Следующим утром Клавдия Семеновна разбудила Яну очень рано. В доме уже было достаточно прохладно. Пришлось вставать и под чутким руководством хозяйки растапливать печь. Улучшений со спиной не произошло, наоборот, старушка жаловалась, что стало еще хуже.
Весь этот день, как и вчера, Яна крутилась, как белка в колесе. Ей приходилось снова таскать воду, греть ее, стирать, перестирывать, мыть, перемывать. Клавдия Семеновна почти всем была недовольна и заставляла Яну переделывать.
Старушка ее совсем не жалела, и, если что-то шло не так, она начиналась сердиться. Как и вчера, к концу дня Яна была без сил. На завтра, естественно, тоже были большие планы. Клавдия Семеновна объявила, что они буду печь хлеб и пироги.
Следующее утро началось, как и обычно теперь. Но Яна уже чувствовала себя увереннее, меньше спрашивала, что делать, была самостоятельнее. Что ей еще оставалось? Она уже дождаться не могла, когда Виталий, наконец, за ней приедет.
Но, вместе с тем, она понимала, что, даже если он и приедет за ней, а бабушка так и не поправится, ей придется остаться здесь еще на какое-то время. Отпуск продолжался, она могла себе это позволить, а вот оставить старушку в таком состоянии, нет.
Когда они стали с Клавдией Семеновной заниматься хлебом, в дом, вдруг, залетела какая-то пожилая женщина.
- Семеновна, я тебе молочку принесла! – с порога завопила та, голос у нее был очень громкий, какой-то пронзительный.
Не дожидаясь приглашения пройти в дом, женщина ввалилась в комнату с какой-то сумкой в руках. Она прошла и поставила ее на стол, тяжело дыша. Потом брякнулась на стул.
- Ой. Здрасьте. – только сейчас увидела она Яну, у которой руки были в тесте.
- Здравствуйте. – тихо поздоровалась Яна, пока еще не понимая, что это за бесцеремонная особа.
- Здравствуй, Маша. Спасибо. – сказала Клавдия Семеновна.
- А кто это? Неужели Виталика невеста? – и не собиралась, кажется, Мария никуда уходить.
- Невеста. Это Яна. Яночка, познакомься, это Мария Петровна, наша соседка. Она меня молочным снабжает.
- Очень приятно. – сказала Яна, ей эта женщина показалась слишком шумной и не очень понравилась.
- А ты чего, Семеновна, спину платком замотала? – полюбопытствовала Мария.
- Прихватило. Вот и замотала. Маша, мы заняты. Видишь, тесто завели. – намекала хозяйка, что той лучше бы сейчас уйти.
- Вот те раз! У тебя? Спину? Это что-то новенькое! – так же громко говорила женщина.
- А что такого? Бывает. – как будто испугалась Клавдия, что соседка сейчас наболтает лишнего, Яна поняла это по ее лицу и уже заподозрила неладное.
- Я тебе сейчас такую мазь принесу. В миг все пройдет! Мне сын недавно из города привез. И массаж тебе сделаю.
- Не нужно, Маша. Я своими средствами справляюсь. – ответила Клавдия.
- А я принесу! А ты пока, давай, ложись. Готовься. – настаивала Мария.
- Я же сказала, не надо. – чуть ли не зашипела на соседку Клавдия.
- Ну, как знаешь. Ладно, пойду я. Всего хорошего. – обиженно сказала Мария и ушла так же быстро, как и пришла.
Тут Яне стало все ясно. Если у Клавдии Семеновны, действительно, так сильно болит спина, как она об этом говорит, чего же она тогда от помощи-то отказалась? Тем более, раз там, и правда, такое чудодейственное средство?
Да Яна и сама неоднократно предлагала ей как-то облегчить боль, вызвать врача, или натереть спину чем-нибудь, а та только отказывалась. Может быть у нее ничего и не болит? После того, как соседка ушла, в доме повисла тишина.
Яна стояла, задумавшись, и смотрела на Клавдию Семеновну. Та старалась делать вид, что этого не замечает.
- Почему Вы отказались? – спросила, наконец, Яна.
- Да потому что это все ерунда. Я сама знаю, что мне лучше.
- Мария Петровна сказала, что впервые слышит о том, чтобы у Вас спину прихватывало. А Вы сказали, что такое с Вами часто случается.
- Да ты слушай ее больше. Она еще и не такого наплетет. Это же местная болтушка. Ей лишь бы языком чесать.
- Клавдия Семеновна… - качала головой Яна, уже поняв окончательно, что старушка просто придумала себе эту болезнь.
- Ну, ладно. Да, да. Не болит у меня спина. И что?
- А зачем Вы все это придумали?
- А сама-то ты как думаешь?
- Как будто, я бы без этого помогать Вам не стала. – обиженно сказала Яна и стала мыть руки.
- Да ладно тебе, не обижайся. Я же, как лучше хотела. Зато, сколько ты всего теперь умеешь. Как ловко у тебя получается.
- А вода? Это тоже выдумка? – дошло до Яны.
- Тоже. Перекрыла я воду.
- Но, зачем? Объясните, зачем? Вы хотели поиздеваться надо мной? – начинала Яна выходить из себя, на глазах появились слезы от обиды.
- Ян, ну не обижайся. Я же, и правда, хотела, как лучше. Чтобы ты поняла, каково это. Как это, быть хозяйкой в доме.
- Зачем мне это? Для чего мне уметь печь топить, зачем воду таскать? Вы, видимо, забыли, что я в городе живу?
- Вот именно. У Вас все есть. И тепло, и вода, и все остальное. Да вот только Вы, городские, даже этим пользоваться не научились. У Вас все под руками, а Вы и к этому свои руки приложить не умеете. Зато теперь, когда ты домой вернешься, тебе будет все гораздо проще, ты будешь ценить то, что имеешь.
- Да как Вам только в голову такое пришло? Как Вы могли? – возмущенно воскликнула Яна.
- Ну, прости ты меня. Признаю, перегнула немного.
- Да ну Вас. Я уезжаю. О! Как раз на электричку успеваю. – сказала Яна, взглянув на часы, и стала быстро собираться.
Она оделась, схватила свою сумку и выбежала во двор. За предыдущую ночь снова выпало много снега. Она дошла до калитки и остановилась. Яна представила недовольное лицо Виталия, когда он увидит ее дома.
Ему, явно, не понравится то, что она его не дождалась и оставила бабушку одну, даже несмотря на то, как та с ней поступила. Она ведь, действительно, добра хотела, хоть и перегнула палку. Да Яна и сама уже вошла во вкус. Ей даже начало все это нравиться.
Она еще столько всего хотела узнать, еще много чему она хотела научиться у этой старушки. Да и разговаривать с ней было одно удовольствие. Яна только сейчас поняла, каково это иметь бабушку, которой у нее никогда не было.
Она бросила сумку на крыльцо, схватила лопату и принялась чистить снег. Клавдия Семеновна смотрела в окно с довольной улыбкой. Значит, выйдет из нее толк. Будет у ее внука отличная жена и замечательная хозяйка.
Значит, Яна, и правда, любит ее внука, и не намерена сдаваться. Все у них будет хорошо. продолжение