Июнь развернулся над Арпино пышным зеленым ковром, напоенным запахом спелой земляники и свежескошенной травы. Для Анны эти недели пролетели в вихре новых, почти что кинематографичных ощущений. Юрий, словно опытный режиссер, устраивал для нее и Кати маленькие, идеально выверенные спектакли под открытым небом. Сегодня это был пикник на живописном берегу реки, в месте, куда, казалось, не ступала нога обычного туриста.
Расстеленное на изумрудной траве шотландский пледик, плетеная корзина из лозы, из которой он, с легким театральным шиком, извлек фарфоровые тарелки, бокалы и изысканные закуски из дорогого городского ресторана: нежнейший паштет из утиной печени, вяленые оливки с лимонной цедрой, миниатюрные тарталетки со спаржей и прошутто. Бутылка охлажденного элитного белого вина запотевала на солнце, как драгоценный камень.
Катя, счастливая и раскрасневшаяся, бегала с Леоном по кромке воды, пуская в реку кораблики из коры и шишек, которые Юрий тут же, с обаятельной улыбкой, мастерил для нее своим перочинным ножом с ручкой из оленьего рога. Он был безупречен в своей роли галантного кавалера и заботливого «друга семьи».
— Красиво, правда? — Юрий мягко обнял Анну за плечи, следя за ее взглядом, блуждавшим по искрящейся на солнце воде. Его голос был бархатным, убедительным. — Я могу дать тебе и Кате всю эту красоту. Постоянно. Путешествия, рестораны, жизнь без забот. Тебе не нужно будет ни о чем беспокоиться. Никогда.
И в этот самый момент, глядя на его безупречный профиль на фоне идиллического пейзажа и чувствуя сквозь тонкую ткань его рубашки прокаченные в спортзале мышцы, Анна с поразительной, почти болезненной ясностью поняла: она этого не хочет. Вернее, хочет этой красоты, но не ценой собственной свободы. Легкость, которую он предлагал, была похожа на красивый, но чужой золотой кокон. Уютный, блестящий, но все же клетка. В ней не было места ее тревогам, ее ошибкам, ее горькому, но такому ценному опыту. Он предлагал ей забыть себя прежнюю и стать украшением его безупречной жизни.
Ее тягостные размышления прервал знакомый фыркающий звук мотора. По проселочной дороге, пыля, медленно проехал потрепанный служебный автомобиль Александра. Он не остановился, лишь на секунду сбросил скорость, будто машина сама на мгновение задержалась, и их взгляды встретились через запыленное лобовое стекло. Он был один. Его лицо, освещенное солнечными бликами, осталось невозмутимым, профессионально-отстраненным. Но Анна, к своему удивлению, уловила в его коротком, цепком взгляде не упрек и не ревность, а что-то похожее на... понимание. И легкую, едва заметную, но такую человеческую грусть. Словно он видел не ее с другим мужчиной, а ее в роли, которая ей мала, тесна и не подходит. Он молча, почти незаметно, поднял руку в знакомом жесте приветствия и уехал, оставив за собой облачко дорожной пыли.
— Навязчивый тип, — с легкой, снисходительной усмешкой заметил Юрий, следя за удаляющейся машиной. — У него тут, что, участок?
— Он внук Веры Максимовны, — почему-то резко, почти огрызнувшись, парировала Анна, и сама удивилась жгучей вспышке чего-то вроде обиды за Александра. — И он не навязчивый. Он помогает нам с юридическими вопросами. Просто работает, он полицейский.
Юрий лишь удивленно поднял бровь, пожав плечами, как бы давая понять, что не стоит тратить нервы на пустяки.
Вечером того же дня, уложив Катю спать под слаженный мурлыкающий аккомпанемент двух подросших и наглых, как бандиты, котят, Анна вышла в сад. Воздух был густым и теплым, словно жидкий мед, пахло ночными фиалками, сиренью и дымком от далекого костра. Она села на старую деревянную скамейку, с которой было видно освещенное окно кухни, где Мария Андреевна и Вера Максимовна, как два мудрых полководца после битвы, пили свой традиционный вечерний бокал вина и о чем-то спокойно беседовали.
Мысль о том, что ей, Анне, срочно, немедленно нужна своя работа, как упрямый росток, уже несколько недель пробивалась сквозь хаос чувств и сомнений. Не просто занятие, а дело. Удаленная работа. Чтобы быть всегда рядом с Катей, чтобы остаться здесь, в Арпино, в этом приютившем ее доме. Чтобы ни от кого не зависеть. Чтобы смотреть в зеркало и видеть не «жену того-то» или «спутницу того-то», а Анну. Саму по себе.
Она долго размышляла, что ей нравится делать, на чем можно заработать. «Что я умею?» — строго, без жалости, спрашивала она себя. Образование учителя начальных классов... Но мысль о школе, о шумных классах, громких голосах и вымученной дисциплине вызывала у нее приступ клаустрофобии и тошноты. Ей требовалось тихое, упорядоченное, контролируемое пространство. Свой уголок. Где ее педантичность, любовь к детям, умение объяснять и бесконечное, испытанное на дочке, терпение стали бы не недостатками, а главными козырями.
У неё уже оформилась идея, которую она несколько дней нерешительно обдумывала. Репетиторство! Но не у школьной доски, а онлайн, один на один с ребенком. Подготовка малышей к школе, помощь с домашними заданиями младшеклассникам по русскому и математике. Она могла бы создать себе гибкое расписание, брать столько учеников, сколько сможет психологически и физически вытянуть, работать из своей комнаты или из летней беседки на вилле, глядя на сад.
Она осторожно поделилась этой полуфантазией с бабушками, и те поддержали ее с таким единодушным и бурным воодушевлением, будто она объявила о планах полететь на Марс.
Эта мысль, в отличие от воздушных, парящих в облаках замков Юрия, была твердой, прочной и реальной, как земля под ногами. Настоящим проектом.
В этот момент калитка тихо скрипнула, и в сад вошел Александр. Он шел не к дому, а прямо к ней, уверенно, как будто знал, что найдет ее здесь. В его руках была небольшая картонная коробка.
— Привет, — сказал он просто и сел рядом на скамейку, не дожидаясь приглашения. Его присутствие не было навязчивым, оно было... плотным, как щит. — Ездил по делам в районный центр, заодно заскочил в компьютерный магазин. — Он открыл коробку. Внутри, аккуратно упакованная в пузырчатую пленку, лежала новая, современная веб-камера с микрофоном-петличкой и небольшая, но удобная подставка для ноутбука.
Анна смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова, чувствуя, как комок подкатывает к горлу.
— Бабуля Вера с Марией Андреевной вчера вечером, за аперитивом, проговорились, что ты всерьез подумываешь о репетиторстве онлайн, — объяснил он так же просто и деловито, как если бы докладывал о ходе стройки забора. — Это очень здравая и сильная мысль. Я сам на дистанционках бываю — совещания, допросы. Так вот, со встроенной камерой ноутбука далеко не уедешь. Изображение мыльное, звук фонит. Родители платят за результат, а для результата нужен качественный инструмент. Картинка должна быть четкой, звук — чистым. Чтобы к тебе тянулись, а не бежали после первых пяти минут.
Он не спрашивал о пикнике. Не делал колких замечаний в адрес Юрия. Не пытался намекнуть на свои чувства. Он просто увидел ее намерение, ее робкий шаг к самостоятельности и молча, по-мужски, по-деловому, поддержал его самым практичным и необходимым способом.
В горле у Анны встал ком, и она, чтобы не расплакаться, лишь сжала коробку в руках. В глазах Юрия она была красивой, немного потрепанной жизнью игрушкой, которую нужно было отреставрировать, нарядить и поставить на полку для украшения его интерьера. В глазах Александра — человеком. Со своими слабостями и силами, со своими ошибками и, самое главное, со своими целями. И он был готов помочь ей их достичь, даже если эти цели вели ее по жизни пока что не прямо к нему в объятия.
— Спасибо, — прошептала она, и это короткое слово вмещало в себя гораздо больше, чем простую благодарность за подарок.
— Не за что, — он коротко, по-юношески стесненно улыбнулся, кивнул и, попрощавшись, ушел так же тихо, как и появился, растворившись в теплых сумерках.
Анна еще долго сидела на скамейке, держа в руках коробку, и смотрела на зажигающиеся в темнеющем селе одинокие огоньки. Впервые за долгие годы она чувствовала не леденящий страх перед будущим, а живой, трепетный азарт. Она не знала, кто будет рядом с ней в этом будущем — пылкий, но чужой Юрий или надежный, свой Александр. Но она точно знала, что главной героиней, режиссером и сценаристом своей жизни будет она сама. И первый, самый важный кадр этого нового фильма лежал у нее на коленях в картонной коробке.
Это глава из книги "Вилла "МариВера". Все опубликованные главы смотрите здесь
Как купить и прочитать мои книги целиком, не дожидаясь новой главы, смотрите здесь