Звонок раздался в самый неподходящий момент. Елена стояла у плиты, помешивая суп, когда телефон завибрировал на столе. Незнакомый номер. Она сняла трубку, зажав её плечом.
— Алло?
— Здравствуйте, это Марина Викторовна, классный руководитель Артёма. Вы можете сейчас подъехать в школу? Срочно нужно поговорить.
Сердце ёкнуло. Елена выключила плиту, быстро переоделась и через пятнадцать минут уже входила в знакомое здание школы. По коридорам бегали дети, кричали, смеялись. Перемена. Елена прошла к кабинету Марины Викторовны, постучала.
— Входите.
Учительница сидела за столом с каменным лицом. Рядом на стуле сидел Артём, её десятилетний сын, опустив голову.
— Что случилось? — Елена села на свободный стул.
— Случилось то, что ваш сын ведёт себя отвратительно! — Марина Викторовна повысила голос. — Он сегодня ударил одноклассника! Представляете? Ударил прямо на уроке!
Елена посмотрела на сына. Артём молчал, сжав губы.
— Тёма, это правда?
Мальчик кивнул, не поднимая глаз.
— Вот видите! — учительница хлопнула ладонью по столу. — Даже не отрицает! И это не первый случай. Он постоянно срывает уроки, хамит, огрызается. Я устала делать вам замечания!
— Подождите, — Елена подняла руку. — Давайте по порядку. Артём, почему ты ударил мальчика?
— Он достал, — глухо сказал сын.
— Как достал? — переспросила Елена.
— Это всё не важно! — перебила Марина Викторовна. — Важно, что ваш ребёнок позволяет себе распускать руки! Это ваше воспитание! Вы дома ему всё позволяете, вот он и творит что хочет!
Елена почувствовала, как внутри закипает. Она всегда старалась воспитывать сына правильно. Объясняла, что драться нельзя, что нужно решать конфликты словами. И вот теперь её обвиняют в плохом воспитании.
— Марина Викторовна, я прошу вас не переходить на личности. Давайте спокойно разберёмся, что произошло.
— Что разбираться? — учительница встала, подошла к окну. — Ваш сын неуправляем! Он мешает учиться другим детям! Может, вам стоит задуматься о смене школы?
Елена сжала кулаки. Смена школы? Серьёзно?
— Артём, — она повернулась к сыну, — расскажи мне всё. С самого начала.
Мальчик поднял глаза. В них стояли слёзы.
— Мам, я не хотел его бить. Но он меня каждый день достаёт. Обзывается, вещи прячет, толкается. Я терпел, терпел, а сегодня не выдержал.
— Это неправда! — вмешалась учительница. — Максим хороший мальчик, он бы так не поступил!
— Откуда вы знаете? — спросила Елена. — Вы видели, что происходило?
— Мне не нужно видеть. Я знаю своих учеников.
— То есть вы просто верите одному ребёнку и не верите другому?
Марина Викторовна нахмурилась.
— Я верю тому, у кого нет проблем с поведением. Максим отличник, примерный ученик. А ваш сын...
— Мой сын что? — Елена встала. — Договаривайте.
— Ваш сын проблемный ребёнок. Это факт.
Елена глубоко вдохнула, стараясь сдержаться.
— Хорошо. Я разберусь с этим дома. Можем мы идти?
— Идите, — махнула рукой учительница. — Только знайте, если это повторится, я буду вынуждена обратиться к директору.
Они вышли из кабинета. Артём шёл молча, опустив голову. Елена взяла его за руку.
— Дома поговорим.
Дома Артём сел на диван, а Елена села рядом.
— Расскажи мне всё. Правду.
Мальчик начал рассказывать. Оказалось, что этот Максим действительно издевался над ним уже несколько месяцев. Прятал учебники, рисовал на его тетрадях, толкал в коридоре, обзывал. Артём жаловался учительнице, но та отмахивалась, говорила, что мальчишки всегда дерутся, что это нормально.
— Почему ты мне раньше не сказал? — Елена обняла сына.
— Думал, сам справлюсь. Ты же говорила, что нужно решать проблемы без драк.
— Говорила. И правильно говорила. Но если человек тебя доводит специально, нужно искать помощи.
Артём уткнулся ей в плечо.
— Мам, я правда не хотел его бить. Но он сегодня плюнул мне в лицо. Прямо на уроке. И все смеялись.
