Всем привет, друзья!
В Ленинском районе Крыма помнят имя Арона Давидовича Верницкого. Многолетний работник системы народного образования, организатор детского отдыха, человек, отдавший воспитанию подрастающего поколения без малого тридцать лет безупречного труда, — таков послужной список этого скромного труженика педагогического фронта.
История жизни Арона Давидовича — это урок мужества и одновременно свидетельство великой гуманистической силы советского строя, спасшего ребёнка и вырастившего из него достойного гражданина.
Огненное детство
Июнь 1941 года. В Минске, в обычной трудовой семье, справляют детский день рождения. Арону исполняется шесть лет. Праздничный стол, родные лица, детский смех — обыкновенная мирная картина, которую на следующее утро разорвут на части фашистские бомбы.
Двадцать второе июня перечеркнуло все. Столица Белоруссии задыхалась в дыму пожарищ. Дом Верницких был уничтожен в первые же дни бомбардировок. Отец ушёл с народным ополчением защищать город, мать с детьми перебрались к родственникам. А вскоре Минск накрыла чёрная волна оккупации.
Начались страшные месяцы. Мать и старшая дочь устроились на работу — подсобными рабочими в столовую. Немецкий повар, у которого, видимо, ещё не до конца умерла совесть, иногда помогал голодающей семье остатками пищи. Это продлило им жизнь на несколько месяцев, позволило пережить первую волну массовых расстрелов еврейского населения.
Но весной 1942 года пришла и их очередь. Мартовская облава застала семью врасплох. Мать, услышав во дворе лай овчарок и грубые окрики на немецком, всё поняла. В последние минуты перед уводом она зашила сыну в одежду медальон с именем и датой рождения — тонкая ниточка надежды в океане безнадёжности.
Колонну обречённых погнали за город. У края противотанкового рва затрещали автоматные очереди. Мать последним усилием толкнула мальчика вниз, в ров. Удар о землю, темнота, забытье. Когда Арон очнулся под грудой мёртвых тел, было уже темно. Его плач услышала случайная женщина, пришедшая искать погибших родных. Она вытащила ребёнка, накормила, спрятала на ночь в сарае, а утром дала краюху хлеба и несколько картофелин. «Уходи в лес, сынок, — сказала она. — Здесь тебе смерть».
Так начались долгие месяцы скитаний. Шестилетний ребёнок, оглушённый горем, инстинктивно цеплялся за жизнь: прятался в лесных чащобах и заброшенных сараях, воровал овощи с огородов, избегал встреч с людьми. Позже к нему прибился ещё один беспризорник — подросток Михаил, тоже потерявший всех близких. Вдвоём было легче переносить холод и страх.
Спасение пришло с Красной Армией
Декабрьской ночью 1943 года бойцы роты связи 75-й гвардейской стрелковой дивизии, заготавливая фураж для лошадей, наткнулись в копне сена на двух полузамёрзших оборвышей. Детей привели в расположение части. Здесь их отмыли, остригли, переодели в чистое, накормили горячей кашей. Командование дивизии приняло решение: зачислить мальчиков воспитанниками части.
Для Арона и Михаила началась новая жизнь. Фронтовые условия были суровы, но солдатская забота — искренней и тёплой. Ребята старались отплатить добром: разносили горячую пищу в окопы, помогали связистам восстанавливать порванные линии, работали в медсанбате, скатывая бинты, дежурили на кухне. Маленькие солдаты большой войны шли вместе с дивизией через освобождённые земли Белоруссии, Прибалтики, Польши.
В январе 1945 года, в бою на польской территории, Михаил погиб от прямого попадания вражеского снаряда. Арон получил контузию. Но он продолжал путь — до самого Берлина. И когда советские войска штурмовали логово фашизма, маленький воин нашёл стену рейхстага и выцарапал на ней несколько слов: «Мама, мы отомстили. Арик. 1945 г.»
Родина отметила юного героя боевыми наградами — медалями «За освобождение Варшавы» и «За взятие Берлина». Он получил их наравне со взрослыми бойцами. Имя Арона Верницкого было занесено в летопись 75-й Гвардейской Бахмачской дивизии как сына дивизии — почётное звание, которое он пронёс через всю жизнь.
Выбор, продиктованный сердцем
После демобилизации повзрослевший Арон Верницкий мечтал о военной карьере. Однако подорванное здоровье — последствия контузии и выявленный туберкулёз — заставили отказаться от этих планов. Врачи рекомендовали переезд в более мягкий климат.
Но главное было не в климате. Главное заключалось в том нравственном фундаменте, который заложили в душе мальчика фронтовые товарищи. Бойцы и командиры 75-й гвардейской Бахмачской ордена Суворова дважды Краснознамённой стрелковой дивизии не просто спасли ребёнку жизнь — они показали ему пример человечности, ответственности, братства. Именно эта солдатская школа определила жизненный путь Арона Давидовича.
Получив педагогическое образование, он обосновался в Крыму и связал свою судьбу с воспитанием детей. Работал отрядным вожатым во всесоюзной пионерской здравнице «Артек», затем старшим вожатым школы Ленинского района, директором районного пионерского лагеря, руководителем семейного пансионата. На каждом участке товарищ Верницкий проявлял себя инициативным организатором, чутким воспитателем, требовательным и справедливым руководителем.
Его вклад в развитие пионерского движения региона трудно переоценить. По инициативе Арона Давидовича пионерские отряды района провели масштабную операцию по озеленению автомагистрали Керчь — Феодосия, высадив вдоль трассы сотни деревьев. Силами ребят под его руководством был разбит парк в посёлке Ленино — ныне излюбленное место отдыха местных жителей. Верницкий организовывал походы пионеров по местам боевой славы полуострова, военно-спортивные игры, районные слёты, налаживал шефские связи между школами и трудовыми коллективами предприятий.
Всюду Арон Давидович пользовался авторитетом и уважением коллег. Люди ценили в нём не только профессионализм, но и искреннюю любовь к детям, готовность отдавать им всё своё время и силы.
Новая родина
Жизнь распорядилась так, что много лет спустя, в 1997 году, Арон Верницкий принял непростое решение — уехать в Израиль. Для человека его биографии, воспитанного советской системой, прошедшего войну с Красной Армией, это был болезненный выбор. Но это был его выбор.
На новой земле Арик (так его снова стали называть близкие) не утратил главного — своей сути, своего призвания. Человек, переживший войну ребёнком, не мог остаться в стороне от тех, кто пережил то же самое.
По прибытии в Израиль Арон Давидович активно включился в работу общества бывших несовершеннолетних узников гетто. Он понимал, как никто другой, что значит носить в себе эту память, как важно говорить о пережитом, как необходима поддержка тех, кто прошёл через ад оккупации. Его личная история, его опыт выживания и возвращения к нормальной жизни помогали другим людям справляться с болью прошлого.
В Ашдоде, где обосновалась семья Верницких, Арона уважали и любили. Те, кто общался с ним, запомнили его теплоту, открытость, удивительную способность поддерживать людей.
Рядом с ним всегда была его жена Валентина — спутница жизни, опора, поддержка. Вместе они вырастили двоих детей: сына Бориса и дочь Ларису. Появились внуки — внучка Виктория, потом родился внук. Семья — та ценность, которую война чуть не отняла у маленького Арика в 1942-м, — стала смыслом его жизни.
К сожалению, Арона Давидовича уже нет с нами. Светлая ему память. Его семья продолжает жить в Ашдоде, храня память о муже, отце, дедушке — человеке удивительной судьбы.
++++++++++
Путь Арона Верницкого — это история о том, как человечность побеждает жестокость, как из пепла войны рождается жизнь, как боль прошлого можно превратить в служение людям.
От минского двора до крымских школ, от советской пионерии до израильского общества бывших узников гетто — его жизнь соединила эпохи, страны, судьбы. Но суть оставалась неизменной: Арон Давидович всегда был рядом с теми, кто нуждался в поддержке, понимании, участии.
Он прожил жизнь достойного человека. И это — главное.
★ ★ ★
ПАМЯТЬ ЖИВА, ПОКА ПОМНЯТ ЖИВЫЕ...
СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!
~~~
Ваше внимание — уже большая поддержка. Но если захотите помочь чуть больше — нажмите «Поддержать» в канале или под статьёй. От души спасибо каждому!