В дневнике Эдуарда Тайтбу де Мариньи 1818 года турецкий паша Анапы фигурирует как могущественная, но невидимая сила, чьи решения определяли политический и экономический климат всего черкесского побережья. Его действия были главным препятствием для успеха российской торговой миссии и ключевым фактором, формировавшим настроения черкесской элиты.
Анапа: «Черкесский Константинополь» и центр османской геополитики
Крепость Анапа, возвращённая Османской империи по Бухарестскому миру 1812 года, была не просто укреплённым пунктом. Это был:
- Единственный легальный порт для османо-черкесской торговли.
- Главный рынок региона, где черкесы торговали с османами.
- Идеологический центр антироссийской пропаганды.
- Резиденция наместника султана — паши, обладавшего значительными военными, экономическими и дипломатическими полномочиями.
Паша в Анапе был главным проводником османской политики «управляемой нестабильности»: Черкесия должна была оставаться зависимой от Порты, враждебной России, но при этом не стать слишком сильной и самостоятельной.
Тактика паши: как он саботировал русский проект в 1818 году
Из записок Мариньи ясно видны три ключевых направления деятельности паши, направленных на срыв российской инициативы:
- Экономическая блокада побережья.
Это была самая эффективная мера. Паша добился от султана запрета всем османским купцам торговать в любом другом пункте черкесского побережья, кроме Анапы.
«Паша Анапы, заинтересованный в том, чтобы вся меновая торговля с абазами сосредоточилась в его крепости, добился того, что Порта запретила османским подданным торговать в других местах побережья». Результат: Черкесы, особенно отдалённых районов (Геленджик, Пшада), лишились привычного потока товаров (тканей, железа). Это создавало дефицит, но также и озлобление против турок, чем попыталась воспользоваться Россия. - Информационная война и дискредитация России.
Паша через своих агентов активно распространял среди черкесов слухи о истинных целях экспедиции Мариньи.
«Турки только что сказали ему в Анапе, что им известно, будто Тауш и он наняты лишь для того, чтобы изыскивать способы ввести русских в страну».Черкесам внушали, что «Черкешенка» ведёт разведку берега для будущего вторжения, а торговля — лишь прикрытие. Эти слухи попадали на благодатную почву исторического недоверия и были главной причиной враждебности, с которой столкнулся Мариньи в Пшаде. - Политическое давление на черкесскую элиту.
Мариньи прямо предполагает, что интриги против князя Андар-оглы и его русских гостей инспирировались из Анапы.
«...против нас настраивает паша Анапы. Его поведение в разных случаях давало мне основание подозревать его, и я не могу иначе объяснить себе поездку, которую тогда совершил в эту долину байрактар (турецкий знаменосец)». Турецкий офицер (байрактар), появившийся в разгар конфликта вокруг Мудрова в Пшаде, скорее всего, был эмиссаром паши, координировавшим действия протурецкой партии.
Почему чума усилила власть паши (и ослабила её)?
Парадоксально, но эпидемия чумы 1816-1817 гг., занесённая турецкими кораблями, стала инструментом в руках паши, но и подорвала его позиции.
- Как инструмент: Монополизация торговли в Анапе под предлогом «карантина» позволяла паше полностью контролировать товаропоток и взвинчивать цены.
- Как угроза: Черкесы отчётливо понимали, что чума пришла именно с турецкими кораблями. Это вызывало к паше и его политике глубокое недовольство и ненависть. Мариньи фиксирует это всеобщее чувство.
Таким образом, паша 1818 года балансировал: с одной стороны, он был всемогущим хозяином торговли, с другой — объектом гнева за эпидемию и монополию.
Паша vs. Герцог де Ришельё: противостояние двух имперских проектов
Деятельность паши Анапы была прямым ответом на мирный проект герцога де Ришельё. Это было столкновение двух моделей влияния:
- Проект Ришельё (Россия): «Мягкая сила», экономическая взаимозависимость, постепенная интеграция.
- Проект Паши Анапы (Османская империя): Жёсткая монополия, контроль через дефицит и религию, поддержание состояния управляемой вражды с Россией.
Паша, в отличие от русских генералов, не стремился завоевать Черкесию. Его задача была проще и циничнее: не дать России это сделать, сохранив регион в качестве буфера.
Конец эпохи: почему паша проиграл исторически?
Тактически в 1818 году паша Анапы одержал победу: он дискредитировал русскую миссию, посеял рознь среди черкесов и сохранил монополию. Но стратегически его позиция была обречена:
- Военно-технологическое отставание. Османская империя слабела. Анапа была устаревшей крепостью, неспособной противостоять современной русской армии в открытом противостоянии.
- Токсичность османской модели. Торговля, приносившая чуму, и монополия, вызывавшая голод, делали османское владычество ненавистным. Это выталкивало черкесов в объятия любой альтернативы, даже российской.
- Решимость России. После провала «мягкой силы» Россия выбрала военное решение. В 1828 году, в ходе новой русско-турецкой войны, Анапа была взята штурмом и по Адрианопольскому миру 1829 года навсегда отошла к России.
Паша Анапы 1818 года, чьё имя Мариньи даже не счёл нужным упомянуть, был последним представителем османской власти в регионе. Его интриги задержали русское продвижение на десятилетие, но не смогли остановить его. Его фигура символизирует последний период сложной, многовекторной игры черкесов между империями, который вскоре закончится, уступив место прямому и беспощадному противостоянию с северным гигантом.