В одном отношении царствование Николая — отдадим ему справедливость — является величественным и вполне, до конца, до предела отвечающим своему назначению: он сделал невозможным самодержавие в России. Это был его рок, его фатум, и всю жизнь он был орудием этого предопределения. Воистину многое совершил для осуществления этого Николаи II. Двадцать два года упорной, неослабной, ни на минуту не прерывавшейся работы понадобилось ему на то, чтобы в насквозь монархической, темной, неграмотной, мужицкой стране не только расшатать и ослабить, но и с корнем, как удаляют щипцами испорченный и болезненный, зуб, вырвать вон исконную и мистическую любовь к царю, веру в него. И это вот историческое задание свое Николай разрешил воистину блестяще. Если бы он сознательно и продуманно добивался этой цели, он не мог бы сделать этого лучше. Ходынка и Григорий Распутин, виселицы и Союз русского народа, спиритизм и война, „Красное воскресенье» 9-го января и азефовщина, — все средства без исключения были и