Галина Петровна возвращалась из магазина, когда услышала свою фамилию. Голоса доносились из беседки во дворе, где обычно собирались пенсионерки. Она остановилась за углом, прижав к груди пакет с продуктами.
— Так вот, Комарова-то наша, оказывается, всю жизнь на чужих мужей заглядывалась. Нина Степановна рассказывала, что ещё в молодости она с её Петром шашни крутила.
Галина Петровна узнала голос. Зоя Викторовна, соседка с пятого этажа. Они жили в одном подъезде двадцать лет, с тех пор как Галина переехала сюда после развода. Здоровались каждый день, останавливались поболтать, поздравляли друг друга с праздниками.
— Да ну, не может быть, — засомневался кто-то.
— Ещё как может. И муж от неё ушёл не просто так. Она же пила, Нина говорила. По вечерам одна сидела, бутылку за бутылкой.
Галина Петровна почувствовала, как земля уходит из-под ног. Какой Пётр? Какие бутылки? Она за всю жизнь больше бокала вина на праздник не выпивала. А с Петром Нины Степановны и знакома-то не была толком — здоровались в лифте, не больше.
— А сын её, говорят, в тюрьме сидел, — продолжала Зоя Викторовна. — Нина точно знает, у неё племянница в полиции работает.
Галина Петровна прислонилась к стене. Сын Андрей работал инженером в Москве, никогда даже штрафа не получал. Откуда эта чудовищная ложь?
Она простояла ещё несколько минут, слушая, как Зоя Викторовна плетёт небылицы одну за другой. Про то, что Галина якобы берёт деньги в долг и не отдаёт. Про то, что у неё дома грязь и тараканы. Про то, что она жалуется на соседей в управляющую компанию.
Когда голоса стихли, Галина Петровна на негнущихся ногах дошла до подъезда. Поднялась на свой третий этаж, закрыла дверь и опустилась на табуретку в прихожей. Руки тряслись, в горле стоял ком.
Двадцать лет. Двадцать лет эта женщина здоровалась и улыбалась, а потом рассказывала обо мне гадости всему подъезду. Сколько людей слышали эту ложь? Сколько поверили?
Галина Петровна вспоминала их отношения. Зоя Викторовна всегда казалась ей приятной соседкой. Интересовалась здоровьем, спрашивала про сына, рассказывала про свою жизнь. Галина делилась с ней новостями, иногда жаловалась на усталость или проблемы на работе. Думала — можно доверять, свой человек.
Теперь понятно, откуда Зоя брала материал для сплетен. Галина сама рассказывала ей про развод — а та переиначила всё по-своему. Сама упоминала, что сын задержался в командировке — а Зоя превратила это в «сидит в тюрьме». Обычные разговоры становились оружием в руках сплетницы.
Галина Петровна просидела в прихожей до темноты. Не могла заставить себя встать, приготовить ужин, включить телевизор. Всё казалось бессмысленным. Как жить в этом доме, зная, что соседи считают тебя пьяницей и матерью уголовника?
Позвонила подруга Валентина.
— Галь, ты чего трубку не берёшь? Я уже третий раз набираю.
— Извини, не слышала.
— Случилось что? Голос у тебя странный.
Галина Петровна рассказала всё. Валентина слушала молча, потом выдохнула.
— Вот гадина. Я всегда чувствовала, что она с двойным дном. Помнишь, на моём юбилее она всё выспрашивала, сколько я на подарки потратила? Думала, просто любопытная. А оказывается, собирала информацию.
— Валь, что мне делать? Я не могу здесь жить. Все на меня смотрят и думают невесть что.
— Во-первых, успокойся. Не все верят сплетням. Нормальные люди понимают, что Зойка языком мелет без остановки. Во-вторых, не вздумай прятаться. Ходи с поднятой головой. Пусть видят, что тебе нечего стыдиться.
Легко сказать — ходи с поднятой головой. А как поднять голову, когда хочется провалиться сквозь землю?
