Продолжение
начало - в публикациях:
В предыдущих четырёх публикациях я рассказал о тюремных мастях. О каждой - отдельно. Максимально подробно, с примерами, историческими отсылками.
Однако надо помнить, что действительность не исчерпывается одними рассказами. На деле всё гораздо сложнее, противоречивее, запутаннее. Нюансы то и дело возникают, как грибы, в самое неожиданное время и в неожиданных местах.
Большую роль, кстати, играет место: в каждой отдельной зоне есть свои особенности.
А что касается времени - тем более: постановы меняются, как декорации в театральном спектакле, а с ними меняется и отношение, и вообще - понятия. Многое становится чисто условным, многое переворачивается с ног на голову...
В конце концов, в каждой масти есть такие типы, что не только что-либо взять у них из рук, а на одном километре срать побрезгуешь…
Меня могут упрекнуть в предвзятости. Чтобы упредить это, приведу ещё один пример, совершенно омерзительный, но как нельзя более показательный и красноречиво показывающий кто есть кто на самом деле.
Роман "Субцивилизация"- ВСЯ ПРАВДА О ТЮРЬМЕ:
Прибыл как-то по этапу в нашу зону один цыган. Взрослый - лет за пятьдесят. Степан звали.
Надо сказать, что издревле к цыганам в тюрьме особое отношение. Им многое прощается, многое сходит с рук. Многих из них, осуждённых, например, по педофильским статьям оставляют в мужиках. Как же! Цыган - бродяга по жизни! Воровство разного рода в крови! И, соответственно, уголовное сообщество для них - родная стихия. А это автоматически ослабляет с них спрос за те или иные некрасивые поступки. И ещё такая фишка: Цыгане не гасятся. Это о скидке в плане соблюдении чистоплотности...
Не говорю уж о том, что их с воли греют - будь здоров! Все при деньгах. А это сейчас может перевесить любой грех...
...Вобщем, подняли этого цыгана-Степана в наш барак. Там его порядочная масса встретила как родного!
Хотя, между нами, там и на роже написано, и по разговору судя - все признаки слабоумия. Но порядочную массу это не остановит - цыган же, надо соблюсти арестантский этикет и всё прочее - улыбаются ему, чуть не в дёсны бахают.
в дёсны бахать - целоваться (жарг.);
А вечером того же дня застал я действительно мерзкую, отвратительную сцену. Я зашёл на дальняк (т.е. в туалет) по малой нужде. Ну, и боковым зрением ухватил, как этот Степан, стоя со спущенными штанами в открытой кабинке, наклонившись (почти раком) начёсывает свой зад! Никого и ничего не стесняясь! Чешет-наяривает, почти раздирает - только хруст стоит! А на морде такое умильное выражение блаженства! Аж язык высунул... Фу! Только ещё слюни у него не текли...
Это ещё не всё.
Как бы ни было противно, я, выйдя в коридор, решил понаблюдать за ним через остеклённую дверь туалета с единственной целью: проверить, с мылом он помоет руки или без мыла. Мыть после туалета руки, тем более для "мужика" - это аксиома, святая обязанность.
Он ещё минут пять провозился со своим очком и...
НЕ ПОМЫВ РУК ВООБЩЕ, потёр ладони друг о друга и - к выходу!
И это ещё не всё!
После такой безобразной процедуры он прямиком попёрся в пищёвку!
пищёвка или КПП - помещение в бараках для хранения продуктов, приёма пищи и чаепитий.
Там его приветствовал многоголосый хор порядочных арестантов - "мужиков": "О-о-о! Степан! Проходи, присаживайся!" Они как раз, сидя за большим столом, чифирили. Его чуть ли не под ручки - к столу! На почётное место усадили! И ну - потчевать! А он с выражением счастья на роже своими сраными лапами мацает конфеты, кружки с чаем и т.д., другим передаёт.
А те - умиляются, улыбаются, из рук его говённых берут конфеты, угощаются...
Подобных историй у меня в запасе немало. Один даже мне пытался возразить: мол, ничего страшного - цыгане не гасятся.
А как насчёт остальных? Как насчёт банальной брезгливости? Как насчёт слова "форшмачить"? За такие штуки ещё не так давно гребешок прибивали! Чтоб не повадно было форшмачиться самому и форшмачить других...
гребешок прибить - определить в петушиную масть;
Однако, далеко не каждый "мужик" возьмёт на себя смелость такому уважаемому засранцу что-то предъявить, даже если застукает. Он вряд ли станет связываться - смолчит, побоится оскорбить.
И из-за стола его выставить не сможет! За это с самого могут спросить. И отказаться сидеть с таким рядом - нельзя, иначе выйдет - пренебрежение "мужиком".
Остаётся приличному и чистоплотному мужику сидеть за одним столом с этим дерьмом и принимать из его засранных пальцев конфеты...
С одной стороны один ведёт себя не по понятиям, а другой ничего не может поделать - опасается нарушить другие понятия! Вот такая вот ерунда...
Вот бы специалистам покопаться в этой навозной куче! Психологам, социологам, антропологам...
Тюремные и лагерные истории:
РЕЗЮМЕ:
Таким образом, тюремное сообщество поделено не на касты - масти, и не на блатных, мужиков и опущенных, как обычно пишут в каких-нибудь справочниках о тюремной субкультуре. А состоит из специфических социальных новообразований, не каст и не сословий, а скорее объединённых кланов со своими особыми канонами и устоями.
В настоящее время их четыре:
- воры;
- мужики в союзе с блатными, они же люди, они же - масса;
- красные, они же - шерсть, они же - козлы;
- обиженные, они же петухи.
Да. Те самые коронованные воры в законе, или жулики, стоящие во главе тюремной иерархии, считаются отдельной мастью. А вот бродяга - это не масть, а образ жизни порядочного арестанта из массы. Однако, далеко не в каждой зоне или тюрьме есть хотя бы один вор. И даже не в каждом регионе. Да и в стране их по пальцам можно пересчитать...
Вот, вроде бы, и всё. Осталось лишь повторить лаконичную фразу генерала Иволгина: "Ну, что знал, то сказал"...
P.S.
А уж выводы из того, что я изложил в этой серии публикаций, делайте сами:
"петух" имеет возможность не водиться с разными свиньями, работать уборщиком, но соблюдая при этом все правила гигиены; а вот "мужик" порой вынужден терпеть подле себя какую-нибудь мразь и слова поперёк не может сказать - повязан понятиями.
В наше время всё перемешалось...
