Она пришла ко мне через три дня. Не в виде призрака. Через страницу моего же романа.
Я писал сцену соблазнения. Герой Матвей, опустошенный, встречает в полупустом баре женщину-загадку. Лилен. Я выписывал ее образ с особой тщательностью: запах горького миндаля и старых книг, родинка у угла губ, привычка ломать зубочистки длинными нервными пальцами.
Я дописал фразу: «Ее улыбка была обещанием рая и предвестием гибели».
И почувствовал запах. Горького миндаля и старых книг.
Я медленно поднял голову. В дверном проеме кухни стояла она. Моя Лилен. Точь-в-точь. Только взгляд был чужим — древним, холодным, изучающим.
— Не бойся, творец, — ее голос был шелестом страниц. — Я пришла не за твоей душой. Я пришла с предложением.
Она представилась Астра. Эйдолон Серого плана. Не Светоч и не Тень. Сущность, питающаяся азартом игры, сложными сюжетами, драмой.
— Тени хотят тебя поглотить. Светочи — использовать как щит. Я предлагаю партнерство. Я буду твоей музой. Я подскажу тебе ходы в этой войне. А ты... ты будешь писать для меня самые прекрасные и опасные истории. Ты будешь моим личным драматургом реальности.
Она сделала шаг вперед, и воздух заколебался.
— Откажешься — и завтра твой банкир Волков, в которого уже вселилась одна голодная Тень, не просто заберет твою квартиру. Он сожжет все твои рукописи. Вместе с тобой внутри.
Я смотрел на нее, на это идеальное воплощение моего воображения, и понимал: я уже не просто пишу книгу. Я веду переговоры с силами, для которых наша реальность — всего лишь текст. И от моего выбора зависит, стану ли я автором... или всего лишь чернильной кляксой на чужой странице.