоря.
Несмотря на обиду, Наташа приехала в больницу и терпеливо пояснила, что пришла к Дмитрию Петровичу Петрову.
— Обождите! — приказала охранница и, нажав несколько кнопок, прижала телефонную трубку к уху и громко заговорила. — Тут к Петрову пришла дамочка, вроде говорит, что ей звонили. Пропускаю.
— Идите, — махнула охранница рукой.
А в палате на Наташу накинулась медсестра.
— Что же вы? — спросила она, уперев руки в бока. — Муж лежит третий день, а вам и дела нет.
Наташа промолчала. Ей не хотелось ничего объяснять. Пакеты с продуктами и вещами, собранными по списку, оттягивали руку, словно там лежали кирпичи.
— Привет, Дима, — сказала она тихо и поставила пакеты на пол. — Как твоё здоровье?
Медсестра разозлилась:
— Вы мне тут бардак не разводите, ишь понаставили сумки, — проворчала она. — И вообще, кто должен за вашим мужиком ухаживать?
Наташа, не стесняясь Димы, объяснила ситуацию, и медсестра аж зацокала.
— Ну надо же, как бывает, — сказала она, качая головой. — И что делать будете?
— Я много работаю, — ответила Наташа. — И может, вы сиделку какую-нибудь знаете?
— Пойдёмте, запишу вам телефончик, — предложила медсестра.
Наташа вышла из палаты, а Дима с удивлением увидел, как по коридору идёт цыганка из особняка и крикнул:
— Снова вы!
— А, гаджо Дмитрий, здравствуй, — отозвалась она, подходя ближе. — Что, не по той дороге подался? Вот тебя и наказали. Дружок-то твой посообразительнее оказался.
— И что мне делать? — спросил он, приподнимаясь на локте. — Наташка вроде как меня простила.
— А ты у неё что, прощения просил? — поинтересовалась цыганка, скрестив руки.
— Нет, — признался Дмитрий. — Но она же пришла ко мне, сиделку пошла нанимать, значит, простила.
— Ой, глупый гаджо, ой, глупый, — покачала головой цыганка. — Да ты умолять её о прощении должен. Они принимают доброту как должное.
Когда бывшая жена вернулась в палату, Дима извинился.
— Наташа, прости меня за всё, — сказал он, беря её за руку. — Я повёл себя как самоуверенный, заносчивый. Родители были правы, когда ругали меня за развод.
— Да ладно, проехали уже, выздоравливай, — ответила она, отстраняясь.
— Но ты меня простила, — настаивал он.
— Конечно, не сомневайся, — сказала Наташа. — Я же прекрасно понимала, соглашаясь выйти замуж, что долго ты со мной жить не станешь. Пять лет — это даже долго получилось.
— Я только сейчас понял, что выбрал не ту, — признался Дмитрий, опустив взгляд.
— Ничего, поправляйся, — ответила она и вышла.
Родители вместе с нанятой сиделкой заботливо ухаживали за Дмитрием, помогая ему шаг за шагом восстанавливаться после тяжёлой аварии. Через полгода он начал ходить с поддержкой, а потом постепенно отказался от костылей. Спустя год после аварии Дмитрий смог самостоятельно дойти до ближайшего магазина, купить необходимые продукты и вернуться домой без посторонней помощи, что стало настоящим прорывом в его выздоровлении. Вскоре после этого Дмитрий нашёл подходящую работу, и постепенно его жизнь начала входить в стабильное русло, обретая новые краски. Наталья же продолжила карьеру, переехав в другой город для новой должности.
Однако двухтысячная купюра, стоило ей только попасть в руки или мелькнуть перед глазами, неизменно вызывала у Дмитрия неприятную дрожь по всему телу. Он до сих пор не мог простить себе, как унизил Наташу этой жалкой подачкой, и воспоминание об этом жгло его изнутри стыдом. Даже сейчас Дмитрий не сумел бы внятно объяснить, что именно толкнуло его на такой шаг. Вероятно, его задела та лёгкость, с которой Наташа отпустила его, не пытаясь удержать или бороться за их совместное будущее.
Размышляя обо всём произошедшем, Дмитрий в итоге решил попытаться возродить их прежние отношения и предложил Наташе начать всё с чистого листа, но она лишь отрицательно покачала головой, не скрывая решимости.
— Нет, тебе снова станет скучно, а я больше не намерена тратить годы жизни впустую, — произнесла она, скрестив руки на груди и глядя ему прямо в глаза. К тому же я переезжаю, Дима, — добавила Наташа, не удержавшись от лёгкого хвастовства в голосе. — Ты не переживай, у тебя тоже всё непременно наладится, — продолжила она с ноткой заботы. — Кстати, подожди секунду.
Наташа расстегнула потайной карманчик своего ярко-красного кошелька, достала оттуда банкноту и протянула её Дмитрию.
— Держи и ни в чём себе не отказывай, — сказала она, вкладывая купюру в его ладонь. — Я все эти годы носила её с собой и ни разу не потратила, даже в моменты, когда очень хотелось. Верила, что однажды она тебе пригодится.