Еще один перевод лав-стори переехавшей в ФРГ этнической немки, которую каким-то колдовством завлек беженец-индус и сделал ей ребенка! Держитесь от них и их предметов подальше!
Всё началось летом 2003 года, когда я приехала в Германию из России в возрасте 25 лет. Мои родители планировали эмигрировать в Германию и ждали разрешения на выезд. Я получила своё разрешение заранее и приехала в страну, чтобы оформить паспорт. На самом деле я не собиралась оставаться; я даже не увольнялась со своей работы. Я просто хотела получить бессрочный ВНЖ, чтобы иметь возможность быть с родителями (они уже на пенсии) в любое время. В итоге, без знания немецкого языка (владела только английским), без родственников и друзей, я оказалась в маленьком городке в Саксонии, где я в общежитии делила комнату с белоруской. Она встречалась с пакистанцем и через ее друга я познакомилась с мусульманином-индусом по имени Прабхат. Мы все жили в одном общежитии для иностранцев. С самого начала он всегда старался быть рядом со мной. Он был очень привлекательным, но совершенно не в моём вкусе. У меня было дурное предчувствие, поэтому я его избегала. С самого начала я дала ему понять, что между нами ничего не будет.
Потом был мой день рождения, и он пришел ко мне с подарком - простым колечком. Он все просил настойчиво, чтобы я примерила его. В какой-то момент я сдалась и согласилась его надеть. Тогда же он рассказал мне о своей «любви с первого взгляда». Мне это польстило, но на все его ухаживания я все равно ответила «нет». Но после того, как я приняла это кольцо, что-то во мне вдруг отключилось. Однажды ночью я проснулась и положила кольцо на стол рядом с кроватью. Оно выглядело очень странным, и я очень испугалась. Когда я показала кольцо соседке, она сказала, что, возможно, здесь замешана какая-то индийская любовная магия. Мне, конечно, не хотелось в это верить. Но вскоре после этого я с ним сошлась и до сих пор не осознаю, как это произошло. Я не была влюблена в него и не интересовалась им. Были трудности с пониманием (мой английский был слишком плох для повседневного разговора, а его английский - грамматически неправильным). Я - интеллигент, но поговорить с ним о книгах или философии было невозможно. К тому же я не хотела оставаться в Германии, и тем не менее мы все-таки встретились.
Первое время после этого было поистине чудесным. Он не отходил от меня ни на шаг, готовил для меня, помогал во всём, особенно с походами и бюрократическими вопросами. Мне это было очень необходимо. И наша личная жизнь тоже была прекрасной. Каждый день Прабхат ждал меня (я тогда училась на языковых курсах), а потом мы проводили всё время вместе. Я чувствовала себя невероятно одинокой, поэтому была ещё счастливее, что наконец-то рядом есть кто-то, кто делает для меня всё, выслушивает меня и так сильно любит. Он постоянно говорил мне, что я - любовь всей его жизни, а через неделю знакомства он захотел жениться и заговорил о детях. До этого ни один мужчина не хотел от меня ребёнка, даже мой бывший муж! (Вот это признание! – Примечание переводчика) Это откровение стало поворотным моментом, после которого я ко всему отнеслась серьёзнее. Когда я заболела, он стал заботиться обо мне так, как родной. Я переехала в его комнату (в общежитии), потому что часто спала там и перенесла туда часть своих вещей.
Потом я приняла его предложение руки и сердца, и мы пошли в ЗАГС. И сразу после этого у нас случилась первая ссора. Служащие ЗАГС потребовали от нас обоих кучу документов, и это раздражало моего парня. Судя по всему, у него не было всех документов для официального брака (ему нужно было получить документы из Индии), но он сказал, что всё достанет (чего так и не произошло). Он выглядел очень удрученным, а дома он постоянно жаловался на немецкую бюрократию.
После этого он всерьёз заговорил о том, что хочет детей. К счастью, свадьба так и не состоялась. Мы даже пытались связаться с российским консульством, но там потребовали те же документы (которые затем должны были быть отправлены обратно в Индию для тщательной проверки). Поэтому мой парень довольно быстро отказался от идеи брака. В то время я была не против, потому что всё и так развивалось слишком быстро, и последние остатки здравого смысла подсказывали мне, что мне следует быть осторожнее. Поскольку он был просителем убежища, я не могла взять его с собой в Россию в случае брака, поэтому я осталась в Германии и ждала родителей. После этого он только и говорил, что о своих мечтах заиметь детей, что я – единственная женщина, с которой он хотел бы иметь детей, о том, что он сделает для нас всё, сделает нас счастливыми и будет хорошим отцом. Через 5-6 недель знакомства, несмотря на мои попытки контрацепции, я всё равно забеременела. И вот тогда всё и началось.
Первый раз скандал разразился, когда мы были у гинеколога, и врач захотела обсудить ситуацию со мной наедине (спросить, хочу ли я оставить ребёнка). Для меня аборт был немыслим, и мой парень это знал. Тем не менее, он устроил сцену и сказал, что хочет сопровождать меня везде, когда я с кем-нибудь разговариваю. С тех пор он постоянно был рядом, всё проверял, и если он не понимал, что происходит, начиналась ссора. Он не запрещал мне общаться с другими мужчинами, но каждый раз после этого случалось столько бурных сцен, что я полностью замкнулась в себе. Однажды я опоздала на автобус, который шёл на языковые курсы, и сильно опоздала; там были очень строгие правила, и я очень нервничала. На остановке стоял русский парень, который одно время пытался ко мне подкатывать, когда я только приехала в Германию. Он тоже опоздал на автобус, который должен был отвезти его на работу. Потом приехала соседка из общежития на машине, которая любезно отвезла нас обоих на центральный автовокзал. Когда мой парень узнал об этом, начал настоящий кошмар! Он напился, кричал, что покончит с собой, потому что его любимая женщина оказалась непослушной шл@хой итп! Моя соседка и её парень-пакистанец тоже были там и пытались его успокоить. Он кричал, плакал, крушил мебель – это было ужасно. И он не выпускал меня из квартиры. Так что мне пришлось всю ночь его успокаивать. На следующий день он был очень грустным и словно другим человеком. Он снова был со мной милым и извинился, сказав, что без ума от любви и не сам себя не узнает.
И он всё больше изолировал меня от внешнего мира. Он даже утверждал, что у него есть сообщник в моей языковой группе, который рассказывает ему все обо мне. Поэтому я избегала разговоров с кем-либо на курсах. После похожего инцидента, который тоже начался без всякой причины, пакистанец с девушкой съехали, оставив нас одних в квартире. К тому времени у меня уже болел живот из-за этой ужасной ситуации, и я боялась потерять ребёнка. Я умоляла своего парня отпустить меня обратно в квартиру, пока он не успокоится, но он удерживал меня и запер дверь. А пакистанец стоял рядом и был на его стороне. Я всё время плакала и просила их только об одном: отпустить меня.
Самая худшая ночь в моей жизни была, когда я была примерно на третьем месяце беременности. Мы снова поссорились по нелепой причине. По дороге в языковую школу, я поехала в одном трамвае с парнем из моей группы. Мы немного поболтали, и вскоре я просто забыла об этом. Потом мой парень спросил меня о делах и новостях, а я промолчала про тот разговор с русским, потому что ничего особенного там не было, и я уже забыла об этом. Не знаю, как он узнал про тот разговор. Наверное, шпионил за мной. Ссора началась у меня в квартире, и я сказала ему, что так больше продолжаться не может и мне нужна пауза в отношениях. Я уже была на грани отчаяния. Но он орал, бился головой о стену до крови, выбил дверь! Потом он потребовал, чтобы я немедленно забрала все свои вещи из его квартиры.
Мне тогда было так стыдно! Мне было стыдно перед соседями за эту истерику. Я была дур@й. Надо было позвать на помощь, а не прятаться и всё скрывать. Но он каким-то образом сделал меня безвольной. А потом ещё беременность, страх выкидыша – я просто хотела спокойной жизни. Поэтому я пошла с ним (было поздно, часов в 10 или 11 вечера) в его комнату. А там он просто запер меня и ушёл. Потом он вернулся, совершенно обезумевший, достал нож с кухни и хотел покончить с собой (потому что я была виновата, и он больше не мог этого выносить). Потом передумал, дал мне нож и сказал, чтобы я убила себя и ребёнка. Потому что я не заслуживала ребёнка, и такому ребёнку нельзя жить!
Я была в отчаянии и умоляла о помощи соседей. На лестничной клетке жили только арабы: ливанцы, пакистанцы, некоторые с семьями. То, что они услышали, вероятно, было для них нормой. Я уже плохо помню, знаю только, что это продолжалось до утра. Я была в отчаянии и измучена. На следующий день он снова плакал, просил прощения, говорил, что не знает, что натворил, что это случилось с ним только со мной, что он сошёл с ума и потерял над собой контроль. Я сделала вид, что простила его, потому что уже знала, что так просто от него не отделаться.
