Если бы мне сказали, что о самом мрачном преступлении XX века можно написать сентиментальную сказку в духе школьного сочинения на тему "дружба навек", я бы посчитала это кощунством. Пока не прочитала "Мальчика в полосатой пижаме".
Книга Джона Бойна - не просто исторически неточная. Он морально опасная. Она не просвещает - дезориентирует. Не уважает, а упрощает до издевательства. Она превращает Холокост в театр теней для наивного ребенка, который не понимает, почему "люди в пижамах" не могут выйти погулять.
Главный герой, девятилетний Бруно, настолько невежествен, что это уже не невинность, а литературный подлог. Он живет в двух шагах от Аушвица, в доме коменданта лагеря, но не слышит воя собак, не видит дыма из труб, не замечает истощённых тел. Он спрашивает: "А почему у них одинаковая одежда?".
Это не ребенок. Это кукла, через которую автор выдает за "душевность" собственное нежелание разбираться в реальности.
Бойд намеренно стирает контуры зла. Лагерь рядом с домом коменданта? В реальности семьи высокопоставленных нацистов размещались в отдельных зонах, часто в десятках километров от лагеря. А детям запрещалось даже приближаться к зоне видимости. Забор, через который можно разговаривать? Аушвиц окружали четыре ряда электрифицированной проволоки, вышки с охраной и минные поля. Попробуй подойти - расстрел без предупреждения. Полосатая форма выдавалась только взрослым, способным к труду. Дети-узник гуляли у ограды? Ни один ребёнок не провёл в лагере годы. Ни один не успел "подружиться" с немцем.
Книга превращает машину смерти в фон для душещипательной дружбы, где жертва и палач - "почти как братья". Это не просто фальшиво. Это оскорбительно по отношению к миллионам, чьи имена стёрли, чьи тела сожгли, чьи крики никто не услышал.
Финал - это шоковый трюк. Автор удерживает нас в неведении, чтобы в последней главе ударить "эмоцией". Но это не искусство - это цинизм.
Холокост не нуждается в неожиданной развязке. Его ужас в повседневности, в подписях чиновников, в расчётах инженеров, в равнодушии соседей. А не в том, как автор постарался уравнять страдания.
Для кого эта книга: Для детей? Вряд ли, ребёнок просто не поймет "Почему папа Бруно такой злой, если он хороший?" Для подростков? Нет, есть множество других произведений, в том числе художественных, но не обманывающих. Для взрослых? От этой книги скорее останется раздражение: как так можно писать о Холокосте?
Это не литература. Это культурная катастрофа.