Наталья окинула придирчивым взглядом гостиную, задержавшись взглядом на журнальном столике, где она расставила всё для романтического ужина. Получилось довольно мило и без лишней вычурности, подумала она, и теперь оставалось лишь зажечь свечи. Она направилась на кухню за спичками, но в спешке не рассчитала и ощутимо врезалась в дверной косяк. Снова синяк заработаю, мысленно посетовала она, потирая ушибленное место. Кто же так планирует квартиры? Сплошные углы везде!
Чтобы оценить ущерб, Наталья подошла к зеркалу в прихожей, встроенному в шкаф, и повернулась правым боком.
— Ого! — воскликнула она, заметив на предплечье красное пятно размером с ладонь, с заметными кровоподтеками.
В сочетании с ее вечерним платьем, усыпанным блестками, эта огромная ссадина выглядела уродливо. Придется срочно переодеться во что-то другое, иначе Серёжа перепугается насмерть, увидев такую "красу". В последние четыре года для Натальи интересы любимого мужа стали превыше всего на свете. Она была готова на любые жертвы, лишь бы вызвать улыбку на его лице. Этот романтический ужин на двоих она устроила исключительно ради него, чтобы порадовать. Но удар от косяка слегка подпортил ей настроение.
Наталья поспешила в спальню, где в отдельном шкафу хранились ее наряды. Лихорадочно перебирая вешалки, она бормотала под нос:
— Это не подойдет... Этот костюм на меня уже не налезет... А вот это как раз то, что нужно.
Она вытащила из глубины гардероба костюм кремового оттенка, который надевала всего раз — в день свадьбы с Серёжей. С трудом втиснувшись в костюм (формы стали пышнее), она с досадой прошептала:
— Не знаю, от чего меня так разнесло.
Наталья никогда не отличалась стройностью. Она помнила, как мама каждый раз сетовала, когда они ехали в город за обновками для дочери в детский магазин. Отец всегда звал Наталью принцессой и с энтузиазмом участвовал в выборе одежды для нее. То, что девочке приходилось брать вещи на несколько размеров больше, Владимир Петрович не считал бедой.
— Пусть врачи твердят, что у нашей принцессы перебор с весом, а я думаю, здоровый ребенок должен иметь отменный аппетит, — говорил он. — На нашу дочурку приятно смотреть: щечки пухлые, румяные, и на ручках с ножками такие милые складочки, будто перевязанные.
Родители умилялись этими складочками, несмотря на то что с обувью всегда возникали сложности. Продавцы в отделах обливались потом, стараясь угодить влиятельным родителям. Отец Натальи занимал высокий пост чиновника, а мама слыла успешной предпринимательницей. Но редко удавалось найти обувь, подходящую по объему для малышки. Поэтому до школы Наталья носила кроссовки на пару размеров больше или матерчатые туфли, которые можно было расширить надрезами.
В школе из-за своей комплекции Наталья тоже сталкивалась с трудностями. С первого класса она слышала обидные дразнилки вроде "жирный пончик, съешь батончик". Особенно старался Дима Соловьёв. Наталья долго терпела его издевки, но однажды так огрела его рюкзаком по голове, что Дима упал без чувств. Все сбежались, засуетились вокруг Соловьёва, а учительница Светлана Васильевна чуть не потеряла сознание от испуга.
— Петрова, что ты наделала? Разве можно бить по голове? — причитала она.
Хотя вид поверженного недруга произвел на Наталью сильное впечатление, она без смущения ответила:
— А обзываться толстой бочкой можно?
Прибежала школьная медсестра и сунула Диме под нос ватку с нашатырем. Когда он пришел в себя, его первые слова были угрозой.
— Ты мне еще попадешься, Петрова. Я тебя подкараулю в темном переулке, — прошипел он.
Светлана Васильевна попыталась урезонить Диму.
— Соловьёв, прекрати. Вы дети, вы должны дружить.
Но Наталья откровенно ненавидела Диму, а он отвечал ей взаимностью. На следующий день в школу примчались родители Соловьёва и стали запугивать отца Натальи.
