Валера, наш деревенский электрик, возвращался на днях с рыбалки в отличном настроении. Судаки клевали в этот день хорошо, семь штук, все как на подбор, крупные. Шёл мимо участка Антонины Петровны и невольно взглянул на её дом. Окна были закрыты, хотя день стоял тёплый, калитка покосилась набок – видно, ветром прошлой ночью сорвало. Давно тут мужской руки не было.
Друзья, секунда вашего внимания. Надо лайк статье поставить и подписаться на мой канал Подслушано Секреты Рыболова. А с меня вам настроение. Честная сделка. Поставили? Продолжаем!
«Странно, – подумал Валера. – Тоня всегда по хозяйству с утра возится».
Постучал в калитку, подождал. Тишина. Решил заглянуть, а вдруг что случилось. Вдова Антонина Петровна после ухода мужа три года назад, жила одна, детей у них не было. Соседи присматривали, помогали чем могли.
– Тонь, ты дома? – крикнул он с крыльца.
Из дома донёсся слабый голос:
– Валера? Заходи, дверь не заперта.
Зашёл. Антонина Петровна лежала на диване, укутанная одеялом, лицо бледное, щеки горят от температуры.
– Что с тобой? – встревожился Валера.
– Да грипп подхватила где-то, – прохрипела она. – Третий день лежу. Температура сорок была, сейчас вроде спала немного.
– Врача вызывала?
– Вызывала. Фельдшер Нинка приезжала, уколы поставила, таблеток наделила. Говорит, лежать и пить больше. Вот лежу.
Валера огляделся. На столе – чайник, кружка, пустая тарелка. В холодильнике, наверное, пусто.
– Слушай, Тонь, я тут судаков наловил. Давай я тебе трёх оставлю? Бульон сваришь – он при гриппе самое то. Силы восстановишь быстрее.
– Да ты что, Валера! – попыталась возразить Антонина Петровна, но голос её был такой слабый, что возражение вышло неубедительным.
– Без разговоров! – отрезал Валера. – Жена моя Варька тоже как болеть начинает, только рыбный бульон её на ноги ставит. Проверено. Сейчас разделаю их тебе.
Взял трёх самых жирных судаков, разделал, чтобы можно было сразу отварить. Заодно поправил покосившуюся калитку.
– Давай я тебе калитку поправлю, а то совсем скоро с петель слетит, – предложил он.
– Валер, да брось ты! Сама потом как-нибудь...
– Пять минут дело! – И правда, управился быстро. Петли подтянул, щеколду новую прикрутил. Соседям надо помогать. Недалек час и сам захвораешь.
Домой вернулся. Варвара на кухне возилась, готовила обед.
– Варь, смотри какие судаки! – Валера выложил на стол оставшихся четырёх рыбин. – Сейчас почистим, пожарим!
Варвара глянула на рыбу, потом на мужа. Лицо её вытянулось.
– А остальные зачем отдал соседке? Я в окно видела! – спросила она холодно.
Валера растерялся на секунду, потом усмехнулся:
– А, ну да. Трёх Антонине Петровне отнёс. Она заболела, лежит с температурой, одна совсем. Пусть бульончик сварит.
Варвара замерла. Губы её сжались в тонкую линию, глаза сузились. Подмышка натянулась так, что лямка бюстгалтера лопнула.
– Понятно, – процедила она.
– Что понятно? – не понял Валера.
– Всё понятно! Больная она! А ты, значит, бегаешь к ней, судаков носишь, калитки чинишь!
– Варь, ты чего? Соседка же!
– Соседка! – передразнила Варвара. – Вдовушка симпатичная! Сорок пять лет всего, в самом расцвете! А ты к ней с рыбой, с заботой!
– Да ты что, тебе то 41?! – возмутился Валера. – Тоня же больная! Ей помощь нужна!
– Помощь! – Варвара схватила сковородку и со стуком поставила в раковину. – Вот тебе и помощь! Сам себе готовь! Я тебе больше варить-жарить не буду!
– Варька, ты опомнись! Какая ревность? Из-за чего?
– Из-за вдовы твоей! Небось не первый раз к ней бегаешь!
– Да я только калитку...
– Молчать! – Варвара развернулась и ушла в спальню. Дверь хлопнула так, что штукатурка посыпалась.
Причины то нет
Валера стоял посреди кухни с судаками в руках и не понимал, что произошло. За двадцать пять лет брака такого не бывало. Варя, конечно, характер имела крепкий, но никогда на пустом месте сцен не устраивала. А тут – как с цепи сорвалась!
Неделю они не разговаривали. Варвара готовила только себе, демонстративно накрывала на один прибор. Валера питался в столовой при конторе, где работал, а вечером жарил пузырь рыб на спичках и ел. Дома повисло тяжёлое молчание. Валера пытался заговорить – жена отворачивалась.
– Варь, ну что ты как маленькая! – взмолился он на четвёртый день.
Молчание.
– Я же ничего такого не сделал!
Молчание.
– Господи, да сколько можно?!
Молчание.
На седьмой день в их дверь постучали. Варвара открыла – на пороге стояла Антонина Петровна, здоровая, румяная, с большим свёртком в руках.
– Варвара, Валера, здравствуйте! Поправилась я, вот решила зайти, поблагодарить. Твой бульон меня на ноги поставил, честное слово! – Она протянула свёрток. – Тут поросёнка молодого заколола, половину вам с Варей принесла. Уж простите, больше отблагодарить нечем.
Валера растерянно взял тяжёлый свёрток:
– Да ты что, Тонь! Не за что благодарить!
– Как это не за что? Ты мне и рыбу принёс, разделал, когда у меня сил не было и калитку починил, а я даже спасибо толком не сказала, температурила! – А
Варвара стояла как памятник Дельфину. Лицо её было непроницаемым.
– Здравствуй, Тоня, – сказала она сдержанно.
– Варенька, миленькая! – Антонина Петровна взяла её за руки. – Спасибо тебе огромное, что мужа доброго вырастила! Валера меня тогда буквально спас – я уж думала, не выберусь. А он и рыбы принёс, нарезал её и о калитке позаботился. Настоящий человек! Дай бог вам здоровья обоим, миленьки мои!
Варвара стояла, и по лицу её было видно, как внутри что-то переворачивается. Щёки покраснели, глаза заблестели, то ли от слёз, то ли от стыда.
– Ну что ты, Тоня, – пробормотала она. – Это же... соседское дело.
Когда Антонина Петровна ушла, Варвара долго стояла с этим свёртком в руках. Потом тихо сказала:
– Валер...
– А?
– Прости меня, дуру. Я не подумала. Совсем с ума сошла от ревности, хотя повода нет. А ты... ты ведь просто хороший человек. И поводов мне никогда не давал усомниться.
Валера обнял жену:
– Да ладно уж. Бывает.
– Не бывает! – всхлипнула Варвара. – Двадцать пять лет вместе, а я тебе не поверила. Из-за трёх судаков! Ох и глупая я баба...
– Забудь, – погладил её по четырёхглавой мышце бедра Валера. – Всё хорошо.
Вечером Варвара накрыла стол. Жарила свинину, варила картошку, делала салаты. Валера сидел довольный, ел с аппетитом. Жизнь наладилась.
Лучше знать правду или спать спокойно?
А в субботу он, как обычно, взял донки и отправился на рыбалку. Вернулся к вечеру с судаками – как раз на двоих с Варей хватит. Жена встретила довольная, сразу готовить побежала.
Валера переоделся, прилёг на диван, закрыл глаза. Усмехнулся. Варька так и не узнала, что он уже три года судаков не ловит, а покупает у рыбаков с соседней деревни на трассе. По выходным у него не рыбалка, у него другое занятие – сеновал Антонины Петровны. Там тихо, укромно, никто не видит.
История с болезнью вышла нелепая – пришлось рыбу реально отдать, чтобы не вызывать подозрений. Но зато теперь Варька успокоилась окончательно. Даже благодарна соседке. Думает, что муж её – святой человек.
А Валера лежал и думал: главное, что жена спит спокойно. Ничего не знает и знать не должна. Так оно и лучше для всех. Рыба на продажу у рыбаков на трассе всегда есть, Тоню он по выходным учит рыбачить на его мормышку, а Варька жарит его судаков дома и счастлива – все довольны.
Идеальная жизнь, что тут скажешь. А вы как считаете, дорогие читатели: лучше знать правду и горевать или не знать и спокойно спать? Пишите ваши мысли в комментариях и еще почитайте: