(Продолжение. Все главы - здесь)
Глава 3. Заячья ель
Милане очень повезло. Весила она немного, да и коробка сначала упала на упругие ветви огромной ели, проехала по ним, как по горке, и уже потом наполовину зарылась в сугроб.
Через прозрачную плёнку было видно, как высятся вокруг громады заснеженных деревьев.
— Ай, беда! — тихо воскликнула Милана.
Она поняла, что очутилась посреди дремучего леса. Что же теперь делать?
Должно быть, Дед Мороз и Снегурочка не заметили её падения. Скоро они полетят обратной дорогой, но как им разглядеть с высоты маленькую коробку с куклой посреди бескрайнего леса?
Милане стало страшно, но она приказала себя: ну-ка, возьми себя в руки! Надо для начала выбраться наружу. Спору нет, её положение было незавидным. Но лёжа в коробке и хныча, выхода из него точно не найдёшь.
Чтобы не рвать плёнку, Милана изнутри отогнула картонные уголки, откинула крышку и вылезла из коробки. Лес стоял стеной.
— Хорошо бы забраться на самое высокое дерево и осмотреться, — сказал себе Милана. — Может быть, я увижу опушку леса или хотя бы поляну, а потом придумаю, как дать знак Деду Морозу. А может, я увижу чьё-нибудь жильё и прошу помощи.
Она шагнула к той самой ели, которая замедлила падение коробки. Это было поистине исполинское дерево. Нижние ветви его были так тяжелы, что провисали до самых сугробов.
Подъём предстоял сложный, к тому же, на Милане было длинное платье — совсем не подходящий наряд для таких трюков. Оно будет мешать и наверняка изорвётся об сучки! Милана решила снять его, но едва подняла руки к застёжкам, как вдруг из темноты точно ей в лоб прилетела еловая шишка.
— Ой! — воскликнула она.
Другая шишка ощутимо стукнула в спину. По сугробам, под низко висящими ветвями, за припорошёнными снегом кустарниками мелькали быстрые серые тени.
— Кто здесь? — крикнула Милана.
Вместо ответа откуда-то сбоку прилетела ещё одна шишка, угодившая ей в плечо. Послышался злорадный смешок, и шишки посыпались градом. Они стучали по спине и голове.
— Кто бы вы ни были, очень трусливо с вашей стороны так вести себя! — громко сказала Милана. — Только трусы нападают толпой! Вы что, боитесь показаться маленькой кукле?
Поток шишек прекратился. Кусты шевельнулись, и под лунный свет, к удивлению Миланы, вышел… заяц! Он передвигался на задних лапах, а в передних держал рогатку и ещё одну шишку. Вслед за ним начали выходить из-за деревьев и другие зайцы. Они тоже были вооружены рогатками.
Первый заяц подошёл к волшебной кукле и грубо спросил:
— Как ты посмела назвать меня трусливым?
Он был довольно рослый, выше Миланы, даже не считая длинных ушей, на концах которых шерсть была почему-то не белой, а чёрной. Но Милана не дрогнула, встретив нахальный взгляд его раскосых глаз.
— А что, нападать на слабых и безоружных — это не трусость?
— Меня зовут Черноух, — заявил заяц, выпятив грудь. — Мы — банда диких зайцев, никого не боимся! Ну, кроме волков, понятное дело.
— Да, и ещё совы, — прибавил другой заяц, толстый и пушистый. — Они нападают сверху. Я думаю, нет ничего зазорного в том, чтобы бояться сов.
— Верно, верно! — подхватили остальные. — И лисы ещё — их можно бояться. Такие коварные! Вроде бы яркие, рыжие, а могут незаметно подкрасться…
— А хорьки и куницы ещё хуже! — вставил тощий заяц с неряшливо свалявшейся шерстью. — Тихие, хитрые. Вот их ещё боимся, пожалуй.
Другой заяц, у которого не хватало половины левого уха, со вздохом прибавил:
— А я вот давеча, когда снег с дерева шумно упал, очень испугался!
— Да, жутковато было, — согласились с ним остальные.
— А как насчёт кабанов? — осторожно спросила Милана.
— Э, кто же их не боится? — заголосили зайцы. — Сильные и глупые, под ноги не глядят. Такого попробуй не бояться — стопчет и не заметит! И лоси ещё такими бывают. Здоровенные, что им, лосям…
У Миланы сложилось впечатление, что если «бесстрашная» банда и не боялась кого-то в лесу, то разве только синичек.
— А ну-ка, прекратить! — спохватился черноухий главарь. — Вы что, забыли? Мы — банда! Мы не боимся того, кого боится весь лес!
— Да, верно! — подхватили остальные.
— Кто же это такой? — спросила Милана.