Елена погладила сына по голове. Внутри всё кипело. Значит, её ребёнка довели до срыва, а теперь обвиняют в плохом воспитании?
— Хорошо. Завтра я снова пойду в школу.
На следующий день Елена пришла к директору. Та выслушала её, нахмурилась.
— Понимаете, Елена Михайловна, Марина Викторовна опытный педагог. Если она говорит, что ваш сын проблемный...
— Мой сын не проблемный! — Елена стукнула кулаком по столу. — Его травят, а учительница это игнорирует!
— Травят это громко сказано, — директриса откинулась на спинку кресла. — Мальчики просто играют.
— Играют? Плевки в лицо это игра?
— У нас нет доказательств, что это произошло.
Елена встала.
— Значит, вам нужны доказательства?
— Желательно.
Елена вышла из кабинета, кипя от злости. Доказательства? Хорошо. Будут вам доказательства.
Вечером она позвонила подруге Ирине, которая работала в магазине электроники.
— Ир, мне нужна маленькая камера. Такая, чтобы можно было прикрепить к одежде или рюкзаку.
— Зачем тебе?
Елена рассказала. Ирина выслушала и вздохнула.
— Понимаю. Приезжай, подберём что-нибудь.
Через час Елена уже держала в руках крохотную камеру размером с пуговицу.
— Вот эта подойдёт. Крепится на одежду, пишет звук и видео. Заряда хватает на весь день.
— Сколько?
— Тебе подарок. Удачи с учителями.
Дома Елена показала камеру Артёму.
— Завтра пойдёшь в школу с этим. Я прикреплю её к твоей рубашке под пиджаком. Пусть никто не видит.
— Мам, а разве так можно?
— Можно, если нужно защитить моего ребёнка.
Артём надел камеру утром. Елена проверила, что она работает, и отправила сына в школу.
Весь день она места себе не находила. Проверяла телефон каждые пять минут, ждала звонка от сына. Но звонка не было.
Артём вернулся домой молчаливый. Снял пиджак, отдал камеру маме.
— Ну как? Было что-то?
— Было, — кивнул мальчик. — Там всё записалось.
Елена подключила камеру к ноутбуку, открыла файлы. Их было несколько, по времени уроков.
Она начала смотреть. Первый урок, математика. Артём сидит за партой, пишет. Вдруг сзади кто-то бьёт его по голове линейкой. Артём вздрагивает, оборачивается. Там сидит мальчик, улыбается.
— Максим? — спросила Елена.
— Он.
Второй урок, русский язык. Учительница что-то объясняет у доски. Артём слушает. А Максим сидит сзади и кидает в него скомканными бумажками. Одна попадает в затылок, Артём морщится.
Третий урок. Перемена. Артём выходит из класса, идёт по коридору. Максим идёт следом, подставляет подножку. Артём чуть не падает, хватается за стену.
— Куда прёшь, дебил? — слышен голос Максима.
Елена сжала кулаки. Смотрела дальше. Четвёртый урок, физкультура. Дети играют в баскетбол. Максим специально бросает мяч Артёму в лицо. Тот хватается за нос, из которого течёт кровь. Учитель физкультуры не замечает, стоит спиной.
Пятый урок, литература. Марина Викторовна задаёт вопрос классу. Артём тянет руку. Учительница его не замечает, спрашивает Максима. Тот отвечает, получает пятёрку. Потом поворачивается к Артёму и показывает средний палец.
И наконец, тот самый момент. Шестой урок, история. Артём сидит, записывает что-то в тетрадь. Максим встаёт, подходит якобы попросить ручку. Наклоняется и плюёт Артёму в лицо. Класс взрывается смехом. Артём вскакивает, вытирает лицо, оборачивается и бьёт обидчика кулаком в живот. Максим падает, начинает реветь.
Марина Викторовна кричит:
— Артём! Прекратить немедленно! Выйди из класса!
Елена остановила запись. Руки тряслись от злости. Значит, вот как всё было на самом деле.
Она скопировала все файлы на флешку, легла спать.
Утром Елена снова пришла в школу. Попросила о встрече с директором и Мариной Викторовной вместе. Через полчаса все собрались в кабинете директора.
— Елена Михайловна, мы очень заняты, — начала Марина Викторовна. — Если вы снова пришли жаловаться на то, что ваш сын...
