Толя метался по квартире, как крыса в банке. Он знал Марину — если она сказала, то сделает. А перспектива присесть за экономические махинации (а он там подписывал много чего, не глядя) или вылететь с работы с волчьим билетом его не грела. Он попытался наехать, поорать, даже замахнулся, но Марина спокойно достала перцовый баллончик. — Только дернись. Еще и за побои присядешь. К обеду следующего дня Толя вернулся. Вид у него был помятый, глаза бегали. В руках он сжимал пухлый пластиковый пакет. Он швырнул пакет на кухонный стол. — На! Подавись! Кредит взял наличными, под бешеные проценты! Всю жизнь теперь горбатиться буду! Довольна, стерва? Марина не спеша открыла пакет. Пачки пятитысячных купюр, перетянутые резинками. Сумма внушительная. «Компенсация» за годы унижений, за экономию на колготках, за «суп из топора». — Вполне, — она убрала пакет в свою сумку, стоящую на стуле. — Ну всё, удаляй фотки! И справку верни! — прорычал Толя. — Мы в расчете. Теперь заживем нормально? Я, правда, буд
Муж давал копейки на еду и требовал мяса — я узнала его реальную зарплату и устроила «сладкую жизнь»
24 ноября 202524 ноя 2025
47,8 тыс
2 мин