Жил-был в уютной квартире котёнок по имени Буся. Он был белым, как первое зимнее утро и такими зелёными глазами, будто в них застыли два кусочка летнего леса. Он уже много чего знал на свете. Знал, что мурлыканье делает Катю и Костю добрее. Знал, что самый сладкий сон - на только что поглаженной рубашке Кости. И знал твёрдо: всё, что катится, нужно догонять, а всё, что шуршит, - проверять.
Но однажды случилось нечто, что заставило его умную головку работать сильнее обычного. Сидел он на диване, наблюдал, как Катя вяжет. И вдруг - пуф! - с её колен медленно, словно парашютик, спланировал на пол маленький пушистый помпон, оторвавшийся от новой шапки. Он упал тихо, мягко, будто и не падал вовсе, а просто прилёг отдохнуть. А через минуту сама Катя не удержала чашку - та с громким бряк! встретилась с полом. Звук был резкий, быстрый, не оставляющий сомнений: падение свершилось.
Буся насторожил уши, превратив их в два маленьких локатора.
«Странно, - прошептало внутри него кошачье любопытство. - Одна штука падает, как пёрышко, медленно и тихо. Другая - как камень, быстро и с грохотом. Интересно, а почему? Может, у них разная... летучесть?»
Так в душе котёнка родился Учёный. Серьёзный, вдумчивый, с горящими глазами-изумрудами. Он выбрал себе лабораторию - прочный, гладкий журнальный столик из светлого дерева. Исследования надо было начинать с малого.
Опыт первый. Испытуемый - смятый бумажный шарик. Буся аккуратно, кончиками когтей, подкатил его к самому краю столешницы. Шарик замер на грани, дрогнул...
«Падай же, — мысленно скомандовал учёный».
Шурх-шурх-плюх. Шарик мягко шлёпнулся о ковёр.
«Хм, — подвел первые итоги внутренний голос. - Просто и скучновато. Сила падения работает. Переходим к следующему этапу».
Опыт второй. Объект - длинная пластиковая ручка Кости. Она была гладкая, холодная и явно важная - Костя часто водил ею по бумагам. Отодвигать её пришлось осторожнее. Ручка покатилась к краю, зацепилась за него, закачалась...
Трррах-тарарах! Бум! Звонкий удар, от которого задрожал пол, и ручка, весело подпрыгивая, укатилась под кресло.
«О-о-о! - его внутренний Учёный даже присвистнул. - Вот это да! Значит, падение может быть громким и иметь последствия! Настоящее событие!»
Но венцом исследований, самым важным открытием, должен был стать главный опыт. Его объект уже ждал своего часа - тот самый маленький, невесомый, пушистый помпон. Он лежал, как розовое облачко. Буся, затаив дыхание, взял его в зубы (ведь настоящий учёный сам готовит материалы!), запрыгнул на стул, а с него - на стол. Он положил помпон на идеально ровный край и отступил на шаг, уставившись на него.
«Лети, - прошептал он про себя. - Покажи, на что способна настоящая лёгкость».
Он тронул облачко носом. Оно дрогнуло, сорвалось с края и... не упало. Оно поплыло. Медленно, грациозно, переворачиваясь в воздухе, словно не желая расставаться с высотой. Оно будто разговаривало с воздухом, и воздух нежно поддерживал его. Тишина. И едва слышное «пуф», когда помпон коснулся ворсинок ковра.
В душе Буси наступила торжественная тишина, а потом - яркая вспышка озарения.
«Эврика! - закричал внутри него голос открывателя. - Так вот оно что! Всё дело в пушистости! Я понял! Чем пушистее предмет, тем он дружелюбнее к воздуху! Воздух его любит, целует и не даёт упасть быстро! Это закон! Закон пушистого падения!»
Он был так счастлив, что немедленно начал проверять свой закон на всём подряд. Мягкая плюшевая мышка? Падает быстрее помпона, но всё же мягче ручки. Значит, в ней есть пушистость, но не достаточно! Перо из подушки? Почти как помпон! Свой собственный, пушистый хвост? Да он вообще не хотел падать!
Но наука - строгая дама. Вскоре учёного ждало разочарование. Лёгкая, но гладкая тряпочка для пыли слетела с края быстро и без всякого изящества. А большой, казалось бы, мягкий носок упал с глухим, тяжёлым стуком.
Буся присел, поджав хвост. Его зелёные глаза померкли.
«Как же так? - растерянно спросил он сам себя. - Мой закон... Он не везде работает. Значит, я открыл не всю правду. Мало быть пушистым... Должно быть что-то ещё. Что-то, чего я ещё не знаю...»
Он сидел, смотрел на разбросанные на полу «испытуемые» и чувствовал, как перед ним вырастает новая, ещё большая гора вопросов. Открытие одной тайны только приоткрыло дверь в комнату, полную других.
И тут в его поле зрения вошёл Костя. Он посмотрел на грустного учёного, на творческий беспорядок в лаборатории и улыбнулся. В его руке была новая игрушка - яркий мячик, прикреплённый резиночкой к пластмассовой подставке. Костя поставил её на пол перед Бусей.
«Попробуй, профессор», - сказал он вслух то, что котёнок думал про себя.
Буся, всё ещё полный неразрешённых вопросов, тронул мячик лапкой. Мячик отлетел на метр и - о чудо! - сам вернулся обратно, весело подпрыгивая на своей резинке.
«Что-о?! - изумлённо заморгал внутренний Учёный. - Он не просто падает... Он возвращается?! Значит, есть не только сила, что тянет вниз... но и сила, что возвращает обратно?!»
Новые вопросы захлестнули его с головой. Он забыл про минутную грусть и с азартом, достойным истинного исследователя, принялся изучать новое явление. Царапал мячик, бил по нему, ловил на лету.
Теперь он твёрдо знал два главных правила:
Первое: Пушистость делает падение красивым и медленным. Это самый добрый закон.
Второе и самое важное: На каждое «почему» в этом мире найдётся своё «а вот», а за каждой открытой дверцей скрывается целая комната новых загадок. И от этого мир становился не скучнее, а в миллион раз интереснее. Ведь самое увлекательное - не знать все ответы, а смотреть на летящий помпон и думать: «Как же ты это делаешь? И что я узнаю о тебе завтра?»