— Я пришла показать вам кое-что, — перебила Елена. — Можно я подключу флешку к вашему компьютеру?
Директриса кивнула. Елена вставила флешку, открыла папку с видео.
— Смотрите внимательно.
Она включила первое видео. Потом второе. Третье. Все подряд. Директриса смотрела, хмурясь. Марина Викторовна сначала скучала, потом побледнела.
Когда закончилось последнее видео, в кабинете повисла тишина.
— Это... это незаконная съёмка! — выпалила Марина Викторовна. — Вы не имели права!
— Я имела право защищать своего ребёнка, — спокойно сказала Елена. — Вы говорили, что ему нужно воспитание. Что это всё моё воспитание. А оказалось, что моего ребёнка травят, а вы закрываете на это глаза.
— Я не знала...
— Не знали? — Елена повернулась к ней. — Артём вам жаловался. Много раз. А вы отмахивались. Говорили, что мальчишки дерутся. Это нормально, говорили вы.
Директриса откашлялась.
— Марина Викторовна, это действительно так? Ребёнок к вам обращался?
Учительница молчала, глядя в пол.
— Отвечайте!
— Да, — тихо сказала она. — Но я думала, что он преувеличивает.
— Вы думали, — Елена встала. — А мой сын терпел издевательства месяцами. Пока не сорвался. И тогда вы обвинили меня в плохом воспитании.
— Я извиняюсь, — Марина Викторовна подняла глаза. — Я была не права.
— Извинения я приму, когда вы извинитесь перед Артёмом. При всём классе. И когда примете меры к Максиму.
Директриса кивнула.
— Мы обязательно разберёмся с этой ситуацией. Спасибо, что принесли эти записи. Могу я оставить копию?
— Конечно. И ещё одну копию я отнесу в управление образования. На всякий случай.
Она вышла из кабинета с высоко поднятой головой. Победа.
Вечером Артём вернулся из школы радостный.
— Мам! Марина Викторовна извинилась передо мной при всех! И Максима перевели в другой класс! Говорят, его родителей вызвали к директору!
Елена обняла сына.
— Вот видишь. Иногда нужно бороться за справедливость.
— А тебе не страшно было?
— Было. Но ты важнее моих страхов.
Артём крепко обнял её.
— Ты лучшая мама на свете.
На следующий день в школе к Елене подошла одна из мам.
— Спасибо вам, — сказала она. — Мой сын тоже жаловался на Максима. Но я не знала, что делать. А вы показали пример.
Потом подошла ещё одна. И ещё. Оказалось, что Максим издевался не только над Артёмом, но и над другими детьми. Просто все боялись связываться, думали, что учителя всё равно не поверят.
А теперь родители заговорили. Написали коллективное письмо директору с требованием проверить работу Марины Викторовны. Директриса пообещала провести служебное расследование.
Марина Викторовна взяла больничный. Говорили, что у неё нервный срыв. Елена не злорадствовала. Просто было жаль, что опытный педагог так опустилась, перестала видеть детей, их проблемы.
Артём стал ходить в школу с удовольствием. Новый классный руководитель оказался внимательным, справедливым. Мальчик снова начал улыбаться, приносить домой хорошие оценки.
Однажды вечером, когда они сидели на кухне за чаем, Артём спросил:
— Мам, а если бы у тебя не было этой камеры? Нам бы не поверили?
Елена задумалась.
— Знаешь, наверное, нет. К сожалению, взрослые часто не верят детям. Думают, что дети преувеличивают или придумывают.
— Это неправильно.
— Неправильно. Но теперь мы знаем, что нужно бороться. Искать доказательства, не молчать.
— Я больше не буду молчать, — твёрдо сказал мальчик.
— И правильно. Если тебя обижают, ты должен говорить. Мне, папе, учителю. Кому угодно, кто может помочь.
Артём кивнул, допил чай.
Елена смотрела на сына и думала о том, как важно верить своим детям. Не отмахиваться от их жалоб, не говорить, что они сами виноваты. Слушать. Слышать. Защищать.
Та камера стоила копейки. А помогла отстоять справедливость, защитить ребёнка, показать правду. И Елена ни капли не жалела о том, что использовала её.
Потому что когда дело касается твоих детей, все средства хороши. Главное не молчать. Не сдаваться. Бороться до конца.
И тогда правда обязательно победит.