На следующее утро Галина Петровна столкнулась с Зоей Викторовной у лифта. Та улыбнулась как ни в чём не бывало.
— Доброе утро, Галочка! Как спалось? Что-то ты бледненькая сегодня.
Галина Петровна посмотрела ей в глаза. Хотелось сказать всё, что думает. Выплеснуть обиду, назвать лгуньей. Но слова застряли в горле.
— Нормально, — выдавила она и отвернулась.
— Ой, а я вчера такой сериал посмотрела, тебе понравится. Про женщину, которая...
— Мне некогда.
Галина Петровна почти выбежала из подъезда. Сердце колотилось, ладони вспотели. Не смогла. Не смогла посмотреть ей в лицо и сказать правду.
Дни потянулись тяжёлые. Галина Петровна стала избегать соседей. Выходила из дома рано, возвращалась поздно. Если видела кого-то во дворе, обходила стороной. Ей казалось, что все смотрят с осуждением, шепчутся за спиной.
Однажды её остановила соседка с первого этажа, Марина Сергеевна. Пожилая женщина, которую Галина почти не знала — только здоровались при встрече.
— Галина Петровна, можно вас на минутку?
Галина напряглась. Сейчас начнёт спрашивать про тюрьму сына или про пьянство. Она уже приготовилась оправдываться.
— Я хотела сказать... Не слушайте вы эту Зойку. Она про всех гадости рассказывает. Про меня тоже. Говорила, что я пенсию внукам не даю, всё себе трачу. А у меня внуков нет и не было никогда.
Галина Петровна опешила.
— Вы слышали, что она про меня говорит?
— Слышала. Про мужа чужого, про сына в тюрьме. Бред полный. Я вашего Андрюшу помню ещё мальчишкой. Хороший парень, вежливый. Какая тюрьма?
— Спасибо вам, Марина Сергеевна. Я уж думала, весь подъезд в это верит.
— Верят только дуры. А нормальные люди давно Зойку раскусили. Она же двадцать лет языком чешет, про всех без разбору. Сегодня про вас, завтра про меня, послезавтра про кого-нибудь ещё.
Галина Петровна почувствовала, как отпускает напряжение. Оказывается, не все верят. Оказывается, есть люди, которые видят правду.
— А почему вы мне это говорите? — спросила она.
— Потому что вижу, как вы мучаетесь. Ходите как тень, глаза в пол. Нельзя так, Галина Петровна. Нельзя позволять сплетницам портить себе жизнь.
— Легко сказать. А как с ней жить в одном подъезде? Каждый день видеться?
— А вы не обращайте внимания. Живите как жили. Пусть она бесится.
Совет показался простым, но выполнить его было трудно. Галина Петровна по-прежнему вздрагивала, встречая Зою Викторовну. Та продолжала улыбаться, здороваться, предлагать поболтать. Как будто ничего не происходило. Как будто не она распускала грязные слухи.
Однажды Галина Петровна не выдержала. Они столкнулись в магазине у дома, и Зоя Викторовна начала свою обычную болтовню.
— Галочка, а ты знаешь, что Сидоровы с четвёртого этажа разводятся? Представляешь, он ей изменял все пятнадцать лет брака. Мне Нина рассказала...
— Зоя Викторовна, — перебила Галина Петровна. — Я знаю, что вы про меня рассказываете соседям.
Та замерла с открытым ртом.
— Я? Про тебя? Галочка, ты что?
— Про мужа чужого, про сына в тюрьме, про пьянство. Я всё слышала. Своими ушами.
Зоя Викторовна захлопала глазами. На секунду в них мелькнул страх, но тут же сменился возмущением.
— Это какая-то ошибка. Я никогда... Кто тебе такое наговорил?
— Никто не наговорил. Я сама слышала, как вы в беседке сидели с другими женщинами.
— Ах вот оно что. Подслушивала, значит. А потом ещё меня обвиняешь.
Галина Петровна почувствовала, как закипает злость.
— Я не подслушивала. Я мимо шла. И услышала, как вы врёте про меня незнакомым людям.