Черноух наклонился к ней и прошептал страшным голосом:
— Разве не знаешь, кто самый сильный в лесу? Медведь! Все боятся медведя. А мы — не боимся! Так-то вот.
— Да ведь медведи зимой спят, — сказала Милана.
— Это несущественно, — отмахнулся Черноух. — Какая разница, кто когда спит? Главное — мы его не боимся, и точка. Мы страшная банда бесстрашных диких зайцев! И тебе придётся ответить за то, что назвала нас трусами…
По злым глазам Черноуха Милана поняла, что её сейчас могут обидеть. Она не привыкла к такому обращению, живя в поместье Деда Мороза. Но, конечно, слышала разные сказки и догадывалась, что у трусов остаётся одна радость: обидеть того, кто слабее.
Однако она не подала виду, что напугана.
— И правда, какое нам дело до медведя, — сказала Милана как ни в чём не бывало. — Есть кое-кто пострашнее, и уж точно не спит.
— Чепуху говоришь! — нахмурился Черноух. — Нет никого страшнее медведя.
— А дракон?
При этом жутком слове зайцы вздрогнули, а корноухий даже присел в испуге. Однако главарь постарался напустить на себя бодрый вид.
— Драко-он? — протянул он насмешливо. — Дракона уже много лет никто не видел!
— А я слышал, как белки говорили, будто дракон проснулся, — вставил дрожащим голоском корноухий заяц. Кажется, он был самым пугливым из всей банды.
— Нашёл, кого слушать! Врут твои белки, — заявил Черноух.
— Только что дракон напал на сани Деда Мороза! — объявила Милана. — Я видела его собственными глазами.
— Врёшь! — воскликнул главарь. — Ну-ка, расскажи, как он выглядел…
— Большой, серый, огнедышащий, и с шипом на хвосте.
По перепуганной банде прошелестел полный ужаса шёпот:
— Шипохвост! Она видела Шипохвоста! Он снова пробудился… Что теперь будет?
Что касается корноухого зайца, тот и вовсе упал в обморок.
Чтобы произвести ещё большее впечатление, Милана посмотрела на усеянное звёздами небо и спросила:
— Не он ли это летит?
Её слова произвели неожиданно сильный эффект. Косых охватило смятение. При одной мысли о том, что ужасное летающее чудовище может быть рядом, они с криками и плачем кинулись разбегаться в разные стороны, толкаясь и наступая друг другу на лапы. Досталось и Милане: кто-то наткнулся на неё и повалил в сугроб.
— Вон он, летит! — взвизгнул один из зайцев, ещё больше усиливая всеобщую панику.
— Все под ёлку! — распорядился Черноух.
Барахтаясь в снегу, Милана разглядела, что над деревьями и вправду парит серая тень. Неужели она случайно оказалась права, и это дракон?
Она почувствовала прикосновение тёплой мягкой лапы. Это корноухий заяц схватил её за руку и потянул под прикрытие ветвей.
— Спасайся, глупая! — приглушённо крикнул он.
Утопая в снегу, Милана поспешила за ним. Бросив взгляд наверх, она со страхом поняла, что серая тень снижается. Для дракона она была маловата, но всё равно превосходила Милану размерами и явно представляла опасность.
Корноухий заяц на бегу натянул рогатку и выстрелил еловой шишкой. Тень с досадой ухнула и скользнула в сторону.
— Это просто сова! — крикнул корноухий. — Стреляйте в неё, у меня кончились шишки!
— Рогатки заряжай! — скомандовал главарь заячьей банды. — По сове — целься! Пли!
Действительно, это была сова. Крупная, с огромными когтями и острым изогнутым клювом, но всего лишь сова, а не дракон.
Большая часть косых уже спряталась под шатром еловых ветвей, куда хищная птица проникнуть никак не могла. Там к зайцам вернулось бесстрашие, о котором они так любили порассуждать, и они принялись обстреливать сову шишками. Под градом еловых снарядов она не решилась атаковать снова и улетела прочь.
Косые встретили победу громкими криками «ура!»
Когда корноухий заяц, тяжело дыша от пережитого страха, завёл Милану под свод еловых ветвей, главарь одобрительно похлопал её по плечу.
— Молодец, что заметила опасность! — сказал он. — Правда, это оказался совсем не дракон, а то бы мы нипочём не испугались… А что, видала, как мы ловко рогатками сову отпугнули? Опасность грозила только трусишке Корноуху, да и то лишь потому, что он взялся спасать тебя…
Упрекать Милану было, конечно, нечестно. По счастью, тот самый заяц с очень подходящим ему прозвищем Корноух, вступился за куклу:
— Если бы не она, сова схватила бы кого-нибудь из нас, может быть, даже тебя, Черноух, как самого большого!
Главарь взмахнул лапами.
— Почему меня? Я жилистый и невкусный. Первым сова схватила бы кого-то вроде Толстика, — прибавил он, кивнув на пухлого зайца.
— Так или иначе, хотя мы бесстрашные, встретиться с совой было бы неприятно, — заключил Корноух. — А значит, надо поблагодарить нашу гостью.
Милана подумала, что, хотя этот зайчик и боялся больше всех, за какую-то минуту он трижды показал, что может быть храбрым. В первый раз, когда все спасались сами, а он поспешил на помощь волшебной кукле. Во второй раз, когда начал отстреливаться, благодаря чему и разглядел, что нападает вовсе не дракон. И вот теперь — когда решился возразить вожаку.
— Дело говоришь, — не мог не признать Черноух. — Ну, незнакомка, добро пожаловать под своды Заячьей ели!
Милана осмотрелась. Под нижним ярусом ветвей притаился целый заячий теремок. Снег сюда не проникал, пожухлая трава служила естественным ковром. Правда, было темновато: единственным освещением служили редкие лучи лунного света, пробивавшиеся сквозь переплетение ветвей.
Тут и нам виднелись лежанки из опавшей хвои и осенних листьев, у ствола были сложены кучки съестного, а также боеприпасы для рогаток. Пожалуй, зайцы здорово придумали поселиться здесь. Ни один хищник не мог подобраться к ним не замеченным, а рогатки и большой запас шишек позволяли косым оборонять своё жилище.
— Собратья! — воскликнул заяц по прозвищу Толстик. — Мне кажется, после пережитых волнений было бы неплохо подкрепиться!
— Поешь с нами, — пригласил Милану Черноух. — Заодно расскажешь, кто ты и откуда.
— Спасибо, но мне нельзя оставаться здесь. Меня зовут Милана, я волшебная кукла, которую Дед Мороз вёз в подарок девочке Нюсе. Я выпала из саней во время схватки с драконом. Дед Мороз обязательно скоро вернётся и будет меня искать. Мне нужно выйти на открытое место. Есть здесь такое?
— Есть, но оно расположено далековато, — сказал главарь.
— Вряд ли Дед Мороз тебя найдёт, — с сомнением сказал Корноух. — Лес огромен. Над ним можно летать неделями.
От этих слов Милана почувствовала себя несчастной как никогда.
— Что же мне делать?
— Для начала — подкрепиться, — сказал Черноух. — А потом я что-нибудь придумаю.
Милану усадили на одну из лежанок и поставили перед ней нечто вроде тарелки из древесной коры. Заячья трапеза оказалась очень скромной: главным образом её составляли сушёные ягоды да грибы. Было несколько орехов, которые Черноух распределял в качестве десерта.
— Вы, кажется, не очень-то сытно живёте? — осторожно спросила Милана.
Черноух вздохнул:
— Хотя мы и бесстрашные, но, понимаешь, у нас не принято далеко уходить от нашей ели… Много еды найти не удаётся. Ещё осиновая кора есть. Мы её на голодное время бережём, но если хочешь, возьми кусочек.
— Спасибо, не надо! — поспешно сказала Милана. От зайцев из теплиц Деда Мороза она знала, что осиновая кора горька, как хина.
Тут она вспомнила кое о чём.
— Подождите-ка минуту! Мне нужно ненадолго сбегать наружу…
Корноух поднялся со своего места, повесил на плечо рогатку, взял две шишки и сказал:
— Я с тобой. На случай, если сова вернётся.
Определённо, тот, кого Милана сперва приняла за самого большого труса, оказался малым не робкого десятка!
Они вышли из-под свода ветвей. Корноух держал оружие наизготовку. Милана добежала до своей коробки и достала из неё сумку.
Заглянув внутрь, она обнаружила, что случайно забрала с собой волшебную сосульку. На миг её сердца коснулась надежда, но Милана тут же подумала, что не умеет творить волшебство, а значит, никакой пользы для неё от сосульки не будет.
Вернувшись под ёлку, Милана достала из сумки кусок пирога, припасённый в дорогу.
— Здесь, конечно, мало на всех, но больше у меня ничего нет. Угощайтесь! — предложила она.
У зайцев загорелись глаза. Черноухий главарь разделил кусок на равные доли. Милана от своей части отказалась.
— Я хоть и волшебная, но кукла, ни от голода, ни от холода не страдаю, — объяснила она, хотя ей до ужаса хотелось попробовать собственную стряпню.
Как ни малы были порции, зайцы пришли в восторг.
— Вот это да! — слышалось то тут, то там. — Ничего вкуснее в жизни не ел! Оставайся с нами, Милана, будешь готовить для нас. Тут, под ёлкой, совсем не страшно…
— Не могу, — ответила Милана с улыбкой. — Мне нужно к девочке Нюсе, ведь я её новогодний подарок. Хотя, боюсь, подарка из меня уже не получится, — прибавила она с тяжёлым вздохом. — Пройдёт ночь, Нюся проснётся, а меня под праздничной ёлкой не будет…
При этой мысли ей стало обидно до слёз. Ведь получалось, что она обманет Нюсю, не сдержит данного слова!
Глядя на её несчастное лицо, и косые начали всхлипывать. Но тут Черноух, слизнув с тарелки последние крошки пирога, сказал:
— Эх, если бы не драконы, мы бы мигом тебе помогли!
— Как? — удивилась Милана.
— Мы бы отвели тебя к Фуринде.
При этом странном имени все зайцы напряглись и даже перестали жевать. В наступившей тишине явственно прозвучал неуверенный голос Толстика:
— Но ведь она…
— Ну да, волшебница! — бодро ответил Черноух. — Скажи, ты знаешь, как позвать Деда Мороза в нашу чащобу?
Толстик отрицательно мотнул головой.
— А может быть, кто-то ещё в лесу знает, как это сделать?
— Нет, — послышалось со всех сторон.
— Если кто-то и знает, то только волшебница, а других волшебников, кроме Фуринды, поблизости нет, — заключил главарь.
С ним согласились, однако воодушевления его слова так и не вызвали. Косые выглядели встревоженными.
— Ничего себе — «поблизости», — послышался робкий голос Корноуха. — До дома Фуринды не меньше трёх километров!
Милана подумала, что это очень странно, как в одном зайце могут смешиваться трусость и смелость.
— Как мы дойдём? — продолжал Корноух. — Ёлки в лесу не на каждом шагу растут. Не под каждой ёлкой много шишек лежит. А сколько шишек может нести с собой один заяц, вооружённый рогаткой? Две или три, не больше. Этого хватит только на одну стычку с кем-нибудь вроде совы…
— А я придумал! — заявил Черноух и поднялся на задние лапы. — Слушай меня, бесстрашная банда диких зайцев! Мы возьмём с собой коробку Миланы. Наберём в неё шишек и потащим по снегу. Так у нас будет много боеприпасов.
Косые встрепенулись, застригли ушами.
— Толково придумано! — сказал один.
— Всё равно страшновато, — возражал другой.
— Нужно ли вообще рисковать? — сомневался третий. — Какая нам разница, что будет с Миланой?
Услышав это, Корноух вдруг тоже вскочил на задние лапы и встал рядом с вожаком.
— Разве мы, зайцы, неблагодарный народ? — воскликнул он. — Милана спасла нас от совы, угостила своей единственной едой. Неужели мы не отплатим ей добром?
— Прекрасно сказано, — похвалил его Черноух. — Кстати, у меня есть разговор к Фуринде. Давно собирался к ней зайти, да всё было недосуг… А теперь думаю: не стану откладывать на следующий год, заодно и Милане помогу. Так что собирайте шишки!
— Спасибо вам большое! — обрадовалась Милана. — Послушайте, я могу предложить кое-что получше своей коробки. Можете вы надрать полосок бересты вот такой ширины?
Она показала пальцами примерно сантиметр.
— Легко, — озадаченно сказал Черноух. — Да только зачем они нужны?
— Принесите побольше, я покажу, на что они могут сгодиться, — загадочно улыбнулась Милана.
Черноух тотчас отрядил несколько зайцев на сбор бересты. К счастью, вокруг гигантской ели росло вдоволь берёз, и посланцы управились быстро.
— Делайте как я, — сказала Милана и, вспоминая уроки Снегурочки, принялась за плетение.
Белые полоски так и мелькали у неё в руках. Вскоре из них получился небольшой кузовок — что-то вроде плетёного рюкзачка, по размерам — точно на зайца.
Косые пришли в восторг. Кстати, они оказались прилежными учениками. И часа не прошло, а у каждого дикого зайца уже был кузовок.
— Да ты сама настоящая волшебница! — говорили зайцы Милане.
— Что вы, — смущалась она. — Просто не поленилась научиться кое-чему у Снегурочки…
Зайцы снова стали предлагать ей остаться в банде, чтобы кормить их и мастерить всякие полезные вещи. Но Милана стояла на своём:
— Я дала Нюсе слово! А если слово не сдержишь, как людям в глаза смотреть? Стыдно…
— Отставить разговоры! — послышался командирский голос Черноуха. — Время не ждёт…
Вскоре по зимнему лесу, залитому лунным светом, двинулась удивительная процессия вооружённых рогатками зайцев. У каждого за спиной висел кузовок, битком набитый шишками. Трое или четверо волокли по снегу коробку волшебной куклы, на которой восседала Милана. Её ножки, конечно, не могли тягаться в скорости с заячьими лапами.
#детскаясказка
#читаемдетям
#детскаялитература
#сказкинаночь
#добрыеистории #новоенадзен #чтение #книги