У моей знакомой Юлии — ревнивый муж. И надо признать, повод для ревности у Виталия был, ведь жена его и впрямь была писаной красавицей. Но сколь ни привлекательна была Юля, душой она оставалась верной и преданной, мыслей об измене не допуская даже в кошмарах.
Как-то раз раздался звонок:
«Любимая, ты не забыла? Сегодня же пять лет, как мы встретились! Я отпросился. Бери такси и жди у ресторана. Отпразднуем!»
Юлия быстро собралась. Собраться ей было — подпоясаться, как говорится. Она не трудилась в эти годы, целиком посвятив себя учебе на стоматолога. Идея исходила от Виталия, самого зубного техника, чьи дела шли в гору — он с приятелем как раз открыл частный стоматологический кабинет.
Подъехав к ресторану и не обнаружив мужа, Юля присела на ближайшую скамейку. Стояли первые дни сентября, легкий ветерок играл прядями ее белокурых волос. Было еще по-летнему тепло, и лишь кое-где в зелени деревьев проглядывали желтые листья. Заметить такую девушку было невозможно. К ней тут же подсел молодой человек с навязчивой болтовней:
«Привет! Какая погода! Часто здесь бываете?»
Он не давал ей и слова вставить, сыпля комплиментами и выпрашивая номер. Юля, не поддерживая разговора, отошла подальше. Но кавалер оказался на редкость «липучим».
«Девушка, вы мне правда понравились! Это судьба!» — не унимался он.
Юлия нервничала: вот-вот должен был появиться Виталий. Увидев ее с незнакомцем, он бы устроил сцену, обвинив ее в том, что «улыбалась и виляла задом». Нужно было действовать решительно. Подозвав нахала, она отрезала:
«Молодой человек! Я готова провести с вами вечер, но обязана предупредить: у меня ВИЧ. Или пойдем к тебе, или отстань и не мешай работать!»
С этими словами она демонстративно отвернулась, давая понять, что принадлежит к древнейшей профессии. Ошарашенный парень, чья любовь мигом увяла, «как помидоры в сентябре», отступил от скамейки.
Спустя несколько минут к ресторану подбежал сияющий Виталий и, не говоря ни слова, страстно поцеловал жену. И тут забытый ухажер, вскочив, пронзил улицу криком:
«Мужик, ты что, одурел?! Не целуй ее! Она заразна, сама призналась! Ко мне приставала, но я не связываюсь с кем попало!»
Вечер был безнадежно испорчен. Три дня Виталий не разговаривал с женой, отказываясь понять, что такой ценой она пыталась защитить и свою честь, и его покой. Да, нелегко ему приходилось с такой красавицей в жёнах.
Пока супруг дулся, к ним нагрянула его мать, Галина Дмитриевна. Свекровь снова принялась за воспитание снохи. Единственного сына она ни с кем делить не желала. Возвращаться с занятий Юле не хотелось: дома её ждала Галина Дмитриевна с тряпкой в руках, одержимая манией стерильной чистоты. Чем еще было заняться женщине, которая в жизни «ни шьет ни порет», а лишь наводила бессмысленный блеск?
А у Юлии в тот день была практика в морге — зрелище не для слабонервных. Одна из студенток даже рухнула в обморок, когда ей поручили перенести ампутированную конечность. Настроение у Юли и без того было мрачным, а видеть недовольное лицо свекрови с её недобрым карим взглядом и вечно оттопыренными губами не хотелось вовсе.
Юля никогда не огрызалась в ответ, в том числе чтобы лишний раз не демонстрировать свою картавость — детский дефект речи, над которым свекровь постоянно иронизировала, удивляясь, как ее статный, кареглазый сын связался с этой «невнятной картавой».
Мать Юли только что уехала, погостив у молодых три недели. Это было чудесное время: они весело ходили по магазинам, гуляли в парках, болтали до ночи, развалясь перед телевизором. Та не заставляла никого наводить чистоту и сама ею не занималась, а перед отъездом посоветовала нанимать уборщицу дважды в неделю — ведь Юле было некогда.
Впрочем, Виталий дулся недолго. Супруги быстро помирились. Спустя два года на свет появились двойняшки — мальчик и девочка. А для тёщи с тёстем молодые стали строить квартиру в ипотеку на двадцатом этаже городской высотки, мечтая перевезти их из далёкого села в областной центр, поближе к себе.
***
