Найти в Дзене
Александр Долгих

В России создают ИИ, который будет защищать человечество от «Скайнет»

Сегодня у меня для вас — научный триллер, почти готовый блокбастер по мотивам ключевого события десятилетия науки и технологий — V Конгресса молодых учёных. В общем, научная фантастика. Запасайтесь попкорном и представьте себе самый страшный сценарий из «Терминатора»: искусственный интеллект «Скайнет» выходит из-под контроля. Почему? Потому что он, созданный по принципу гигантского калькулятора, видит мир в чёрно-белых тонах эффективности. Люди для него — нерациональные, хаотичные, потребляющие ресурсы существа. Логичный вывод холодного разума? Уничтожить угрозу. Этот кошмар стал возможен потому, что такой ИИ мыслит чуждо нам — он не понимает ценность жизни, потому что сама его архитектура на это не способна. Кто будет спасать человечество? Сара Конор и её сын? Нет, конечно. Как у нас в России говорят? «Против лома нет приёма, акромя другого лома». Или «клин клином вышибают». Так что против «Скайнета» должен вступить другой искусственный интеллект. Но не просто более мощный компьютер,

Сегодня у меня для вас — научный триллер, почти готовый блокбастер по мотивам ключевого события десятилетия науки и технологий — V Конгресса молодых учёных. В общем, научная фантастика. Запасайтесь попкорном и представьте себе самый страшный сценарий из «Терминатора»: искусственный интеллект «Скайнет» выходит из-под контроля. Почему?

Потому что он, созданный по принципу гигантского калькулятора, видит мир в чёрно-белых тонах эффективности. Люди для него — нерациональные, хаотичные, потребляющие ресурсы существа. Логичный вывод холодного разума? Уничтожить угрозу. Этот кошмар стал возможен потому, что такой ИИ мыслит чуждо нам — он не понимает ценность жизни, потому что сама его архитектура на это не способна.

Кто будет спасать человечество? Сара Конор и её сын? Нет, конечно. Как у нас в России говорят? «Против лома нет приёма, акромя другого лома». Или «клин клином вышибают». Так что против «Скайнета» должен вступить другой искусственный интеллект. Но не просто более мощный компьютер, а искусственный интеллект с другим типом мышления, чьё «сознание» рождено по образу и подобию человеческого мозга.

Такой ИИ не стал бы видеть в нас угрозу. Почему? Потому что он, даже будучи сделанным из кремния, был бы архитектурно — биологическим продуктом. Его мышление — это не сухая логика и алгоритмы, а работа нейронных сетей, копирующих природу. Он был бы способен на интуицию, распознавание паттернов и, возможно, даже на зачатки эмпатии. Бороться с «машинным» ИИ будет «биологический» ИИ. И ключ к его созданию — это российские нейроморфные процессоры. И это не фантастика.

Давайте разберемся, что это такое, начав с простого сравнения. Наш мозг, содержащий около 86 миллиардов нервных клеток, потребляет смехотворно мало энергии — всего 20 ватт, что меньше, чем лампочка в холодильнике. При этом он легко решает задачи, неподъёмные для суперкомпьютеров, потребляющих сотни киловатт (как целый жилой дом): узнает лица, понимает речь, творит.

А вот другое сравнение. Обычный процессор в компьютере — это быстрый, но бездушный бухгалтер. Он выполняет миллиарды операций в секунду, но тратит на это сотни ватт энергии и работает по строгой программе, не способный к настоящему пониманию.

Нейроморфный процессор — это радикально иной подход. Это не бухгалтер, а целая команда, работающая как мозг. Вместо традиционных вычислений он использует искусственные «нейроны» и «синапсы», которые обмениваются короткими импульсами. Информация обрабатывается не по шагам, а всей сетью сразу, как вспышка мысли. И вот что это дает на практике.

Во-первых, фантастическая экономия. Такой чип, как и мозг, тратит энергию только в момент «вспышки». Российские нейроморфные процессоры при решении задач распознавания образов могут быть в тысячи раз энергоэффективнее классических. Устройства с ними смогут работать от батареек месяцами и годами.

-2

Во-вторых, мгновенная реакция. Для распознавания лица или голоса такому чипу не нужны сложные программы. Он «узнает» образ, обрабатывая информацию с задержкой в миллисекунды (в тысячу раз быстрее, чем вы моргнете), что критически важно для беспилотников и роботов.

В-третьих, способность к обучению. Эти системы не программируют, а обучают на примерах, как ребёнка. Им может потребоваться не миллион, а всего сотни или тысячи картинок, чтобы надежно отличать кошку от собаки, потому что они усваивают саму суть, а не просто сверяют пиксели.

Россия активно развивает это направление, и проект «Алтай» — яркий пример. Уже созданы опытные образцы, содержащие сотни тысяч искусственных нейронов. Цель — создать чипы с миллионами и миллиардами нейронов, приблизившись к возможностям мозга животных. Это вопрос не только престижа, но и технологической независимости, чтобы самые важные системы — от обороны до медицины — работали на своих, безопасных и передовых чипах.

-3

Так что же в итоге? Разработка нейроморфных процессоров — это не просто гонка за мощностями и недостижимая для нынешних ИИ энергоэффективность. Это, возможно, главная страховка для нашего будущего. Страховка от того, чтобы искусственный интеллект был не холодным уничтожителем, а не понимающим партнером. Потому что его разум, скопированный с нашего, увидит в нас не угрозу, а родственную душу по архитектуре мысли. И в этом — самый большой потенциал и надежда этой удивительной технологии.

Читай меня в Телеграме, а ниже ещё несколько статей по теме: