В русской истории есть персонажи, которым катастрофически не повезло с пиаром. Иван Грозный у нас маньяк (хотя его европейские коллеги отправляли подданных на плаху с куда большим размахом), Николай II — «кровавый», а Павел I — просто сумасшедший.
Образ Павла Петровича в массовом сознании — это карикатура. Курносый человечек в ботфортах, который запрещает круглые шляпы, заставляет маршировать до посинения и в припадке ярости отправляет полки в Сибирь. Эдакий коронованный самодур, которого благородные дворяне просто вынуждены были устранить ради спасения Отечества.
Но если сдуть с истории пыль сплетен и заглянуть в документы, перед нами предстанет совершенно другая картина. Павел I был, пожалуй, самым честным, последовательным и (о ужас!) рыцарственным правителем на русском троне за весь XVIII век. Его трагедия не в том, что он был безумен. Его трагедия в том, что он попытался быть нормальным в системе, которая давно сошла с ума от безнаказанности и коррупции.
Давайте разберем дело «Русского Гамлета» без мифов и истерик.
Детство, которое травмирует
Начнем с того, что Павел был классическим недолюбленным ребенком. Сразу после рождения его забрала бабушка, императрица Елизавета Петровна. Мать, Екатерина II, видела сына по праздникам. Отец, Петр III, вообще не питал к нему теплых чувств.
А потом случился 1762 год. Мама свергла папу, папа «случайно» умер от геморроидальных колик (читай: ему помогли уйти), а мама села на трон, который по закону должен был достаться сыну. Павел рос с пониманием: его мать — узурпатор, виновная в гибели отца. Представьте себе психологический фон этого ребенка.
Екатерина сына не просто не любила — она его опасалась. Он был живым укором ее легитимности. Поэтому Павла сослали в Гатчину, подальше от глаз, где он и сидел до 42 лет, создавая свой идеальный мир с плац-парадами и прусским порядком. Там, в Гатчине, он не играл в солдатики, как принято думать. Он строил модель идеальной армии — без воровства, без пьянства, без фаворитизма. И когда он пришел к власти, он попытался натянуть эту гатчинскую модель на всю Россию.
Россия, привыкшая к екатерининской вольнице, взвыла.
Коронация: конец хаоса
Павел взошел на престол в 1796 году. Первое, что он сделал — сломал систему, породившую эпоху дворцовых переворотов.
Петр I, будучи гением с легким налетом хаоса, издал указ, по которому император мог назначать наследником кого угодно. Хоть конюха, хоть любимого кота. Это привело к тому, что весь XVIII век трон занимали то жены, то племянницы, то любовницы, а гвардия решала вопросы престолонаследия штыками.
Павел положил этому конец. В день своей коронации, 5 апреля 1797 года, он зачитал Акт о престолонаследии. Отныне трон переходил строго от отца к старшему сыну. Никаких «друзей», никаких «шальных императриц». Закон, порядок, предсказуемость. Этот закон работал до самого 1917 года, и это — главный памятник Павлу.
Кстати, короновался он вместе с женой, Марией Федоровной, что тоже было в новинку. Это был жест: «Мы — семья, мы — династия, а не случайные люди».
«Безумные» указы: а был ли мальчик?
Теперь про «сумасшествие». Главные обвинения против Павла: запрет круглых шляп, покраска домов в полоску и тот самый мифический полк, отправленный в Сибирь прямо с парада.
- Шляпы и фраки. Да, Павел запретил французскую моду. Почему? Потому что во Франции только что случилась революция, там рубили головы королям. Круглая шляпа и фрак были символами якобинцев, как сегодня — балаклава и коктейль Молотова. Павел боролся не с фасоном, а с революционной заразой. Это была идеологическая цензура, выраженная через дресс-код. Глупо? Возможно. Безумно? Нет.
- Полк в Сибирь. Это классический исторический анекдот. Никаких документов о том, что целый полк промаршировал до Омска, нет. Был случай, когда Павел в гневе крикнул: «В Сибирь!», но приказ был тут же отменен. А вот ссылать проворовавшихся офицеров он любил, и делал это быстро и решительно.
- Вахтпарады. Павел лично гонял гвардию на плацу. Офицеры, привыкшие при Екатерине сидеть по театрам и играть в карты, пока солдаты строят им дачи, были в шоке. Император требовал служить! Это воспринималось как тирания. Для дворянина, который записался в полк младенцем и получал чины, лежа на диване, требование реально ходить в строю — это, конечно, произвол и деспотизм.
Народный царь
Пока дворяне скрипели зубами, простой народ Павла... любил. И было за что.
- Указ о трехдневной барщине. Павел впервые в истории России законодательно ограничил эксплуатацию крестьян. Он запретил заставлять их работать на помещика по воскресеньям и рекомендовал ограничить барщину тремя днями в неделю. Конечно, на местах этот указ саботировали, но сам факт! Царь вступился за мужика.
- «Железный ящик». В окне Зимнего дворца (а потом и у Михайловского замка) был установлен желтый железный ящик, ключ от которого был только у императора. Любой подданный мог бросить туда жалобу на чиновника или помещика. И Павел эти жалобы читал! Для коррумпированной бюрократии это был кошмар.
- Старообрядцы. Павел прекратил гонения на староверов. Он разрешил им открывать церкви, иметь своих священников. Он понимал, что миллионы русских людей, самых трезвых и работящих, живут на положении изгоев, и решил это исправить.
Павел пытался быть «рыцарем на троне». Он хотел справедливости. Но в России XVIII века справедливость для народа означала ущемление прав дворянства. А дворянство было единственной политической силой. Конфликт был неизбежен.
Внешняя политика: от любви до ненависти
Во внешней политике Павла штормило, но в этом была своя логика. Сначала он, как рыцарь, вступился за Европу против безбожных французских революционеров. Послал Суворова в Италию. Суворов совершил чудо, перейдя Альпы, разбил французов, но...
Австрийцы, союзники России, подставили Суворова. Они использовали русских как пушечное мясо, а потом бросили в горах без карт и провианта. Англичане, другие «союзники», тем временем захватили Мальту, которую Павел считал своей (он был гроссмейстером Мальтийского ордена, еще одна его рыцарская фишка).
Павел обиделся. И сделал разворот на 180 градусов. «Если союзники ведут себя как враги, зачем нам такие союзники?». Он помирился с Наполеоном (который к тому времени стал Первым консулом и навел во Франции порядок, что Павлу понравилось).
И тут родился Индийский поход. План был грандиозный и безумный одновременно: русские казаки должны были через Среднюю Азию дойти до Индии и выбить оттуда британцев. Англия впала в панику. Потеря Индии — это крах Британской империи.
Историки до сих пор спорят, была ли это авантюра или гениальный геополитический ход. Но одно ясно точно: в Лондоне поняли, что Павел становится слишком опасным.
Заговор: английский след и русские руки
Убийство Павла — это классическая спецоперация.
Заказчик: Британская империя (в лице посла лорда Уитворта). Мотив: спасение Индии и торговых интересов.
Исполнители: обиженное русское дворянство (братья Зубовы, генерал Беннигсен). Мотив: вернуть «золотой век» Екатерины, когда можно было воровать и не служить.
Организатор: Петр Пален, генерал-губернатор Петербурга. «Серый кардинал», который вел двойную игру.
Пален был гением интриги. Он убедил Павла, что против него зреет заговор, и заставил императора репрессировать невиновных, тем самым настраивая общество против царя. А заговорщикам он говорил: «Смотрите, он безумен, завтра он всех нас сошлет».
Самое страшное — в заговор был втянут сын Павла, Александр. Будущий «Благословенный» дал молчаливое согласие на переворот, взяв с Палена слово, что отцу сохранят жизнь. Пален слово дал, зная, что выполнять его не будет. «Нельзя приготовить омлет, не разбив яиц», — цинично заметил он.
Ночь длинных шарфов
В ночь на 12 марта 1801 года заговорщики, подогрев себя вином «для храбрости», ворвались в Михайловский замок. Это не было похоже на арест. Это было похоже на сумбурную трагедию.
Павел, разбуженный шумом, пытался спрятаться за каминным экраном. Его нашли. Потребовали отречься. Он отказался, и даже в этой ситуации проявил характер, ударив одного из офицеров. Началось хаотичное столкновение. В ход пошли «тяжелые аргументы» в виде золотой табакерки и офицерский шарф, прервавший дыхание монархии.
Официально объявили, что император скончался от «апоплексического удара». В народе грустно шутили: «Апоплексический удар табакеркой».
Александр I, узнав о смерти отца, разрыдался. Пален жестко привел его в чувство фразой: «Хватит ребячиться, ступайте царствовать!».
Послесловие: святой или грешник?
Павла не стало, но его призрак остался. Михайловский замок долго считался проклятым местом.
А народ... Народ плакал. Крестьяне несли на могилу Павла в Петропавловском соборе свечи и цветы. Возникло стихийное почитание «убиенного царя-мученика». Ходили легенды, что молитва на его могиле помогает в судах и возвращает справедливость. То есть, даже после смерти Павел остался для простых людей заступником от произвола чиновников.
История Павла I — это урок. Урок того, что в политике благие намерения, не подкрепленные гибкостью и умением договариваться с элитами, ведут к трагическому финалу. Он хотел как лучше. Он хотел порядка, честности и справедливости. Но он забыл, что живет в России, где строгость законов компенсируется необязательностью их исполнения, а попытка заставить элиту жить по закону приравнивается к государственному преступлению.
Он не был сумасшедшим. Он был идеалистом, который слишком буквально воспринял свою роль помазанника Божьего. И заплатил за это жизнью.
Понравилось - поставь лайк и напиши комментарий! Это поможет продвижению статьи!
Также вас могут заинтересовать эти подробные статьи-лонгриды:
Времена меча и топора: военная драма Древней Руси от Калки до Куликова поля
Мормонские войны. Акт первый: американский пророк
Оформив подписку на премиум вы получите доступ ко всем статьям сразу и поддержите мой канал!
Поддержать автора и посодействовать покупке нового компьютера