— Ничего я не врала. Я просто рассказывала, что слышала от других.
— От каких других? Кто вам сказал, что мой сын в тюрьме?
— Ну... Нина говорила...
— Нина меня в глаза не видела. Она переехала три года назад и знать меня не знает.
Зоя Викторовна покраснела.
— Значит, я что-то перепутала. Бывает. Ты же знаешь, в нашем возрасте память подводит.
— Память тут ни при чём. Вы двадцать лет сочиняете про меня небылицы. И про других тоже. Марина Сергеевна рассказала, что вы и про неё выдумывали.
— Маринка? Эта старая карга? Да она сама сплетница первостатейная!
— Вот видите. Уже и её оболгали. Кто следующий?
Зоя Викторовна выпрямилась.
— Знаешь что, Комарова? Я с тобой двадцать лет по-человечески. Здоровалась, разговаривала. А ты на меня наговариваешь. Неблагодарная.
Она развернулась и ушла. Галина Петровна осталась стоять у полки с крупами. Руки дрожали, но внутри было странное облегчение. Она сказала. Наконец-то сказала.
После этого разговора Зоя Викторовна перестала здороваться. Проходила мимо с каменным лицом, отворачивалась в лифте. Галина Петровна не расстраивалась. Лучше честная вражда, чем фальшивая дружба.
Постепенно жизнь вернулась в прежнее русло. Галина Петровна перестала прятаться от соседей. Ходила по двору с поднятой головой, здоровалась со всеми. Некоторые отвечали тепло, некоторые сухо. Она научилась не обращать внимания.
Марина Сергеевна стала её настоящей подругой. Они пили чай вместе, ходили в парк, обсуждали книги и фильмы. Оказалось, у них много общего — обе любили детективы и вязание, обе не терпели вранья.
— Знаешь, что я поняла? — сказала однажды Галина Петровна. — Зоя меня многому научила.
— Чему же?
— Не доверять первому встречному. Двадцать лет я считала её подругой, а она была просто коллектором сплетен. Собирала информацию и переиначивала по-своему.
— И что, теперь никому не доверяешь?
— Доверяю. Но проверяю. Смотрю, как человек себя ведёт. Говорит ли гадости про других. Если говорит — значит, и про меня будет.
Марина Сергеевна кивнула.
— Мудро. А я вот всю жизнь открытая была. Думала, люди такие же. Пока Зойка не начала про меня выдумывать.
— Мы с тобой обе обожглись. Зато теперь умные.
Они засмеялись. За окном светило солнце, на столе остывал чай с мятой. Жизнь продолжалась.
Зоя Викторовна по-прежнему жила в подъезде, по-прежнему собирала сплетни. Но теперь Галина Петровна не боялась её. Проходила мимо спокойно, не опуская глаз. Пусть болтает что хочет — те, кому важно, знают правду.
Однажды вечером Галина Петровна сидела на лавочке во дворе. Мимо прошла молодая соседка с ребёнком, улыбнулась.
— Добрый вечер, Галина Петровна! Какая погода хорошая.
— Добрый вечер. Да, чудесная погода.
— А я вас хотела спросить. Вы ведь раньше бухгалтером работали? Можете помочь с декларацией разобраться?
— Конечно, заходи.
Молодая соседка ушла довольная. Галина Петровна смотрела ей вслед и улыбалась. Жизнь идёт своим чередом. Сплетни забываются, люди меняются. А настоящее отношение проверяется временем и делами, а не словами за спиной.
Она поняла главное: нельзя позволять чужой лжи определять твою жизнь. Правда всё равно выйдет наружу. Рано или поздно, но выйдет. Нужно только не прятаться и не бояться. И находить тех, кто видит тебя настоящую — без фильтров сплетен и домыслов.
Таких людей немного. Но они есть. И этого достаточно.
🔔 Чтобы не пропустить новые рассказы, просто подпишитесь на канал 💖
Самые обсуждаемые рассказы: