Я бежала за вами три дня, чтобы сказать, как вы мне безразличны (с).
Эта фраза вертелась у меня в голове в течение тех нескольких дней, пока я искала ответы и доказательства на комментарий, опровергающий мой пост про любовь мозга к новизне.
Комментатор высказалась, что "база нейропсихологии в том, что выстраивание новых нейронов мозг не любит и он всячески ему сопротивляется, потому что все новое мозг воспринимает как угрозу и опасность, а все старое - как зону безопасности". И поэтому нам так сложно перейти на новые рельсы. Встать с дивана и пойти в зал/ на пробежку, учиться и осваивать новые навыки, менять реакции.
Я задалась вопросом, если наш мозг всегда и везде сопротивляется новому, то как же тогда люди осваивают новые профессии по несколько раз за жизнь, с головой ныряют в новые хобби, учёные и не только постоянно обучаются и открывают новые законы Вселенной? Примеров успешного осваивания нового - миллион.
В моей картине мира весь прогресс, все изменения - это как раз про новое.
Но утверждать, что комментатор неправ, тоже нельзя. Построение новых нейронных связей (хоть я в том посте и не говорила именно об этом) действительно процесс непростой, и мы часто предпочитаем старые проверенные схемы действий новым и непонятным.
Так в чем же дело? Почему нет, нет, да и да?
Не без помощи чатика я прочла несколько статей и саммари исследований (в какой-то момент мне показалось, что я никогда не дочитаю их до конца и взвыла).
Я ходила несколько дней, думала, как так структурировать всю эту информацию, чтобы она влезла в один пост и поняла - никак 😅
Поэтому сейчас вам расскажу вам об одной теории, которая многое объясняет. Впрочем, вопросы к ней тоже есть и на правду в последней инстанции не претендует. Тем не менее мне показалось интересным.
В 1908 году два ученых Роберт Йеркс и Джон Додсон провели эксперимент на мышах. Они хотели научить их различать два туннеля по цвету (черный и белый) и избегать того, где их ждала неприятность - удар током. Если мышь выбирала неправильный туннель, то получала удар током, а если правильный, то в конце пути ее ожидало позитивное подкрепление - мышь противоположного пола (а я думала вкусняшка какая. Впрочем…))
По мере проведения эксперимента ученые повышали силу тока и увидели, что слабые удары не мотивировали мышей обучаться, а сильные удары вызывали стресс и суету, что снижало качество обучения. А вот удары средней силой пришлись в самый раз.
Так зародилась концепция optimal arousal level – теория из нейропсихологии и психологии мотивации, которая объясняет, что мозг не избегает новизны всеми силами и в то же время не несется к ней, сломя голову, а стремится к балансу между стимуляцией и привычностью. Правда, ни Йеркс, ни Додсон параллели с людьми не проводили. Это сделали за них и на полвека позже, когда и появился в итоге закон Йеркса-Додсона. Он гласит:
По мере увеличения интенсивности стимула качество обучения человека ... сначала повышается, затем, после перехода через точку наиболее высоких показателей успешности деятельности (в этой точке мотивация была названа оптимумом), постепенно понижается.
То есть:
Низкий уровень возбуждения - плохая производительность (скука, отсутствие концентрации).
Оптимальный уровень возбуждения - наилучшая производительность.
Высокий уровень возбуждения - снижение производительности (стресс, тревога, снижение концентрации).
Оптимальный уровень стимуляции разный для разных типов задач и людей. Для простых задач требуется более высокий уровень возбуждения, а для сложных, наоборот, более низкий.
Все, конечно, зависит от всего и всегда индивидуально, но в целом мы не учим языки/не ходим в зал/подставь свое, то есть не формируем новые нейронные связи, когда нас либо слишком слабо бьют током нет достаточной сознательной мотивации, либо бьют слишком сильно мотивация есть, но обстоятельства в виде стресса и большой иной нагрузки все портят.
Тут должно быть логическое заключение, но у меня его нет, потому что я писала этот пост полторы (!!!) недели и малость задолбалась. Но если вам такое интересно, маякните, я продолжну 😉
