К-19 - олицетворение смелости и беды. Когда её закладывали в Северодвинске в 1958-м, стране кровь из носу нужны были ракетоносцы: ядерная гонка шла полным ходом, американцы уже выводили в море свои лодки с баллистическими ракетами. СССР должен был ответить быстро, любой ценой. К-19 и стала этой ценой.
Строили её сутки напролёт, без остановок. Любой корабел скажет: спешка на верфи к добру не приведет. Но тогда на это смотрели сквозь пальцы. На стапелях даже бутылкашампанского не разбилась с первого раза… однако дальше всё было только хуже. Пожары, первые повреждения реактора ещё на испытаниях - всё это скрывалось, лишь бы уложиться в сроки. Тем не менее лодку приняли, экипаж назначили, командиром поставили опытного Николая Затеева. И 18 июня 1961 года К-19 ушла в море выполнять задачу: пройти линию наблюдения, всплыть и «отстреляться» по полигону в рамках учений.
Небольшой дефект
4 июля лодка находилась севернее Исландии: глухая точка океана, на помощь никто не придёт. Около четырёх утра один из вахтенных заметил резкое падение давления в контуре охлаждения одного из реакторов. Позже госкомиссия установит: дала течь сварка. Небольшой дефект, но на атомоходе мелочей не бывает. Вода ушла. Насосы встали. Активная зона начала разогреваться.
К-19 оказалась в смертельной ловушке: один реактор живой, второй - на грани разрушения. Если он бы расплавился, радиоактивные элементы ушли бы прямо в океан. Экипаж погиб бы - это даже не обсуждалось. Но следом пострадало бы всё: рыбацкие районы, местная растительность, возможно, ближайшие побережья. Масштаб беды сложно даже оценить. Лодка всплыла. На борту тревога. Офицеры собрались в центральном посту. Вывод был один: действовать самим. Помощь физически не успеет.
Капитан 3 ранга Юрий Повстьев предложил то, что в тот момент выглядело безумием: из подручных деталей собрать новую систему охлаждения и вручную подавать воду в разрушающийся реактор. Для этого нужно было работать в реакторном отсеке. У моряков из защиты только противогазы.
«Ты понимаешь, на что идёшь?» - спросил Затеев 23-летнего Бориса Корчилова, который вызвался вести работу.
«Понимаю», - ответил он.
Дальше всё пошло на пределе человеческих возможностей. Люди входили в отсек. Воздух был заражён. Там же он вспыхивал, пламя гасили огнетушителями прямо под ногами. Пар обжигал лица. Металл был раскален. Корчилов вышел из отсека уже смертельно облучённый. Его вырвало прямо в коридоре. Другие падали с ног. Повстьев едва стоял. Но система, которую они собирали на коленке, заработала. За полтора часа они сделали невозможное.
Неожиданная помощь
В это время дизельная С-270 командира Жана Свербилова случайно приняла сигнал бедствия. Он не стал ждать приказов, консультаций и разрешений, просто пошёл в точку аварии. По всем инструкциям он рисковал карьерой.
Через четыре часа С-270 вышла к К-19. Свербилов принял облучённых, дал связь, попытался взять лодку на буксир. Буксировка не удалась, но время было выиграно. Позже подойдут ещё лодки, начнётся эвакуация. Людей снимали почти голыми, заражённую одежду пришлось бросить в море.
Последними на борту остались шесть человек с Затеевым. Лишь удостоверившись, что лодку можно спасти, они покинули её.
Последствия
К-19 отбуксировали на базу. Авария осталась засекречена на долгие годы. Восемь моряков умерли вскоре после случившегося. Всего огромные дозы радиации получили 42 человека. Затеев больше никогда не командовал. Повстьев и Корчилов стали символами героизма -людьми, которые остановили расплавление реактора ценой собственной жизни. Их наградили, но посмертно.Сама К-19 ещё долгие годы ходила в море. Волей судьбы, она пережила ещё пожар, столкновение с американской лодкой и получила горькое прозвище «Хиросима». В 2003 году корпус атомохода утилизировали окончательно.
Это история о людях, которые в ситуации, когда «правильных» решений не существует, выбрали то единственное и самое страшное. Выполнили то, что по регламенту было невозможно. И сделали то, что спасло не только экипаж, но и, возможно, огромный кусок мира. И сделали это молча, под давлением пара, огня и смертельной радиации, потому что «нужно». Потому что «мы экипаж». Потому что другой дороги просто не было.Такой была цена предотвращённой катастрофы. Цена, которую заплатил экипаж К-19…