— Вашей девочке место в секции по метанию молота, а не среди нормальных детей, — шипела мать Димы. — Одного ребенка не можете воспитать, а еще в депутаты метите.
Владимир Петрович не опустился до оскорблений. Он долго извинялся перед разгневанной женщиной, а Наталья стыдилась за отца. Когда они вышли из школы, восьмилетняя девочка серьезно заявила:
— Пап, не думала, что ты слабак.
— Наташа, ты о чём? — не понял отец.
Наталья почувствовала укол стыда за отца, который унижался перед чужими, и её разочарование вырвалось наружу. Девочка по-мальчишески сплюнула на землю.
— Не прикидывайся. Надо было врезать в глаз Димкиной мамаше.
Владимир Петрович долго не мог отойти от шока после слов дочери. Вечером он шепотом рассказал жене о случившемся и добавил от себя:
— Люда, наверное, мы упустили что-то в воспитании нашей дочки.
Людмила Александровна ответила не сразу.
— Нет, Володя, мы всё делаем правильно, — ответила не сразу Людмила Александровна. — Она просто защищается. Я бы тоже ему врезала, если б меня так достали.
Владимир Петрович не ожидал такого от супруги.
— Люда, ты себя слышишь? Ты поощряешь ее поведение.
Наталья, стоя за дверью в коридоре, слышала спор родителей сквозь тонкую стену, но не вмешивалась. В тот день она усвоила, что нельзя пускать в ход кулаки, даже если сильно обидели. Она стала просто игнорировать Диму. Он пыжился, придумывал новые дразнилки, а Наталья делала вид, что не слышит. Потом отца перевели на работу в город, и Наталье пришлось сменить школу из-за переезда. В новой школе ее полнота никого не побуждала насмехаться. Напротив, ее тепло приняли в классе, и она быстро обзавелась друзьями — чего не было за три года в сельской школе. В старших классах мальчики начали проявлять к ней интерес. Популярностью она пользовалась и в институте.
С Сергеем, будущим мужем, Наталья познакомилась на последнем курсе. Судьба свела их на вечеринке у общих друзей. Серёжа, по его собственному признанию, влюбился с первого взгляда.
— Не поверишь, но я всегда мечтал встретить именно такую, как ты, — говорил он.
Округлые формы Натальи его не смущали, и он старался появляться с ней везде. С гордостью он звал ее богиней, а она наивно верила, что так будет вечно. Первая трещинка в их отношениях появилась, когда они подали заявление. По сути, Сергей затащил ее в ЗАГС через два месяца после знакомства. Родители Натальи были против поспешного брака, да и жених им не понравился. Владимир Петрович назвал его выскочкой.
— Твой жених из тех, кто любит на чужом горбу в рай въехать. Ему нужна не ты, а твое положение.
Владимир Петрович не стал объяснять подробнее, но дочь поняла намек на его статус. Она посмеялась над отцом.
— Папа, это ты слишком высокого мнения о себе. Ты обычный чиновник регионального уровня. Понимаю, если бы работал в министерстве. К твоему сведению, Серёжа ни разу не намекнул, что ждет от тебя помощи. Мы с ним планируем добиться успеха в карьере и жизни сами, без посторонней поддержки.
Людмилу Александровну возмутило неуважение дочери, и она отчитала ее.
— Наталья, тебе не кажется, что ты забываешься? Мы с папой не заслуживаем такого отношения. И если он высказал мнение о человеке, за которого ты выходишь, прислушайся, а не корчь из себя неизвестно что.
Наталья обиделась на родителей и демонстративно собрала вещи. Отец строго спросил:
— Куда ты собралась?
Наталья надменно ответила:
— Я уже достаточно взрослая, чтобы не отчитываться перед тобой.
Владимир Петрович распахнул дверь.
— Ну раз так, иди. Скатертью дорожка. Только когда жареный петух клюнет, постарайся сама разруливать проблемы, раз такая самостоятельная.
Наталья не сомневалась в своем решении. Она ушла из отчего дома, не обернувшись. Сергей обрадовался, увидев невесту на пороге своей квартиры.
— Наталья, ты насовсем?
Девушка стыдливо опустила глаза.
— Ага. С родителями поругалась. Они против нашей свадьбы.
Жених догадался.
Сергей уловил намёк в её молчании и вздохнул, понимая, что неприязнь родителей к нему — главная причина.
— Видать, я вашим родителям не приглянулся.
Молчание девушки подтвердило его слова, но он заметил:
— Что поделаешь, выше себя не прыгнешь. Я такой, какой есть. Нравится это кому-то или нет. Наверное, твои родители хотели видеть мужем своей единственной дочери не такого парня, как я.
Наталье стало жалко Серёжу. Она прильнула к нему и нежно прошептала:
— Главное, я хочу быть только с тобой. Пройдет время, и родители примут мой выбор. Они у меня очень добрые и отходчивые.
Но Владимиру Петровичу и Людмиле Александровне не суждено было дождаться свадьбы дочери. Они возвращались с дачи глубокой ночью, когда их машину на пустой дороге снесла встречная фура. От удара легковушку отбросило в кювет, где она загорелась. Шансов на спасение у супругов не осталось. Гибель родителей потрясла Наталью. На несколько недель она потеряла связь с реальностью, и Сергей взял на себя все хлопоты с похоронами. Екатерина Семёновна, его мама, опекала будущую невестку.
— Что делать, Наташенька? Человек не властен над своей судьбой. Тебя постигла тяжкая потеря, но надо смириться — ничего уже не изменишь.
Екатерина Семёновна утешала девушку как могла, и Наталья была бесконечно благодарна за участие. Она видела в этой женщине доброго друга. Когда Екатерина Семёновна предложила не переносить дату росписи, Наталья согласилась.
— Вы правы, Екатерина Семёновна. Мы просто распишемся с Серёжей, и все. Пышное гулянье в таких обстоятельствах неуместно.
Костюм кремового цвета она надела впервые после сорокадневного траура. Хотя внутренний голос твердил, что она поступает неправильно, нарушая обычаи, Наталья пошла в ЗАГС с любимым.
Сергей не спешил домой. В последние месяцы ему было невыносимо видеть эту улыбающуюся толстушку, которая хозяйничала в его квартире. Наталья даже не подозревала, что у него внутри постоянный шторм. Она стелилась перед ним ковриком, стараясь во всем угодить. Именно это раздражало его больше всего. Вот и вчера: едва он заикнулся об отпуске, который придется перенести на осень, как Наталья тут же отреагировала:
— Серёжа, я тоже попрошу шефа поставить меня в график на сентябрь. Или поменяюсь с кем-нибудь. Куда мы в этом году махнем? Опять в Турцию или откроем для себя новый райский уголок?
Супруга лучилась счастьем, а ему хотелось крикнуть: "Наталья, заткнись! Ты мне надоела". Но такое хамство он не мог себе позволить, пока обстоятельства требовали терпения. Сергей вышел из лифта, но помедлил у двери квартиры, выждав минуту, чтобы собраться с духом. Он нажал на звонок.
Дверь открылась мгновенно — жена явно поджидала его в прихожей. Наталья бросилась на шею мужу.
— Почему ты задержался? У меня уж давно все готово.
Мужчина непонимающе посмотрел на нее.
— В смысле готово?
Наталья заливисто рассмеялась.
— Неужели ты забыл?
Сергей с раздражением попросил:
— Перестань говорить загадками. О чем я должен помнить?
Только теперь он заметил, что Наталья не в домашнем халате, а в парадном костюме, с уложенными локонами вместо обычного беспорядка на голове. Раздражение сменилось удивлением.
— По какому случаю ты вырядилась? Прическа тоже зачетная, тебе очень идет.
Молодая женщина кокетливо повела глазами.
— Сергей Анатольевич, напрягите память и вспомните, какой сегодня день.
Мужчина проворчал:
— У меня сегодня обычный апрельский день.
Сергей присел на банкетку и скинул тесные туфли.
— Я очень устал, поэтому больше всего хочу завалиться в постель и уснуть.
Счастливая улыбка медленно сползла с лица Натальи, а голос ее предательски дрогнул, когда она сказала:
— Ровно четыре года назад мы с тобой познакомились на дне рождения Артура Абрамова, и я хотела приготовить для тебя сюрприз. Неужели ты забыл об этой дате?
Мужчина с чувством вздохнул.
— Наталья, какой еще сюрприз! Ты права, как ребенок, отмечаешь какие-то непонятные даты. А мне не до праздников, понимаешь? Я живу не детскими фантазиями, а взрослой жизнью.
Сергей распахнул дверь в гостиную и застыл, увидев накрытый стол с горящими свечами по краям.
— Ты это специально для меня готовила? — с удивлением спросил мужчина.
Наталья натянуто улыбнулась. Сергей заметил, как блеснули две слезинки на ее ресницах, и его сердце сжалось от жалости. Он обнял женщину и зашептал:
— Прости, я не хотел тебя обидеть. Просто очень много проблем накопилось в последнее время.
Сергей прошел к столу и открыл бутылку шампанского.
— Ты здорово придумала. Мне как раз нужно немного расслабиться.
Бокал шампанского снял скованность в движениях и мыслях. Мужчина с аппетитом уплетал приготовленный женой ужин, нахваливая ее стряпню.
— Все очень вкусно. Тебе пора присудить звание лучшего домашнего повара.
Жена млела от его слов и старательно подкладывала в его тарелку вкусности. Пока муж расправлялся с ужином, она включила музыкальный центр. Из динамиков полилась лирическая мелодия.
— Потанцуем? — предложила Наталья, с волнением глядя на супруга.
Ему пришлось согласиться. Но, кружаясь в медленном танце с женой, Сергей думал о другой женщине. Жена это почувствовала.
— Серёжа, что с тобой? Такое ощущение, что ты где-то далеко.
Ему стало неловко от того, что жена фактически уловила его в измене. Ведь обнимать одну, а думать о другой — это разновидность обмана. Чтобы скрыть растерянность, мужчина крепко сжал плечи супруги, но она вдруг закричала от боли:
— Серёжа, аккуратней!
Он отпрянул от женщины.
— Я же не сильно, только слегка.
Наталья натянуто рассмеялась.
— Все нормально. Виноват не ты, а эта квартира. Здесь все против меня, даже двери. Поэтому с моего тела не сходят синяки.
Сергей саркастично заметил:
— Двери тут ни при чем. Тебе давно стоит заняться своей фигурой. При таком росте и таких параметрах стоило бы уменьшить некоторые показатели.
Это было как пощечина. Наталья в растерянности не знала, как отреагировать. Ей не хотелось портить вечер, и она ляпнула первое, что пришло в голову.
— Ты всегда восторгался моими параметрами. Или что-то изменилось?
Она всматривалась в его глаза, и Сергей не выдержал, отвел взгляд.
— Нет, ничего не изменилось, но лишний вес вредит здоровью.
Наталья снова рассмеялась.
— Серёжа, я всегда была пышкой, и мне это никогда не мешало. Но в твоей квартире я себя чувствую не совсем уютно. Моя была и площадью побольше, и поуютней.
Сердце Сергея на миг замерло. Наталья коснулась щекотливой темы, и мужчина боялся выдать себя неосторожным словом. Ровным голосом он произнес:
— Но это было не мое решение. Ты сама предложила такой вариант, потому что у тебя были причины, о которых мне сейчас не хочется напоминать.
Наталья поспешно промолвила:
— Да, конечно, это было скорее мое решение, чем твое. Квартира родителей напоминала о прошлом, и жить в ней было невыносимо. Кстати, Сергей, как у тебя продвигается дело с покупкой автомастерской? Раньше ты мне каждый день докладывал о ситуации.
Сергей развел руками.
— Не хотел тебя огорчать в такой день, но больше скрывать не могу. Обломилось с тем автосервисом, который мы смотрели. Договорились с владельцем на одну сумму, но ему предложили больше, и он меня, грубо говоря, кинул.
Продолжение :