Его прессинг по отношению ко мне продолжался. Он постоянно говорил мне плохие вещи о людях, которых я знала по общежитию и которые звонили мне время от времени, но все реже и реже. Были еще неприятные моменты. Однажды, незадолго до родов, мы ехали в автобусе. А позже вечером он закатил грандиозный скандао, потому что я якобы посмотрела на мужчину «как собака на хозяина», а я даже никого не могла вспомнить, потому что автобус был полон. Процесс ссор всегда проходил одинаковым. Он на меня накричал, много курил, что-то разбил в квартире, собрал все свои вещи (якобы уезжает обратно в Индию) и ушел, потом вернулся (что-то забыл), а я открыла дверь, потому что он снова начал кричать и колотить по стене за дверью, и мне было стыдно за него. Какой я была глупой!
За три дня до родов у нас снова случилась ссора (из-за какой-то книги, которую я читала). Я не стала сопротивляться и ничего толком не сказала в ответ, потому что уже знала, что спорить бесполезно. Он ушёл, ночевал где-то ещё, а потом вернулся. Я была измотана и едва могла двигаться из-за болей в животе. Дома почти не было еды, и я больше не могла выходить, по крайней мере, одна. Поэтому я почти ничего не ела и просто лежала в постели. Он приходил, кричал, курил, искал свои оставшиеся вещи, а потом снова уходил. Когда начались схватки, я была одна и не знала, вернётся ли он. Я была настолько глупа, что даже не попыталась сама вызвать скорую. Я боялась, что ничего не пойму в больнице. Стоит отметить, что мой парень всё это время отказывался говорить со мной по-немецки («не хочет»). Я усердно училась, но у меня не было практики дома, и моя уверенность в себе исчезла. Когда мы были в государственных учреждениях, он старался говорить за всех сам; Если я открывала рот, начиналась ссора. Как же он меня унизил! Я была так убита горем, что умоляла его простить меня и отвезти в больницу. Как мне удалось после всего этого родить этого ребёнка здоровым, я не знаю.
После рождения сына мой парень немного успокоился. Но он стал чаще выходить из дома, даже по ночам, и я не знала, где он (якобы работал). Иногда он давал мне немного денег. Всё это уже не имело значения; я просто радовалась, что у нас всё страшное закончилось. Потом, через полтора года, мои родители наконец приехали в Германию. И он стал всё больше беспокоиться, потому что не мог запретить мне с ними общаться. Именно тогда я впервые вышла из дома без него - с мамой и ребёнком. И постепенно я начала чувствовать себя немного увереннее. Он всё ещё шпионил за мной, но теперь я, по крайней мере, знала, к кому обратиться, если дела пойдут плохо, и не чувствовала такой угрозы. Он пытался вбить клин между мной и моими родителями (особенно с мамой). Он утверждал, что у него есть сестра-экстрасенс в Индии, которая всё обо мне рассказала. И что я не дочь отца, а моя мать ему изменила. Только тогда я начала понимать, что это была не просто ревность, а стратегия, которую он использовал, чтобы всё контролировать. И вот, когда всё в следующий раз обострилось (мама была дома, и он так сильно хлопнул дверью спальни, что чуть не ударил меня, а я держала ребёнка), я впервые позвонила в полицию. Потом всё изменилось - он испугался! Он ушёл, остался где-то ещё, приходил и уходил, но без всяких сцен. Он говорил о любви и о том, как моя мать пытается нас разлучить, и плакал. Он подключил моих соседей (пожилую пару), которые говорили со мной о нём, а потом они даже перестали с нами здороваться. Он обращался в самые разные инстанции; в органы опеки он называл нас курильщицами и пьяницами, говорил, что я плохая мать. Меня везде допрашивали, и у него было много союзников, которые давили на меня. Он так хорошо располагал к себе людей: он плакал, он говорил, и они были готовы на всё ради него!
Я также хочу рассказать, кем он был на самом деле. Он был просителем убежища. Сначала я не понимала, что это значит - Прабхат наговорил мне кучу лжи о себе. Он сказал, что ему здесь не нравится и он хотел бы вернуться, но не может, потому что в Индии ему слишком опасно! (Его дядя, очень богатый человек, на которого он работал, был убит, и племянничек боялся за свою жизнь, поскольку был свидетелем, бла-бла-бла). Только когда я наняла адвоката, он смог выяснить, что мой друг был зарегистрирован в разных немецких иммиграционных службах под тремя разными именами и датами рождения! (А что? Так можно? – Что же немцы его на основании этой лжи не поймали и не депортировали!? – Офигевание переводчика). Имена кстати были похожими, но всё равно различались. Он лишился вида на жительство задолго до нашей встречи и несколько лет пытался это оспорить с помощью разных адвокатов (которым он не платил и постоянно менял, а я потом получала счета)! Свой паспорт, который он мне показал с его именем (на фотографии он был совсем не похож на него, и, по его словам, сильно изменился в Германии), вероятно, принадлежал не ему! У него было много друзей в госучреждениях, включая службу социального обеспечения, которые защищали его (а позже помогали ему прессовать меня), благодаря чему он почти два года получал пособие и жильё, несмотря на то, что иммиграционная служба велела ему съехать.
На самом деле, я больше на него не злюсь. Видимо, ситуация была настолько ужасной, что ему приходилось действовать любыми средствами. Он уже несколько лет прожил в Германии; подозреваю, что в Индии его ждала семья, возможно, жена (потому что он постоянно созванивался с какой-то «сестрой», которая присылала ему всё необходимое, а во время ссор он всё время говорил, что европейские женщины — бл@ди, включая меня, а индийские женщины лучше). До меня у него тоже были отношения с немками (двумя, может, и больше), но они не увенчались успехом. А со мной он хотел перестраховаться. Я приехала одна и стала лёгкой добычей. Чтобы влюбить меня в себя, потом изолировать от внешнего мира, унизить, чтобы я позволила ему делать всё, что он захочет. Вот для чего служили эти сцены ревности. Теперь я думаю, что большая их часть была просто игрой. Когда он понял, что брак невозможен, ему нужен был только ребёнок. Как только я забеременела, он начал меня так психологически терроризировать, что я даже сделала ему тест на отцовство на втором или третьем месяце беременности!
После его ухода я осмотрела свою квартиру – в частности, кровать, на которой я всегда плохо спала и чувствовала себя странно. Под матрасом, сбоку от головы, я обнаружила странные красные следы, словно над каркасом кровати провели чем-то вроде свечи (следы были очень твёрдыми, для обычной свечки), оставив большие красные пятна от капель. Кровать была новой; мы купили её вместе и собрали, и этих следов тогда там не было! Я нашла похожие пятна в своей шкатулке с драгоценностями и в шкафу, где висит моя одежда. Однажды мама увидела, как он тайком подсыпает какую-то траву или порошок в чайник (при этом он никогда не пьёт воду из чайника, даже чай или кофе). Я взяла последнее письмо из Индии и открыла его.
Там были маленькие свечи и бумажки с изречениями (к счастью, тоже на английском), вероятно, предназначенными для сожжения. В записках был примерный смысл: все должны ему помогать, он должен всего добиться и получить гражданство и т.д. Видимо, кольцо из начала истории было таким же заговоренным. Наверное, он еще что-то подсыпал мне в чай или еду. Я чувствовала себя такой странной, такой пассивной и вечно уставшей. То, что я так быстро с ним сошлась, что даже согласилась родить ему ребёнка (всего через 2-3 недели после знакомства), и что мы сошлись, до сих пор остаётся для меня загадкой. Да, я была наивной, но и не так уж сильно влюблённой.
Он ушёл навсегда, при расставании угрожая забрать себе ребёнка. Время, пока его не депортировали в Индию, было ужасным; я постоянно боялась за своего сына. Я прошла через этот ад и знаю, что сделала всё возможное, чтобы сохранить отношения, и чтобы мой ребёнок не рос без отца. Я долго шла на все компромиссы, была хорошей женой и матерью и делала всё, о чём он меня просил. Разрыв был связан не с культурными различиями, а просто с тем, что этот тип был мошенником, который использовал нас в своих корыстных целях. И я надеюсь, что у моего ребёнка когда-нибудь будет хороший отец, для которого он будет не просто средством достижения цели. Хочу рассказать свою историю, возможно, она кому-то поможет.
Перевод оф@гевающего автора, иллюстрации из сети
Что думаете по поводу этой истории, выносящей напрочь мозг? После такого можно поверить в индийскую черную магию? Буду рад вашим комментариям и лайкам?
Пару историй про обман со стороны индийцев найдете ниже: