Когда люди впритык считают расходы, по столице снова прокатывается блеск и глянец — очередная премия для тех, кто давно забыл, чем живёт страна.
На этот раз — «Больше, чем звёзды». Название такое громкое, что хочется спросить: «А больше — это насколько? На один этаж выше реальности?»
Пока публика пытается понять, откуда взялась уверенность, что подобное шоу кому-то ещё интересно, церемония живёт сама по себе, в параллельной вселенной, где аплодируют по расписанию и награждают исключительно своих.
Главная странность даже не в роскоши, которую демонстрируют «звездунки». А в абсолютной, почти демонстративной оторванности происходящего от жизни за пределами ковровой дорожки.
Премия будто создана для того, чтобы ещё раз напомнить: шоу-бизнесу давно наплевать на зрителей, главное — отметить наличие друг друга. И чем громче обещают «исторический момент», тем сильнее бросается в глаза банальность и пустота за всем этим декоративным блеском.
Нагляднее всего это проявилось в вручении звания «Пара десятилетия» Собчак и Богомолову. Статуэтка перекочевала к ним так легко, будто других вариантов просто не существовало.
Только никто не объяснил: по каким критериям они вообще стали лицом целого десятилетия? Чем измеряли эту «значимость» — количеством инфоповодов, эпатажа, скандалов или неадекватного поведения?
Публике предлагают радоваться, даже если непонятно чему. Ирония в том, что люди уже устали разбираться, что там у этой пары — то ли тонкая эстетика, то ли очередная хайп-постановка.
А вот «родители года». Тодоренко и Топалов — пара яркая, спорить трудно. Но сама конструкция номинации вызывает кривую улыбку. Награждать за родительство публичных людей, чья медийная жизнь тщательно вычищена от бытовой реальности, — дело, мягко говоря, сомнительное.
Особенно когда ключевым фактором признания кажется эффектный выход на ковровую дорожку через полтора месяца после родов. Миллионы обычных родителей, которые сутками сидят без сна и никому не жалуются, тоже, получается, могли бы претендовать на такую премию — если бы у них была команда стилистов и доступ к камерам.
Дальше — ещё интереснее. Киркоров с «выдающимся вкладом в музыку». Сам вклад спору не подлежит: десятилетия на сцене — это серьёзно.
Но вручать награду именно теперь, когда артист переживает очевидный творческий перерыв, выглядит как странный жест в стиле «давайте отметим хоть что-то, лишь бы кадр получился красивым». Почти как премия шеф-повару на время, когда кухня закрыта на ремонт. Вроде почётно, но мимо смысла.
«Приз зрительских симпатий» Агаларову и Рудковской — вишенка на торте. Тут уже хочется спросить: а какие зрители голосовали, где их показывают и как они выглядят?
Ведь устойчивый набор гостей на подобных церемониях настолько постоянный, что впору выдавать им абонемент. Собчак, Безруков, Михалкова, Хабенский, Алсу, — всё те же знакомые лица, которые годами циркулируют между одними и теми же мероприятиями.
Словно этот круг живёт по принципу закрытого клуба: вход только для тех, кого система давно признала «своими». Новые имена? Новые лица? Да кому они там нужны.
Отсюда и ощущение нескончаемого застоя. Российский шоу-бизнес превратился в идеально зацементированную конструкцию, где никто не рискует менять декорации.
Творческая индустрия замерла, как музейный экспонат, который время от времени выносят в подсветке, чтобы показать: «Мы ещё здесь».
Но жизнь выходит за рамки музейных витрин. Люди хотят чего-то настоящего — а получают бесконечный парад самовлюбленности, самовручённых титулов и искусственных восторгов.
Самое интересное — реакция аудитории. Комментарии в сети звучат резче, чем любые критики. Люди не просто скептичны — они откровенно возмущены.
Называют происходящее «позорищем», «смыслом нулевой глубины», «пиром во время чумы».
И это уже не эмоциональная вспышка, а устойчивая позиция: доверие к подобным церемониям исчезло. Награда, утратившая связь с реальным достижением, становится просто яркой игрушкой. Украшением для полки, а не признанием труда.
Но если зрители всё понимают, почему сами «звездуны» продолжают участвовать? Потому что это выгодно. Потому что этот замкнутый круг держится на взаимном поощрении: ты — мне, я — тебе. Сегодня я тебе вручила премию за вклад, завтра ты мне вручишь за что-нибудь не менее пафосное.
И в итоге премия перестаёт быть наградой — она становится разменной монетой внутри одной тусовки. А смысл? Он растворяется где-то между вспышками фотокамер.
И вот тут возникает самый неприятный вопрос: сколько ещё будет длиться этот парад декоративной значимости? Сколько ещё публика должна наблюдать, как сами себя награждают люди, чьи лица стали частью навязчивого фона?
Ведь это не культурное событие, не память года и не попытка честного разбора достижений. Это ритуал. Пустой, громкий, самодовольный.
И самое горькое — никакого «конца позорищу» пока не видно. Потому что очевидно одно: пока этому кругу выгодно держаться за свои титулы, смена им не нужна.
А зрителям остаётся лишь смотреть на всё это со стороны и иронично спрашивать: «Ну что, опять сами себя наградили? И когда же, наконец, закончится этот бесконечный маскарад под громким названием “Больше, чем звёзды”?»
Ответа не будет. Потому что его там, похоже, не ищут.
Спасибо, что дочитали до конца и до скорых встреч!