Здравия, товарищи!
Викингу неведом страх, он живет мечтой помереть с мечом в руке, а там – "Сапсаном" в Вальхаллу, где хотя бы с пивом перебоев не будет.
И летят небесные «Сапсаны», и несётся окрест вопль «Оди-и-ин!», и хватают окровавленные пассажиры прекрасных проводниц за накачанные валькирские бедра!
В общем, викинг если и ssytsa, то только от восторга и радости битвы!
Однако спустимся в заоблачных высот средневекового и современного пиара и рассмотрим, кого боялась скандинавская десантура.
Рационалисты
Глупцами (или шахидами) викинги не были. Они, конечнно хотели в Вальхаллу, нно предпочитали всё же сначала хорошенько и весело пожить, а уж потом – в Вальхаллу.
И потому, дабы успеть и награбить побольше, и врагов положить погуще, нападать они предпочитали на предельно слабого (или малочисленного) противника. Желательно, чтобы ещё и богатого.
Идеально, когда это какие-нибудь дрыщи-монахи без охраны, но с монастырским скарбом, нажитым нетрудовыми доходами.
Но если заведение охраняют воины, то нищая деревня, где можно разжиться горшками, кусками железа и несколькими рабами может оказаться внезапно привлекательной.
Но если и крестьяне весьма зубасты и умны, то x-рен с ними, с крестьянами. Лучше уйти или на службу наняться, ибо незаменимые специалисты везде в цене.
Итак, перечислим некоторых, кого сами сканды в своих сагах отметили как опасных противников.
Культурный стереотип
Дойчеязычные народы так сильно распиарили викингов, что те стали смотреться не просто хорошими воинами, а воинами, на две головы превосходящими любого противника.
Впрочем, это заложили ещё средневековые хронисты. На самом деле, хотя их подготовка была, несомненно, хороша, но основой была тактика внезапных набегов с моря, для тогдашней одичавшей Европы новаторская.
Сунулись бы викинги на берега Италии времен Римской империи, боюсь, что после изрядной трепки, которую преподали бы викингам коренастые предки итальянов на волосатеньких ножках, инициатива окончилась бы переходом на службу чернявым римлянам.
Соответственно, их противники были не какими-то на порядок отставшими недовоителями, а воинами примерно такого же уровня, что подтверждают проблемы, с которыми сталкивались викинги, когда другие народы понимали, как надо вести с ними разговор.
Прибалтийские тигры
Речь о локальных финно-уграх. Эти народы глупы не были, а жизнь в специфической климатической зоне и ставка на охоту, превратили их в мастеров маневра и маскировки.
Однако не охотой единой. Хотя охотничьи племена не были так сильно привязаны к месту, как земледельцы, и потому могли в случае конфликта просто скрыться в чаще, без сражений все же не обходилось.
В итоге финно-угорские народы Балтийского побережья даже разработали отдельные виды оружия, которые, как предполагается были приспособлены именно для боевых действий в ограниченном пространстве.
- Предположение спорное, но важнее другое: часть оружия имеет именно боевое, а не охотничье назначение.
Поняв кто есть их враги, местные стали ввязываться в бой, имитировать паническое бегство, заманивать преследователей в леса, где ни о каких стенах щитов речи уже не шло, после чего атаковали с разных направлений, обстреливали и нередко отрезали от оставшихся на берегу кораблей.
Вдобавок ко всему этого местные задолго до советско-финской войны освоили ведение боевых действий в условиях тотальной зимы.
Скандинавы тоже неженками в этом плане не были, но в холодных и снежных условиях они все же теряли часть своей мощи, тогда как финно-угры просто меняли характер действий.
К тому же финны, похоже, знали толк в разведке, ибо неоднократно нападали сами на поселения скандинавов, делая это именно тогда, когда мужчины уходили в набег.
Подтверждением того, что боевые действия со скандинавами носили успешный характер, служит обилие трофейного оружия эпохи викингов.
После окончания таковой и прекращения активных набегов оно почти исчезает, как и сами попытки подчинить себе прибалтийских финно-угров с помощью войны.
Как и почти всегда в истории, со слишком зубастым противником предпочли торговать и сотрудничать, что обеспечило пусть и относительно ограниченную но экспансию в направлении финно-угров.
Пикты
О них я уже писала здесь.
Сейчас же упомяну, что пикты жили в постоянных войнах то с другими кельтами (если они все же были таковыми), то с англосаксами, а то так и с римлянами, которым тоже показали класс, с умом используя ситуацию в свою пользу.
И когда на горизонте появились скандинавы, боевой опыт пиктов насчитывал сотни лет.
В итоге они сделали так, чтобы любимая стратегия викингов (быстро напасть, быстро ограбить, и быстро умотать) перестала работать как часы.
После высадки викинги стали обнаруживать, что люди разбежались, материальные ценности унесены, все побережье в курсе готовящегося мероприятия, и их хотят встретить раскрашенные воины, которые суеверных викингов пугали более чем, ибо смахивали на не чурающихся колдовства воинов-смертников.
Пугать викинги умели, но и сами пугались не хуже.
Если же викинги все же высаживались, их не ждало ничего хорошего, ибо пикты растворялись в тумане, но лишь до поры до времени.
В скором времени уже пикты делали молниеносные вылазки на викингов с молниеносным отступлением, только уже на суше и на лошадках, которые, хотя и были низкорослы, но бегали несравнимо лучше предков Якоба, Филипа и Хенрика Ингебригтсенов.
Поскольку скандинавский десант всегда был в меньшинстве по отношению к общей массе местных воинов, а быстрое пополнение было затруднено, регулярная потеря даже нескольких воинов была существенной.
Итого стало то, что викинги вообще почти не стали высаживаться на столь гостеприимные берега, опасаясь тех, кого называли разрисованными чертями.
Вероятно, лучше всего успех пиктов иллюстрирует то, как в Х веке викинги хотели основательно пощипать пиктов, подогнав к берегам впечатляющий флот (если верить источникам – 200 судов), однако в итоге никто даже на берег не спустился, ибо было ясно, что хозяева готовы к встрече дорогих гостей.
А далее всё как я говорила выше: осознав, что победы не светит, скандинавы перешли к переговорам, соглашениями династическим бракам. Лишь после этого среди пиктов появляются скандинавские поселения.
Впоследствии, правда, они были ассимилированы местным населением, но это вряд ли кого-то опечалило.
Балтийские славяне
Любой,, кто знаком с религией балтийских славян и сравнит оную с религией славян прочих, заметит, что у всяких бодричей и лютичей зашкаливает воинственный элемент.
У них примерно как у древних восточных семитов, у которых даже богиня любви, секса и плодородия – Иштар – на всякий случай была еще и богиней войны.
Вот и у балтийских славян что ни бог – то по пояс в оружии.
Оно и неудивительно: соседи им достались ещё те, а место было проходным.
Другие бы так и сгинули или покорно тянули ярмо, но не эти люди. Будучи очень развитыми и богатыми (если верить отнюдь не славянских хронистам) они постоянно терзали набегами датчан, бывших головной болью других народов, тем самым обеспечивая круговорот мечей в природе.
Шведам тоже доставалось, однако тех все же лужа берегла, а вот датчанам пришлось возводить специальные защитные сооружения.
Таковым стал вал Даневирке, за которым датчане пытались укрыться не то от саксонских набегов (саксы были не лучше и притом такими же воинствующими язычниками), не то от славян.
Но даже если изначально это могли быть саксы, позже обороняться приходилось именно от славян.
На этих же землях находилось загадочное братство йомсвикингов, бывшее чем-то вроде прототипа не то запорожцев, не то пиратов, не то рыцарских орденов на языческий манер.
Их отличием была удивительная продвинутость в военном деле, ставка на профессионализм, а не родственные узы, и продолжительные отношения, а не бесконечный дрейф от вождя к вождю, как у большинства викингов.
Учитывая то, что, согласно раскопкам, население этого региона было смешанным скандинаво-славянским, а сами земли были выделены братству славянским князем Буриславом (Болеславом), можно предположить, что часть чрезвычайно смешанных захоронений викингов, изученных в последнее время, принадлежит именно интернациональным йомсвикингам, которые сделали объектом своих набегов именно земли Скандинавии.
Впоследствии их дело продолжат уже собственно балтийские славяне, чье нападение на один из норвежских городов было описано Снорри Стурлусоном в «Круге земном».
Разумеется автор по тогдашней (да и нынешней) традиции преувеличил силу славян насколько хватило его арифметических способностей.
По его словам должно получиться, что 34 тысячи 320 славянских, хлебнув пива «Балтика», под предводительством майора Ратибора и генерала Унибора с криком «Никто, кроме нас!» рванули на Конунгхаллу, растрепав её и горячих, словно селедка, норвежек в пух и прах, тем самым устроив норвегам сеанс демилитаризации (и улучшения расы до кучи).
Так были посеяны семена норвежского терпения.
Разумеется, все эти сообщения имеют крайне низкую степень достоверности, но они показывают, что как только славяне (и другие балтийские народы) освоились с мореплаванием, они стали настоящим бедствием Скандинавии (да и вообще всех прибрежных городов).
С одной стороны это утихомирило самих скандинавов, а с другой – затормозило развитие и торговлю Балтийского моря, что создало предпосылки для начала новой эпохи в жизни этого региона.
…
В заключение скажу, что нам интересны в первую очередь, как мне кажется именно балтийские славяне и йомсвикинги.
Не потому, что теперь мы можем гордо пузо выпятить от осознания своего величия, а потому, что смешанный состав братства йомсвикингов и их агрессия не на славянские, а на скандинавские земли (при наличии среди членов братства стопроцентных скандинавов) может частично объяснить загадку варягов-руси, которые могли стать чем-то вроде связующего звена между миром славян и миром скандинавов.
Не факт, конечно, тем более что йомсвикинги – это позже Рюрика, – но задуматься есть над чем. Возможно был прототип. Религия балтийских славян дает основания задуматься о том, что контакты с соседями у них были очень плотными.
До встречи!
Ещё интересное на канале: