Я лежала в роддоме на третий день после родов, когда свекровь позвонила в первый раз. Голос у нее был приторно-ласковый, такой, каким она всегда со мной разговаривала, когда хотела чего-то добиться.
— Ирочка, дорогая, ну что, уже определились с именем для девочки? Мы с Петром Ивановичем так ждем, когда узнаем!
Я устало прикрыла глаза. Роды были тяжелыми, долгими, я еще толком не отошла. Малышка спала рядом в кроватке, крошечная, беззащитная, с пушком рыжих волос на голове. Моя дочка. Наша с Витей дочка.
— Тамара Павловна, мы еще не решили окончательно. Выберем дома спокойно.
— Как не решили? — в голосе свекрови появилась напряженность. — Витенька говорил, что вы уже давно думаете над именем!
— Думаем, но не выбрали еще. Хотим, чтобы имя красивое было, подходящее.
— Ну так я вам и предлагаю самое лучшее имя! Назовите девочку Евдокией, в честь бабушки Петра Ивановича! Женщина была замечательная, всю жизнь в труде провела, детей подняла. Это будет такая память о ней!
Я молчала, переваривая услышанное. Евдокия. Дуся. Дуня. Нет, я ничего не имею против этого имени, но для своей дочери я его точно не выбрала бы. Мы с Витей обсуждали варианты во время беременности, мне нравились Софья, Варвара, Алиса. Ему — Елизавета, Полина. Но Евдокия даже не упоминалась.
— Тамара Павловна, спасибо за предложение, мы подумаем. Мне сейчас правда нужно отдохнуть.
— Ну подумайте, подумайте! Только правильно подумайте! Это ведь такая честь для девочки, носить имя прабабушки!
После разговора я позвонила Вите. Он был на работе, выбраться в роддом обещал только вечером.
— Витюш, твоя мама звонила. Требует назвать дочку Евдокией.
Виктор замялся. Я сразу почувствовала неладное.
— Ир, ну они об этом еще во время беременности говорили. Я думал, ты не против...
— Как не против? Мы же с тобой совсем другие имена обсуждали! Витя, я не хочу называть дочку Евдокией!
— Слушай, ну давай не будем сейчас спорить. Ты устала, роды тяжелые были. Приеду вечером, все спокойно обсудим.
Но спокойно не получилось. Вечером Витя пришел не один, а с родителями. Тамара Павловна ворвалась в палату с огромным букетом роз и коробкой конфет, свекор молча топтался за ее спиной.
— Ирочка, дорогая, ну как ты? Как наша малышка? — свекровь наклонилась над кроваткой, где спала дочка. — Ах, какая красотка! Вылитая Витенька в младенчестве! И волосики рыжие, прямо как у бабушки Дуси были!
Я посмотрела на Витю укоризненно. Он отвел взгляд.
— Тамара Павловна, спасибо, что навестили. Но мы еще не решили насчет имени.
— Так что тут решать? — свекровь выпрямилась и посмотрела на меня непонимающе. — Евдокия — и все дела! Красивое, редкое имя, не то что эти ваши современные Алисы-Мелисы. А главное, семейная традиция! У нас в роду старшую дочку всегда в честь бабушки называли!
— Какая традиция? — я удивилась. — Витя, ты мне об этом ничего не говорил!
Муж смущенно пожал плечами.
— Ну, мама так говорит...
— Конечно, говорю! — Тамара Павловна начала заводиться. — Меня Тамарой назвали в честь бабушки Петра Ивановича, Витину сестру Людмилой в честь моей бабушки. Это наша семейная традиция, и нарушать ее нельзя!
Я почувствовала, как внутри поднимается раздражение. Устала я, голова болит, грудь налилась, сидеть неудобно после родов, а тут еще свекровь с требованиями.
— Но это же наш ребенок с Витей. Мы сами должны решать, как ее назвать.
— Наш ребенок — это ребенок всей семьи! — голос свекрови стал резким. — И в семейных традициях нужно участвовать! Ты что, хочешь обидеть память бабушки Дуси?
