Промороженные за ночь ветки, то и дело попадавшиеся под ноги, звонко хрустели в утренней тишине.
Всего месяц назад здесь звонко пели птицы, рассекались грозным жужжанием припозднившиеся мухи и шмели. Сейчас же природа вовсю готовилась к долгой и сонной зиме.
Совсем скоро белым саваном тропинки и деревья укутает снег, а красные грозди рябины и калины провиснут до самой земли, мелькая яркими пятнами на белоснежном покрывале и радуя снующих меж веток дроздов и синиц.
Игорь всегда любил середину осени. В этих краях смена сезонов часто происходила резко. Вчера вовсю светило солнце, тополя и клёны сверкали золотом, а сегодня от былого великолепия не осталось и следа.
На земле, кое-где покрытой жухлой травой и бурой массой из хвои, листьев и шишек, белел иней, а сквозь ветки осинника просвечивало тяжёлое серое небо. Впереди, между тёмно-зелёных еловых лап, мелькала белая «баранка» хвоста Куджо — огромной японской акиты, без которой Игорь уже не мыслил своих вылазок в лес.
— Днём, наверное, моросить будет, — мужчина задумчиво посмотрел на собирающиеся над верхушками елей облака. — Надо бы до обеда обход закончить, а то Михалыч хотел дров привезти. Вымокнут все, если без меня всё во дворе скинет. Вечно торопится куда-то, — пробормотал про себя.
Нет бы, как раньше, приехать нормально, да на лося сходить. Жена ворчит, зверюшек ей жалко. Можно подумать, ради забавы охотимся! Зато как котлет им накручу из лосятины — сразу вся жалость испаряется, только ещё просит. Так бы сразу и говорила, что боится мужа отпускать после того случая с городскими. Парнишка случайно по отцу попал… Ладно, по касательной прошла, да и я вовремя подоспел.
Слушать надо было внимательней, а не телефоном щёлкать ради фотографий. Вера в себя у некоторых зашкаливает, чего не скажешь о здравом смысле. Всё для них игра. Тут нужно смотреть в оба и думать за троих. Несчастные случаи на охоте всегда были — никто не застрахован. Но если голову хоть иногда включать... Эх, да ну их всех.
Пойду лучше посмотрю, что там с капканами. Вчера здоровый какой бобёр чуть не попался. Не хотел бы я один на один с таким встретиться...
Мужчина сделал глубокий вдох, шумно втянув морозный воздух, насыщенный сыростью, лежалой хвоей, смолой и влажной землёй.
И протяжно свистнул, подзывая пса. Впереди начиналась болотистая местность. То и дело на кочках виднелись россыпи клюквы, уже застывшей и скукожившейся. Сюда редко кто приезжал: места были глухие и опасные, и хоть в лесу было полно дичи, даже охотников в последние годы становилось всё меньше. Игорь объяснял это тем, что зоозащитники и прочие эко-активисты отлично справляются со своей работой.
Да и молодёжь нынче к подобному ремеслу охладела, а стариков всё меньше с каждым годом. На рыбалку ещё ездили, а охота превратилась в дорогое хобби для избранных. Вот только численности зверя всё же приходилось искусственно регулировать. Раньше здесь водилось много волков, природа сама справлялась, а сейчас можно пройти километров двадцать, ни одного не встретить — перебили всех ещё лет десять назад.
Да и медведи эмигрировали куда-то севернее. Последний раз Игорь видел медведя позапрошлом году — тогда как раз генерал приезжал поохотиться. Вот тогда и наткнулись на мамку с медвежатами, шли к ручью по своим делам.
Уже шестой год Игорь был чуть ли не полновластным хозяином этой территории. Ему, как главному егерю заповедника, здесь был известен каждый камушек, каждая веточка. Хоть и простирался лес на много километров, а до ближайшего населённого пункта даже на машине ехать пришлось бы не меньше часа.
— Ну что, Куджо, друг мой? — потрепал по холке подбежавшую собаку Игорь. — Дальше пойдём на гору, тут делать нечего. А потом к твоей любимой реке — вдруг бобёр попался.
"Уф!" — одобрительно кивнул пёс, одновременно виляя хвостом.
Над головой раздался мерный стук: чёрная желна сидела на высокой ели и монотонно била по стволу крепким клювом. Первое время Игорь только успевал подмечать лесных обитателей. Теперь же просто фиксировал в сознании, что где-то стучат, бегут, шуршат или хрустят ветками.
Теперь для него было куда странней увидеть здесь не какого-нибудь представителя фауны, а обычного человека. От людей Игорь устал. Устал настолько, что однажды просто оторвал от себя всю прежнюю жизнь.
Уволился из ненавистного банка, где он неплохо зарабатывал, занимая пост управляющего отделением, продал квартиру в элитном жилом комплексе, перестал общаться с друзьями, а шикарное спортивное купе сменил на мощный внедорожник.
Знакомые, узнав о столь странной выходке успешного с их точки зрения человека, крутили пальцем у виска. Лишь Галина Петровна, мать, строгая пожилая женщина с лёгкой проседью в черных волосах, сына не осуждала.
Только она одна понимала истинную причину столь разительной перемены Игоря. Всё дело было в женщине.
Игорь рос замкнутым мальчиком, помешанным на учёбе. Друзей у него не было, а девчонки, в принципе, сторонились молчаливого ботаника, лишь хихикали за спиной или презрительно морщились, когда тот обращался к ним с какой-нибудь просьбой.
Игорю было, в общем-то, всё равно, что о нём думают окружающие — единственной целью было образование. Он мечтал вырваться из нищеты, в которой их семья оказалась из-за отца-алкаша. Немало нервов тот попортил и жене, и сыну — Галина терпела до последнего, всё надеялась, что муж одумается и бросит пить.
Из дома регулярно пропадали вещи, зарплата таяла на глазах, количество выпивки только росло. Не раз Галина, схватив сковородку, гнала прочь маргинальных друзей мужа, тот ползал на коленях, молил о прощении, но максимум через неделю всё повторялось.
Когда Игорю исполнилось десять, отца не стало. Он просто не вернулся однажды домой. Была зима, стояли страшные морозы. Галина, обзвонив всю округу, места себе не находила — сердцем чуяла, что мужа больше нет в живых. Подтверждение пришло только в конце марта, когда начал таять лёд на реке.
Тогда рыбаки и выловили тело мужчины. Несчастный случай: судя по всему, возвращался с очередной пьянки домой и решил срезать путь через замёрзшую реку. В какой-то момент лёд не выдержал, а может, провалился в полынью — узнать уже было невозможно. Галина и не исключала, что кто-то мог ему "помочь": при теле не оказалось ни документов, ни денег — ничего.
Но следствие не слишком желало возиться с очередным «глухарём» — так дело и закрыли. Игорю было всё равно. Отца он ненавидел, а мать жалел. А вот Галина страдала: хоть муж и пил, она всё равно любила его всем сердцем. Гибель мужа сильно ударила по её самочувствию.
От работы в экстренной хирургии пришлось отказаться, так Галина и перешла на должность участкового терапевта в местную поликлинику. Денег в семье стало ещё меньше, но теперь они хотя бы бесследно не исчезали. Тогда Игорь пообещал себе: он сделает всё возможное, чтобы их с матерью жизнь однажды кардинально изменилась.
Мальчик оказался талантливым, особый интерес у него вызывали математика, обществознание и экономика. Неудивительно, что для поступления он выбрал специальность «банковское дело». Поступить, конечно, удалось на бюджет. Мать гордилась сыном: тот никогда не просил у неё денег, учился на отлично, не связывался с дурными компаниями и сомнительными отношениями.
А потом всё начало меняться так стремительно, что сложно было уследить. Игорь был на хорошем счету в университете; к тому же у него появился первый настоящий друг. Артём был сыном очень обеспеченных родителей — учился посредственно, быстро сообразил, что стоит подружиться с одарённым студентом, чтобы он помогал ему с учёбой. Выбор пал на Игоря: скромного парня в вечно заношенной одежде, который после пар сразу торопился на подработку, смешно щурился в своих толстых очках и сильно сутулился.
Пусть изначально мотивы Артёма были меркантильными, почти сразу парни подружились: оба увлекались историей и компьютерными играми, разница в статусе никого не смущала. Единственное, что нравилось Игорю меньше всего — за Артёмом увивались девчонки, мечтая о поездке на его новенькой машине.
Девчонок Игорь откровенно побаивался ещё со школы. Особенно красивых. Хоть многие из Тёмкиных поклонниц пытались приударить и за ним, но получали отказ. А потом… потом была производственная практика. Артём уговорил отца взять их обоих на стажировку в его банк.
Вот тогда-то Игоря и заметили. Нестандартный подход к делу, внимательность и скрупулёзность помогли выявить несколько серьёзных ошибок в работе аналитического отдела, что сэкономило банку приличную сумму. Сразу после защиты диплома Игорю предложили должность уже официально. Так скромный паренёк стал начальником аналитического отдела.
Тёмка не завидовал — он не питал особого интереса к профессии, но был искренне рад, что теперь социальная пропасть между ними почти исчезла. Дружба только крепла. Кроме того, приятели обнаружили новое общее увлечение — охоту. Однажды Артём предложил развеяться и поехать в какое-то лесное хозяйство на краю области.
Игорь, который редко покидал город, сперва не хотел, но всё же сдался под напором друга. Очутившись впервые в лесу, Игорь испугался. Его мир, прежде управляемый логикой и чёткими алгоритмами, внезапно растаял среди равнодушных к человеку просторов. Пугали размеры, звуки, неизвестность… и строгий егерь Михаил Васильевич.
Старик пренебрежительно смотрел на двух городских юнцов, имевших весьма смутное представление об охоте. В тот день Игорь впервые попал в зайца. Удовольствия этот процесс ему не доставил — напротив, почувствовал отвращение и лёгкое осуждение самого себя. Тёмка же буквально впал в азарт.
Гораздо больше удовольствия Игорю доставило просто наблюдать за жизнью животных в бинокль. Он внимательно слушал старого егеря, впитывал каждую историю, объяснение, природную примету. Особенно его покорили рассказы о хитрой звериной смекалке, повадках, необычном поведении.
Парень понял: в лесное хозяйство он ещё точно вернётся.
Так и вышло.
продолжение