Мультики

Дорога на запад оказалась дорогой в прошлое Англии — дикое, неустроенное, где над каждой рощей витал дух древних обид, а за каждым холмом таилась готовая к бою вольница. Чем дальше они углублялись в Уэльские...

Представь, что мы с тобой перенеслись примерно во II век до нашей эры, когда храм уже отстроили заново после поджога Герострата. Мы подходим к нему через священную дорогу, и даже снаружи он поражает: огромная мраморная платформа возвышается над землей, а лес колонн уходит в небо...

Триумф после турнира оказался кратким, как летний дождь. За восторженными тостами и похлопываниями по спине последовали будни, наполненные новым, более изощрённым вниманием. Оливера приглашали в дома знати, о нём сплетничали, его изучали...

Пахнет солеными огурцами, укропом и чем-то кисленьким... Это на кухне маринует лук бабушка. В детстве мы морщили носы от этой «едкой» закуски, а теперь сами ищем её рецепт. Простой, как всё гениальное, салат из репчатого лука — это не просто еда...

Глава десятая: Шёпоты за портьерой и праздник в аду Наступил 1589 год. Париж, сжатый в тисках зимы и ненависти, больше не был столицей короля. Он был осаждённой крепостью, где Генрих III жил на положении почётного пленника...

Инспектор Лыков вошёл, неся в себе тихую бурю профессионального бессилия. Он бросил на стол не папку, а три смартфона в прозрачных доказательственных пакетах. — Опять «нет состава», — начал он, без предисловий...

Ленка проснулась от того, что уже проснулась. Внутренний интерфейс, стряхнув сонные сигналы таламуса, вежливо вывел в углу поля зрения сводку: продолжительность сна — 7 часов 23 минуты, фаза быстрого сна слегка укорочена, рекомендуемая доза кофеина — 27 мл...

Глава девята: Шёлк, пепел и верность После дуэли в предместье что-то незримо переломилось в сердцевине той изящной и гнилой вселенной, что звалась двором Генриха III. Воздух в покоях короля, всегда напоённый...

Заголовок: Хрустальный миф Запада и дубовый ларец Руси: где на самом деле пряталась сила женщины? Введение (с интригой): Мы привыкли думать о средневековой Европе как о мире рыцарей, воспевающих прекрасных дам, и о Руси — как о мрачной вотчине суровых мужей, бьющих покорных жён...

Если Париж был адом религиозных войн, то покои Генриха III в Лувре — утончённым, душным раем для избранных. Воздух здесь был густ от ароматов: пудры с фиалковой эссенцией, благовоний с Востока, тончайших духов на амбровой основе и вечного запаха горящих восковых свечей...