начало истории
— Тогда-то я и придумала тот план, — Надежда тихо вспомнила встречу с детективом.
Таня помогла — нашла врача, который за небольшую плату согласился озвучить диагноз: инсульт и быстрый уход. Семья поверила тут же, им было проще принять плохое, чем бороться. Это было ужасно — три недели с мужем и свекровью окончательно вытравили любую жалость и сочувствие. Я стала чужой и никому не нужной.
Когда меня привезли сюда, я поняла: это конец.
Николай взял её за руку и сжал крепко. Надежда благодарно взглянула на его ладонь и кивнула.
— Почему не вернулась в город?
— Сначала хотела просто переждать, но потом поняла — не хочу обратно. Там слишком стремительно, всё напоминает о Володе и свекрови.
Николай отпустил её пальцы и ускорился:
— Идём, кое-что покажу.
Они долго шли, Надежда не понимала, куда. Вскоре перед ней открылся огромный дом за высоким забором.
— Это дом моего давнего товарища по службе, — объяснил Николай. — Он умер недавно, теперь дом продают. Я бы хотел его выкупить, но… Сам знаешь, средств нет. А дом хотят сносить и строить пилораму или ещё что-то подобное. Если ты его приобретёшь, обратной дороги не будет.
— Я не хочу возвращаться в город. Для деревни я слишком шустрая, для города — слишком спокойная. В этом парадоксе мне именно здесь и хочется пробовать жить.
Надежда смотрела на суровое лицо Николая: глаза, туго сжатые губы, морщины на лбу от напряжённой мысли.
В её глазах загорелась решимость. Она сжала его руку, как он минутой ранее, и улыбнулась:
— У тебя всё получится. Я помогу. Мы восстановим ферму, и ты осуществишь мечту отца. Обещаю.
Николай не ответил словами, но надежда в его взгляде дала понять — он верит.
Они начали работать вместе — Надежда помогла наладить хозяйство, расчеты, закупили оборудование, новый скот. Прибыль стала появляться. Николай впервые подарил девушке цветы, а также вернулась традиция: починка дома и утренние завтраки у Надежды.
Вскоре после одной из прогулок Татьяна вновь приехала, на этот раз с документами:
— Ты уверена? — спросила она.
— Более чем, — кивнула Надежда, принимая папку.
— Обратного пути нет, — напомнила Татьяна.
— Знаю. И готова рискнуть.
Татьяна поддержала подругу, а Надежда направилась к ферме: ожидалось очередное оборудование, и была приятная новость для Николая.
Она нашла Николая, как обычно, в кабинете. Он писал за столом, но, заметив девушку, улыбнулся:
— Сегодня рано, — с улыбкой выдвинул ей стул.
Надежда села напротив, положила бумаги:
— Прочти.
Он стал листать бумаги; с каждой страницей его глаза расширялись. Девушка с замиранием наблюдала за его реакцией.
Наконец, Николай закрыл папку и тихо спросил:
— Что ты сделала?.. Ты купила дом?
Надежда кивнула, встала и прямо посмотрела ему в глаза.
— Ты не хотела, чтобы дом снесли. Это был дом твоего друга, а я обещала, что у тебя всё получится, — тихо сказала Надежда.
— Это же огромные деньги… — только и смог выдохнуть Николай.
— Это мои деньги, и я могу распоряжаться ими, как считаю нужным. К тому же… мне здесь нравится, и…
Её поток мыслей прервал поцелуй Николая.
— Таким способом ты решил заполучить дом? — засмеялась она, когда он отстранился.
— Ты так обо мне думаешь? — спросил он хрипло.
— Нет, — тихо выдохнула Надежда. — Я купила этот дом для нас. Если ты захочешь… чтобы мы были вместе. Кажется, я влюбилась.
Николай вновь поцеловал Надежду.
— Я тоже, — произнёс он и крепко обнял её. — По-настоящему.
...
Владимир сидел напротив жены и никак не мог переварить услышанное. Руки безвольно лежали на коленях, взгляд стеклянел, словно он всё ещё ждал объяснений.
— Ты хочешь сказать, это всё было для того, чтобы проверить меня?
Надежда печально взглянула на него и отпила чай.
В этот момент в комнату вошла Татьяна в синем платье.
— Ну что, всё рассказала? Жаль, опоздала чуть — хотела бы видеть его лицо, — усмехнулась она.
— Значит, ты всё знала? — чуть не крикнул Владимир.
— Это был мой врач, которому я заплатила за диагноз, — спокойно ответила Татьяна. — Думаешь, Надя смогла бы сделать всё одна? Она тебя слишком любила для такого…
— Ты ничего не знаешь, — попытался возразить он. — Надя, я люблю тебя…
Надежда подняла брови.
— А Лиля уже не устраивает? Не дождалась, когда ты откроешь бизнес и завалишь подарками?
Владимир хотел что-то возразить, но замолчал, понимая бесполезность оправданий.
— Но как ты могла так подставить нас с мамой? Она до сих пор всё переживает…
Татьяна и Надежда рассмеялись.
— Нина Игнатьевна больше всех радовалась диагнозу и наследству, не притворяйся!
Владимир вдруг осмотрел дом, ухмыльнулся:
— Так это всё куплено или заработано в браке со мной?
Татьяна сразу напряглась, зная, к чему клонит муж подруги.
— Значит, половина — моя?
Надежда резко поднялась, зло глядя на Владимира. В этот момент в комнату зашёл тот самый мужчина, что однажды подрезал его на дороге.
— Привет, Коля, — кивнула Татьяна и что-то шепнула ему на ухо.
Николай обернулся к Владимиру со стальным, угрожающим лицом. Он подошёл и, прежде чем тот успел отступить, схватил его за шкирку и вытолкал за дверь.
Все трое услышали хлопок — входная дверь захлопнулась, а Владимир поспешно удалился.
— Зачем ты его пустила? — Николай подошёл к Надежде и нежно обнял её со спины.
Перед мужем она держалась уверенно, не позволяя себе слабости, но в комнате все знали, через что она прошла.
Девушка стояла, опустив голову, сдерживая слёзы.
— Мне нужно было всё ему сказать. Я хотела увидеть его лицо, когда понял, что никогда не получит ни моего наследства, ни меня.
— Тебе стало легче после этого? — спросила Татьяна.
Надежда кивнула и крепче прижалась к Николаю, почувствовав в его руках силу и спокойствие.
— Завтра же подам на развод.
Но несмотря на угрозы Николая, Владимир всё-таки решил подать иск о расторжении брака и разделе имущества. Формально он был в своём праве: наследство не принадлежало бы ему, а вот доходы от хозяйства, начавшиеся уже в браке, могли считаться совместной собственностью.
Письмо из суда пришло вскоре. Николай принёс его вместе с остальной корреспонденцией и мрачно протянул Надежде.
Открыв конверт, девушка мгновенно помрачнела и без сил опустилась на диван прямо в рабочей одежде, только что с полей. Она была потрясена — не думала, что Владимир реально решится на суд. Хотя... она не думала, что он бросит её умирать. В этот раз он оказался столь же непредсказуем.
— Нам нужен хороший адвокат, — сказал Николай, рассматривая бумаги.
— Таня, — отозвалась Надежда. — Она возглавляет юротдел, у неё есть лицензия и опыт, и к тому же ей не нужно будет рассказывать лишнего.
Николай сел рядом:
— Послушай, я тут на днях зашёл в ванную после тебя и… — он замялся.
Надежда испуганно посмотрела ему в глаза.
— Я нашёл тест. Ты беременна?
Она кивнула:
— Я не знала, как сообщить. Думала, вдруг не обрадуешься...
Он мягко поцеловал её, улыбнулся широко:
— Так ты не против?
В его озорных глазах был весь ответ. Он крепко прижал Надежду к себе:
— Даже если этот мерзавец отсудит что-то, всё равно. У нас будет дом, поле, ребёнок. Мы друг для друга — вот главное.
Надежда закрыла глаза и глубоко вздохнула. Открыв их, взглянула на Николая с тем самым решительным взглядом, который когда-то напугал даже детектива.
— Он пошёл забирать моё... Пусть, но уйдёт ни с чем. Я заберу не только своё, но и всё его. Он останется ни с чем.
Суд назначили очень быстро — казалось, сама судьба торопилась закончить эту историю. Адвокатам стала Татьяна, Николай поддерживал Надежду с трибуны свидетелей. Как и многие жители деревни.
Судьёй оказалась высокая рыжеволосая женщина с холодным, цепким взглядом. Она явно скучала, слушая речь Владимира, и задавала ему вопросы, на которые тот путался с ответами, что её едва заметно забавляло.
Владимир привёл свидетелей: Нину Игнатьевну, соседей, нескольких друзей. Все твердили, какая Надежда плохая.
Нина Игнатьевна особенно старалась — в ход шёл весь её драматический талант:
— Я так перепугалась, когда у неё инсульт, три ночи не спала, ждала вестей... — рыдала она так жалостливо, что даже глаза вытирала белым платком.
— А когда я увидела Наденьку после больницы, сама едва не умерла: лежит, не двигается, как неживая!
— Пришлось за ней ухаживать, пока Володя работал, я убирала, кормила...
А она! Оказалась не больна, а здоровехонька! Это самый страшный удар в моей жизни. Нас предали, обманули. Теперь хотят оставить меня ни с чем!
