ВЫХОДНОЙ! Уважаемые читатели, внимание! Завтра у меня традиционный выходной. Мы с вами встретимся послезавтра. Не забывайте меня, пожалуйста!
-Филипп, а я не знал, что ты можешь дверцу у машины одним рывком оторвать! – вальяжно подкатился к Филиппу один из коллег.
-А я и не могу, - равнодушно соврал Соколовский.
-Да как же не можешь, если сделал? Вон я снял прямо! Такое эпичное кино получилось!
-Так на стрессе чего только не сделаешь!
-А ты прям герой – такой фактурный, в мокрой рубашке, с детьми в руках… - ухмылялся коллега. – Сeкс-симвoл прям!
-И что? Да, я с детьми в руках в реке, а ты с помадой на ушах – каждому своё, да? Коленька? И если ты сeксyaльность видишь даже в ситуации с тонущей в реке машиной – лечиться тебе надо и срочно! – Соколовского давно раздражал этот завистливый тип, а сейчас стал раздражать как-то очень уж активно.
Коленьку слегка перекосило, он сплюнул, отошел, а потом неспешно отправился к журналистам – видимо, поведать какую-нибудь гадость про героя-Соколовского.
-Аж коррёжит человека, - подумал Крамеш, словно невзначай попадаясь ему на пути, - Ну и ходи таким, рраз остановиться не можешь! Ты там с ушами стррадал? Пррродолжай в том же духе и не останавливайся!
Взгляд в упор, задержавшийся в глубине зрачков Коленьки буквально на секунду, и Бескрайнов пошел в одну сторону, а Николай схватился за уши и начал их тереть.
-Коля, ты чего? Тебе же скоро в кадр, а у тебя не уши, а лопухи какие-то! Красные, здоровые! – ахнула Валентина, обернувшись на чей-то возглас.
Николай что-то пытался сказать журналистам, которые, сообразив, что человек ничего толком сказать не может, а только что-то бормочет про помаду, отмахивались от него, насмешливо косясь на растёртые уши странного типа.
-Хорошо хоть у него сегодня cъёмки только со спины. Валя, гримируй под него вот того парня из массовки, - нашел выход режиссёр, - И что с ним стряслось-то?
Кое-что стряслось не только с Коленькой, но и с главой рода Ветроловов – ему позвонил Соколовский и сильно расстроил, лично сообщив о том, что пробы воды от них в этом году уже приниматься не будут.
-Но почему? – возопил многоуважаемый Кирранд.
-Как почему? Страна большая, все хотят проверить воду в своих владениях, а вы прислали пробы уже, наверное, с каждой лужи, так что новые только после нового года! – и говорил-то он, вроде, по делу, но Ветролов отчётливо понимал, что невыносимый тип, кажется, узнал о том, что он собрался захватить Карину, как только точно станет известно о гибели Сокола.
-Свяжись с таким! В воздухе ощиплет! – шипел ворон, - Вот как с ним общаться-то, а?
Здравая мысль о надёжном и равноценном сотрудничестве в чёрную, но светлую голову Кирранда, почему-то не приходила.
Обозлённый неудачей, он сорвал злость на пяти членах рода, опрометчиво попавшихся под горячее крыло, потом на жене, а затем, получив от своей вороницы справедливое и заслуженное возмездие, вспомнил о том, что как-то давно не посылал Кирина в Москву - в гостиницу.
-Пусть летит прямо завтра, нет, прямо сегодня, сей же час! – раскаркался он, - А то ишь… ррраспустились все!
Примерно то же самое считал и режиссёр Филиппа Соколовского, а так как он в подобном состоянии был положительно невыносим, съемки проходили в скоростном режиме:
-Анита, не наваливайся на Филиппа! Кто сказал, что ты должна? Я сказал? Я сказал, что ты должна падать в обморок, вот и падай!
-Я же падаю!
-Да почему ж ты на Филиппа-то все время падаешь? Мужчина тебе что, батут? Матрас? Страховка? Это не обморок, а… приспособленчество какое-то!
-А куда мне падать?
-На землю, на землю падай! Как нормальные люди в обмороке!
-Да я уже могу её поймать, - добродушно предлагал Соколовский, оценив нежелание партнёрши падать в обморок «как нормальные люди». – Я в порядке!
-Нет уж, пусть как положено обморочится! Анита, падай, я сказал! Нет, так не годится! Вставай и ещё раз падай! А почему ты такая грязная? Костюмеры! И что за актрисы пошли, даже упасть так, чтобы остаться чистыми, они не в состоянии! Да почистите её и пусть падает, пока не упадёт в обморок. Как положено!
Анита, видимо, от возмущения, упала в обморок просто образцово-показательно, и последняя сцена «природных» съёмок была закончена.
Крамеш и Вран потешались над режиссёром, наслаждались созерцанием съемочного процесса и предвкушали возвращение домой.
-В гнездо, - думал про себя Крамеш, провожая взглядом Коленьку, который до сих пор время от времени подозрительно трогал уши. – В своё гнездо!
Возвращение вышло фееричным – у гостиницы их караулила пара журналистов, так что Крамеш вышел из машины и встретил их в подворотне, отчего люди сразу же вспомнили, что у них есть много-много важных дел где-то далеко отсюда.
Начало первой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало второй книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало третьей книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало четвёртой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало пятой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало шестой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Все остальные книги и книжные серии есть в НАВИГАЦИИ ПО КАНАЛУ. ССЫЛКА ТУТ.
Ссылки на книги автора можно найти ТУТ
Зато практически все обитатели гостиницы дружно высыпали встречать почти потерянного, но вновь обретённого Соколовского:
Cшайр с превеликим достоинством поклонился, гуси распушились, раскрыли крылья и оглушительно загоготали, Геннадий, уже вернувший свой людской облик, широко улыбался, даже Гудини прибыл на встречу, видимо, решив, что тут что-то ценное раздают, и будет неправильно это что-то пропустить, а на заднем плане взволнованно попискивали что-то приветственное Карина и Тина.
Шушана не стала путаться в ногах у встречающих, а ждала хозяина гостиницы на подоконнике второго этажа, рядом стояли взволнованная Татьяна и Иван, который коварно держал и не пускал в толпу встречающих Терентия.
Соколовский со всеми поздоровался, а потом вопросительно воззрился на возмущенного кота.
-А чего это вы, Иван, его носите? Поработил он вас?
-Да нет! Просто он уже Тане под ноги попался раз двести, вот я и решил придержать…
-Отобрали у меня мою Танечку, подло не пускают, а теперь ещё и дееержаааат! – заизвивался кот под мышкой у Ивана. – Да пуститяяяя мняу!
-Иван, я вас и так уважал, а теперь ещё больше уважать буду! – серьёзно отреагировал Соколовский, - Так сдерживать порывы этого болтуна дорогого стоит! А где Басина?
-Ждёт вас в вашем кабинете, - улыбнулась Татьяна, - Сказала, что по поручению Руухи будет проверять жизненные силы!
Соколовский только рассмеялся, впрочем, явно довольный такой встречей.
Басину ему удалось извлечь из кабинета, посулив не противиться проверке вечером, Тане он напомнил про её отпуск, гусей, упорно наступавших ему на пятки от счастья лицезрения своего хозяина, спровадил напоминанием про гусиный суп, Сшайр, доставив багаж, корректно удалился без напоминаний, а Геннадий смылся даже раньше.
И тут позвонил агент Соколовского, который из последних сил отбивался от предложений прийти на всевозможные ток-шоу и поведать о своём подвиге.
-Что им всем надо-то? – недоумевал Бескрайнов. - Не понял, и почему Сокол должен куда-то идти и что-то там ррасказывать? – никак не мог он взять в толк, слушая довольно раздраженные ответы Филипа, который приказывал агенту Василию:
-Вася, гони их поганой метлой! Ни на какие ток-шоу я не пойду, чего мне там делать-то? И с родителями спасённых детей встречаться не вижу смысла. И спасибо мне говорить не надо, и особенно не надо это делать у Малахова! Вася, я тебя прошу… Я после травмы такой нервный стал – как вижу идио… глупого человека, так сразу тянет сказать ему, кто он такой! Короче, избавь меня от этого, мне же отдохнуть надо! – капризным тоном напомнил Филипп.
-Да, конечно! Ты же ещё толком не восстановился! – обрадовался Вася, - Вот на это я и буду упирать!
Соколовский одобрительно покивал, закончил разговор, и только-только хотел поинтересоваться, что у него в кабинете забыл Крамеш, как в дверь постучали, а потом она распахнулась и внутрь ввалились исключительно довольные Уртян и Итаффин.
-Мы всё нашли! И то, что надо было, и даже ещё кое-что редкое! – радовался Уртян, докладывая о результатах командировки, - А Тафф проверил дубинку и она, оказывается, так славно работает!
-Да, прямо сразу стимулирует всяких разных на правильное поведение и учит вежливости! Прямо лучший учитель! – поддержал друга Итафф.
Когда они удалились, отдав сумку с «лучшим учителем вежливости», и Соколовский спрятал её в сейф, он воззрился на Бескрайнова:
-Cлушай, что ты тут забыл, а? Шел бы к себе!
-Я спрросить хотел… а мне в террем можно? Таня же там… - смутился Крамеш.
Соколовский хотел было запретить, но покосившись на Бескрайнова, махнул рукой:
-Ну слетай, только не оставайся там надолго, не сверли гневным взглядом Ивана, и не пытайся их рассорить! – он перечислил ещё с десяток «не», кивнул, отпуская Крамеша, и насмешливо проводил взглядом чёрный хвост, скрывающийся за полуоткрытой дверью, а потом снова обнаружил перед собой Уртяна.
-Хм… ты же домой ушел.
-Да, ушел, а сейчас вернулся – у меня под дверью сидит Яррита. Помните, та лиса-травница, которая помогла похитить Аури?
-Помню, разумеется! И что ей надо?
-Она никак не может найти одну из жертв своих зелий. А там побочка может быть тяжелая…
-И что за жертва?
-Она продавала одной тётке, Раиса её зовут, всякие разные зелья, тётка поила ими всех соседей, но этого ей показалось мало, и она решила опоить зельем подчинения невесту сына. Аури подменила зелье подчинения, высыпав в емкость обычный чай, но эта Раиса, похоже, экспериментировала со средствами, которые покупала у Ярриты, а потом передавала их сыну, чтобы сын это подсыпал невесте. По крайней мере, Раиса так говорит.
-А почему Яррита не может найти девушку?
-То есть, даже неясно, жива ли девушка?