— Я не хочу никого обидеть, просто не хочу называть дочку этим именем.
— Почему не хочешь? Что в нем плохого?
Я растерялась. Действительно, что я могу сказать? Что имя старомодное? Что оно мне просто не нравится? Но любой ответ прозвучит как оскорбление.
— Тамара Павловна, я просто хочу выбрать другое имя. У меня есть на это право, правда?
— Право! — свекровь всплеснула руками. — Петр Иванович, ты слышишь? У нее есть право плевать на семейные традиции!
Свекор кашлянул и неуверенно произнес:
— Ирочка, может, правда не стоит так категорично? Подумай еще...
— Я подумала. Не хочу.
Тамара Павловна развернулась к Вите.
— Витя, ты что, позволишь жене так себя вести? Ты глава семьи или кто?
Витя стоял бледный, мялся, переминался с ноги на ногу. Я видела, что он разрывается между матерью и мной. И молчал. Как всегда молчал, когда мать начинала давить.
— Мам, ну давайте дома спокойно это обсудим, — наконец пробормотал он.
— Да что тут обсуждать?! — свекровь повысила голос, в соседней палате заплакал чужой младенец. — Либо она назовет дочку Евдокией, либо она нам не невестка!
Я почувствовала, как слезы подступают к горлу. Ну почему так? Почему я не могу просто побыть с новорожденной дочкой, порадоваться ей, отдохнуть? Почему мне устраивают скандал прямо в роддоме?
— Тамара Павловна, уходите, пожалуйста. Я устала, мне нужен покой.
— Ах, устала! Покой ей нужен! А о нас кто подумает? О наших чувствах?
В палату заглянула медсестра, строгая женщина лет пятидесяти.
— Что здесь происходит? Роженице нужен покой, а вы тут шумите! Прошу посетителей покинуть палату!
— Мы еще не закончили разговор! — попыталась возразить свекровь.
— Закончили. Немедленно выходите, иначе я вызову охрану.
Тамара Павловна гневно фыркнула, схватила мужа за рукав и выметнулась из палаты. Витя задержался, виновато посмотрел на меня.
— Ир, извини. Я не думал, что так получится...
— Иди за мамой, — устало сказала я. — Иди.
Он ушел. Я расплакалась, зарывшись лицом в подушку. Дочка проснулась и тоже заплакала, я взяла ее на руки, прижала к себе. Маленькая, теплая, пахнущая молоком. Моя девочка.
— Не будешь ты Евдокией, — прошептала я ей. — Не будешь.
Когда меня выписывали, свекровь пришла снова. На этот раз без мужа, но с подарками. Принесла конверт для выписки, розовый, кружевной, явно дорогой. И коробку с детской одеждой.
— Ну что, Ирочка, передумала? — она спросила это таким тоном, будто не сомневалась в ответе.
— Нет. Мы назовем дочку Софьей.
Лицо свекрови исказилось.
— Софьей? Этих Софий сейчас на каждом углу! Банально! Пошло!
— Это наше решение с Витей.
— Вите промыла мозги, вот что! Слабак он, всегда был слабаком! А ты вертишь им как хочешь!
— Тамара Павловна, это наш ребенок и наше право выбирать имя. Закон на нашей стороне.
Свекровь швырнула конверт и коробку на кровать.
— На, пользуйся! Хоть подарки мои не отвергай! А про закон мне не рассказывай, я не тупая! Просто запомни, Ирина, что ты сегодня сделала. Ты отвергла семейную традицию, оскорбила память бабушки и разрушила семью!
— Я не разрушала семью. Я просто выбрала имя своей дочери.
— Увидишь, что из этого выйдет!
Она ушла, громко стуча каблуками по коридору. Я вздохнула и стала собирать вещи. Витя приехал забирать нас через час, помог донести сумки до машины. Всю дорогу молчал, я тоже молчала. Дочка сладко спала в автокресле.
Дома начался настоящий кошмар. Тамара Павловна обзвонила всех родственников и устроила настоящую травлю. Мне звонили дальние тетки и двоюродные сестры Вити, отчитывали, стыдили, называли эгоисткой. Сестра мужа Людмила приехала лично и закатила скандал прямо на пороге.
— Ты испортила наш семейный праздник! Все должны были радоваться продолжению традиции, а ты все разрушила!
Я слушала все это и чувствовала себя виноватой. Может, я правда не права? Может, стоило уступить, назвать дочку Евдокией, а дома звать ее Софой? Но потом я смотрела на малышку, на ее крошечное личико, и понимала, что она — Софья. Не Евдокия, а именно Софья. И это правильно.
Витя мялся между мной и матерью. Днем он был на моей стороне, говорил, что я права, что это наше дело. Но стоило маме позвонить и начать причитать, как он сдавался и просил меня подумать еще раз.
— Ир, ну может правда назовем Евдокией, а дома будем звать как хочешь?
— Нет, Витя. В документах будет Софья Викторовна.
— Но мама так расстроена...
— А я нет? Меня твои родители травят уже неделю, родственники названивают, оскорбляют. Это нормально?
Он молчал. Всегда молчал в самые важные моменты.
Регистрировать дочку мы пошли вместе. Я боялась, что Витя в последний момент передумает, попросит вписать другое имя. Но он не передумал. Когда сотрудница спросила, как назовем ребенка, я четко произнесла:
— Софья Викторовна.
Витя кивнул. Сотрудница занесла данные в компьютер. Свидетельство о рождении мы получили через несколько дней. Там черным по белому было написано: Софья Викторовна.
Когда Тамара Павловна узнала, что документы уже оформлены, она устроила грандиозный скандал. Приехала к нам домой, кричала, плакала, обвиняла меня во всех грехах. Говорила, что я разрушила семью, что теперь она не признает внучку, что мы все пожалеем.
— Для меня этого ребенка не существует! — кричала она. — Я не буду общаться с девочкой, которая носит чужое имя!
— Как хотите, — спокойно ответила я.
Она хлопнула дверью и ушла. Витя сидел на диване, обхватив голову руками.
— Что же ты наделала, — прошептал он.
— Я дала своей дочери имя, которое выбрала. Все.
Прошло три месяца. Тамара Павловна действительно не появлялась, не звонила. Витя ездил к родителям сам, возвращался мрачный. Я не спрашивала, что там говорят. Просто жила своей жизнью, растила дочку, радовалась каждому ее дню.
А потом случилось то, чего я не ожидала. Тамара Павловна позвонила и попросила приехать в гости. С внучкой. Я удивилась, но согласилась. Мы с Витей приехали. Свекровь открыла дверь, посмотрела на Софью, которая лежала в коляске, и вдруг заплакала.
— Ах ты моя красавица! Ах ты моя девочка! Бабушка соскучилась!
Она взяла ее на руки, прижала к себе, целовала в щечки. Софья смеялась, размахивала ручками. А я стояла и смотрела на эту картину.
— Тамара Павловна, значит, вы все-таки признали внучку?
Она подняла на меня заплаканные глаза.
— Я дура была. Старая дура. Три месяца упрямилась, а потом поняла, что теряю внучку. Единственную внучку. Какая разница, как ее зовут? Главное, что она есть, что она здоровая, красивая. Прости меня, Ирочка. Я была не права.
Я вздохнула с облегчением. Наконец-то эта война закончилась. Наконец-то можно просто жить и радоваться.
— Ну что, Софьюшка, — свекровь улыбнулась сквозь слезы, — пойдем, бабушка тебе игрушки покажет!
И они пошли. А я подумала, что иногда нужно просто отстаивать свое, не сдаваться. Даже если трудно, даже если все против. Потому что правда всегда побеждает. Рано или поздно.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Мои Дорогие подписчики, рекомендую к прочтению мои другие рассказы:
Он сказал, что я стала скучной. Я просто перестала смеяться над его глупыми шутками
Соседская девочка рассказала, что мой муж приходит к их маме
Он всегда говорил, что я умная. Но я начала сомневаться в себе. И не знала, что делать с этим
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~