Нина Игнатьевна еще раз всхлипнула и, сцеживая слезу, вернулась на скамью. После её речи судья словно оживилась и уже более внимательно слушала остальных свидетелей.
— Ваша честь, не стоит слепо доверять словам истца и его свидетелей, — начала Татьяна. — У ответчика есть более чем весомые доказательства измены истца. Запись приобщена к делу.
По залу прокатилась запись разговора Лили и Владимира, разоблачающая измену. В качестве свидетеля пришлось выступить и детективу, который подробно рассказал о ситуации.
— Враньё! — резко крикнула со скамьи Нина Игнатьевна, но после предупреждения судьи сразу сникла, глубоко обиженная "клеветой".
— Хочу отметить, — продолжила Татьяна, — что ответчик не предоставляла никаких фальшивых справок: был только устный диагноз, ни один официально подтверждённый документ не предоставлялся. Более того, истец и его мать, по их же словам, ухаживали за ответчицей, но у меня есть иная запись.
Включилась запись:
— Да, Вовочка, покормить… Ой, я что-то зачиталась, совсем забыла. Ну ничего, до обеда потерпит. Не похудеет. Ты там как, нашёл сиделку для неё?
— Хорошо. Главное, что берёт мало. А то, что пьёт, ничего страшного. Всё равно врач сказал, что долго не протянет.
Зал ахнул: публика не ожидала подобных слов.
Татьяна не позволила судье потерять нить:
— Истец претендует на раздел имущества — дома в д. Ильинская, полей «Золотая берёза», но всё это уже перешло в собственность гражданина Горелова Николая Петровича ещё до подачи иска. Документы оформлены. Остальные средства и зарубежная доля — это личное наследство, и претендовать на них истец не может.
Судья чуть заметно усмехнулась, и Надежда готова была поклясться: этот взгляд был будто с внутренней поддержкой. Передача имущества Николаю задним числом сыграла ключевую роль — продажный нотариус не подвёл.
— Таким образом, иск недействителен? — обратилась судья к Татьяне.
— Да, — твёрдо подтвердила адвокат.
— Но ведь иск касается и дележа другой совместной собственности: квартиры по адресу ул. Пегасова, дом 24, квартира 33, машины BMW и общих счетов.
— Протестую! — вскочил адвокат Владимира, полный старик в очках. — Эта квартира — наследство отца моего клиента!
— Именно так, — не растерялась Татьяна. — Но если один из супругов вкладывает существенные средства в имущество другого, оно может быть признано совместно нажитым.
— И какие же средства были вложены? - спросил адвокат.
— Сейчас на экране суд увидит, в каком состоянии была квартира до ремонта, — сказала Татьяна. — Это снимки, сделанные примерно через год после свадьбы. А вот — фотографии после ремонта, завершённого всего через ещё полгода. Чем докажете, что улучшения сделаны не на средства истца?
— Во-первых, в тот период Владимир не работал, а выписка из банка подтверждает: на его счету денег не было. Более того, согласно показаниям бригадира ремонтников и предоставленному договору — все основные расходы взяла на себя ответчица.
Дебаты между адвокатами затянулись: их перебивали, вызывали дополнительных свидетелей, обсуждали каждую мелочь. Но вот судья ушла в совещательную комнату.
Когда она вернулась с пухлой папкой в руках, помощница произнесла: «Встать, суд идёт».
— Суд выносит решение: иск истца подлежит удовлетворению частично, имущество делится между сторонами. Одна треть квартиры переходит к ответчице, автомобиль — в совместное владение, а половина денег со счёта истца поступает в личное распоряжение Львовой Надежды Викторовны. Решение окончательное и не подлежит пересмотру.
Молоток гулко стукнул по дереву.
Владимир и Нина Игнатьевна смотрели на Надежду с яростью и ненавистью, которую та вовсе не скрывала. Наоборот — Николай приобнял Надю, Татьяна, довольная, присоединилась к ним.
— Я же говорила: заберём у него всё, — с почти одержимым торжеством заявила Татьяна.
— Это по праву твоё, а не его, — тихо сказал Николай. — Теперь у нас есть всё, о чём мы мечтали.
— Осталось только ребёнка дождаться — будет полная чаша, — улыбнулась Татьяна, сгребая бумаги в папку.
— Ну, — выдохнула Надежда и погладила живот.
Татьяна рассмеялась:
— Быстрые вы. В крестные возьмёте?
— А у нас есть выбор? — подыграл Николай.
— Никакого, — засмеялась Надежда, обнимая двух любимых людей. Теперь она точно знала: всё у неё будет хорошо.
В Телеграмм-канале есть не менее интересные истории