На неделе позвонила тётя из Казани.
Та самая, которая каждый тост в мою честь начинает словами:
— Машенька у нас девочка хорошая, но слабенькая…
— У меня юбилей! — радостно сказала тетя. — Приезжай! Вся семья будет!
И вроде бы: звучит тепло. Семья, праздник, Казань я люблю.
Но внутри зажглась тревожная лампочка. Ибо...
Каждый раз, когда я приезжаю к родственникам, моя взрослая часть будто растворяется, а маленькая — встаёт на её место.
Этот дом, эти голоса, этот запах пирогов и старых половиков —
открывают чердак голосов из детства:
«Не спорь со старшими».
«Ты что, обиделась? Перестань немедленно».
«Будь хорошей, Маша».
Хорошей!
Той самой девочкой, которой нельзя жаловаться.
Которой нельзя сказать, что устала.
Которой можно только удобно улыбаться всем подряд.
И вот я опять улыбаюсь.
Соглашаюсь.
Мою посуду, пока все танцуют.
И ловлю себя на том, что поучаю бабушку, как ей принимать лекарства, а с мамой спорю, что не хочу еще один пирожок.
Так что когда тётя сказала:
— Ну что, Машенька, ждём тебя! — Тело замерло в страхе.
В страхе исчезнуть.
Снова стать той, которая всем должна.
Я написала психологу:
— Тётя зовёт на юбилей. Я хочу, но боюсь, что меня там эмоционально размотает. Ехать или нет?
Он ответил:
— Я бы поехал. Поздравил, обнял, подарок подарил. А оставаться на посиделки необязательно. Так же, как и останавливаться у них.
Я задумалась.
Сколько времени я могу провести с родными, чтобы в маленькую беспомощную Машу не деградировать?
Час. Максимум два. Не больше
Ну что ж!
Моя внутренняя девочка выдержит только 2 часа этого юбилея.
Ей нужна я — взрослая Маша — организовать все так, чтобы ее не расплющило семейной любовью.
Я ещё не знаю, как все устрою.
Может быть, приеду позже. Может быть, останавлюсь в гостиницу. Может быть, просто отправлю подарок.
Но я впервые чувствую, что выбор есть.
И что голос, который раньше командовал мной, — уже не единственный.
