— Ты правда думаешь, он женится на тебе по любви? Ну, Поленька… будь реалисткой. Мужчины женятся по долгу, а потом всю жизнь это припоминают. Будет попрекать каждым куском, каждым подгузником. Ты этого хочешь?
Полина смотрела на свою лучшую подругу, Дарью, и чувствовала, как ледяной холод расползается по венам, замораживая сердце. Эти слова, брошенные с видом искреннего сочувствия, были ядовитее змеиного укуса. Дарья сидела напротив в их любимой кофейне, изящно скрестив длинные ноги, и лениво помешивала пенку в чашке с латте. Весь её облик, от безупречной укладки до дорогой сумки, небрежно брошенной на соседний стул, кричал о превосходстве. Она всегда, сколько Полина её помнила, считала себя умнее, ярче, успешнее. А Полина, тихая, немного неуверенная в себе Полина, всегда была удобным фоном, на котором блеск Дарьи казался ослепительным.
Их дружба была странным, асимметричным союзом, родившимся ещё на первом курсе университета. Дарья, звезда потока, взяла под своё крыло скромную отличницу Полину. Все думали — какая благородная душа. Но на самом деле Дарья получала идеальную свиту: верную, восхищённую, и, что самое главное, неспособную составить ей конкуренцию. Полина же получала иллюзию защиты и причастности к миру сильных, уверенных в себе людей. Дарья учила её, как одеваться, как говорить, как «правильно» себя подать. Чаще всего эти «уроки» сводились к тонкой, завуалированной критике, после которой Полина чувствовала себя ещё более серой и невзрачной. Но она была благодарна. Она верила, что Даша желает ей добра.
Так и шло годами. Дарья меняла кавалеров, как перчатки, рассказывая Полине о своих головокружительных романах, а Полина слушала, восхищалась и штопала своё разбитое после неудачных свиданий сердце. Каждый парень, который проявлял к Полине интерес, подвергался немедленной и безжалостной оценке Дарьи. «Ну, он милый, конечно, — говорила она, растягивая слова, — но, Поленька, он же совсем не твой уровень. Скучный. Ты достойна большего». И Полина верила.
А потом в её жизни появился Алексей. Тихий, немногословный, невероятно умный программист с самыми добрыми глазами на свете. Он не пытался её переделать. Он смотрел на неё так, будто видел нечто удивительное, чего она сама в себе никогда не замечала. С ним она впервые почувствовала себя не просто фоном, а главным действующим лицом. Когда он, спустя год трогательных и нежных ухаживаний, сделал ей предложение на смотровой площадке с видом на ночной город, мир Дарьи дал трещину.
Она узнала новость по телефону и на мгновение замолчала. Полина услышала в трубке лишь тихое шипение.
— Лёша? Тот самый твой айтишник? — в её голосе прозвучало неприкрытое изумление. — Надо же… кто бы мог подумать. Ну, ты у меня, Поленька, своего не упустишь. Поздравляю.
Поздравление прозвучало как пощёчина. Оно стало для Дарьи личным оскорблением, вызовом её устоявшейся картине мира. Как он мог выбрать её? Эту серую мышку? Неужели он не видел, что вот она, Дарья, блистательная и несравненная, всё это время была рядом?
С этого момента началась тихая, планомерная диверсия. Дарья не устраивала сцен. О нет, она была слишком умна для этого. Она надела свою лучшую маску — маску преданной подруги, которая до смерти переживает за счастье своей девочки.
— Полин, а Лёша не стал какой-то… отстранённый? — как-то невзначай бросила она, когда они листали каталоги в дорогом свадебном салоне. Полина как раз любовалась простым, но элегантным платьем. — Это всё, конечно, мило, но тебе не кажется, что это слишком… просто? Тебе нужно что-то эффектное! А насчёт Лёши… он же сейчас запускает этот свой проект? Ну да, конечно, работа важнее. Мужчины, они такие. Сначала горят, а потом… рутина. Ты просто будь осторожнее.
Полина сначала отмахивалась, но ядовитые семена сомнения уже были посеяны. Она начала присматриваться, вслушиваться в каждое слово, искать подвох. И, разумеется, находила. Лёша задержался на работе? Значит, избегает её. Задумался за ужином? Наверное, что-то скрывает.
С Алексеем Дарья разыгрывала другую партию. Она подловила его на общей встрече у друзей, когда он вышел на балкон подышать воздухом. Она вышла следом, кутаясь в шаль, с трагическим выражением лица.
— Лёш, ты только не подумай, я не лезу не в своё дело… Но я же Полю знаю как облупленную. Я так за неё переживаю, — начала она заговорщицким шёпотом. — Она стала такой нервной в последнее время. Плаксивой. Ты её не обижаешь? Понимаешь, она всегда была такой… ну, домашней. А тут свадьба, такой стресс. Она ведь такая хрупкая. Ты уж будь с ней понежнее, ладно?
Алексей, прямой и честный человек, был сбит с толку. Он любил Полину до безумия, но постоянные намёки на её «хрупкость» и «нервозность» заставляли его ходить на цыпочках. Он боялся неосторожным словом ранить её, и эта излишняя осторожность и вправду создавала дистанцию. Дарья была виртуозным кукловодом.
Подготовка к свадьбе превратилась в полигон для её манипуляций. Она вмешивалась во всё, от выбора цвета салфеток до рассадки гостей. Полина с мамой нашли очаровательный загородный ресторан с уютной верандой. Дарья, увидев фотографии, картинно всплеснула руками.
— Девочки, вы серьёзно? Это же какой-то… санаторий! Прошлый век! — она достала планшет. — Вот, смотрите! Лофт, панорамные окна, модный кейтеринг! Лёша бы оценил, он же у нас парень современный. Поленька, ну нельзя же быть такой ведомой. Твоя мама, конечно, прекрасная женщина, но у неё вкусы из восьмидесятых. Ты должна настоять на своём!
Алексею же она преподнесла это совершенно иначе:
— Я в шоке, Лёш. Я пыталась как-то деликатно намекнуть, но бесполезно. Полина с мамой выбрали какой-то «советский» ресторан. Тебя вообще спросили? Такое ощущение, что тёща уже всё за вас решила. Ты смотри, а то она тебе и имя для первенца выберет.
Это сработало. Вечером между Полиной и Алексеем состоялся тяжёлый разговор. Они впервые по-настоящему поссорились. Но когда эмоции улеглись, они сели за стол и просто поговорили.
— Поль, мне всё равно, где будет свадьба, — тихо сказал Алексей, взяв её руки в свои. — Хоть в шалаше. Главное, чтобы ты была рядом. Я просто хочу, чтобы это было наше общее решение, а не чьё-то ещё.
Они нашли компромисс, который устроил всех. И эта победа, их первая совместная победа над обстоятельствами, сделала их только ближе. Дарья, узнав об этом, лишь скривила губы в усмешке, но в её глазах промелькнуло раздражение.
А потом Полина узнала, что беременна. Два теста, купленные в разных аптеках, показывали две уверенные полоски. Это была тихая, ошеломляющая радость. Она сообщила новость Алексею. Он плакал, обнимая её, и шептал, что он самый счастливый человек на свете.
С Дарьей она поделилась новостью в тот же день, светясь от счастья. Реакция подруги была странной. На её лице на долю секунды промелькнуло что-то злое, хищное, но тут же сменилось маской бурной радости.
— Ой, Полечка! Какая новость! Ну надо же! Прямо перед свадьбой! Как… вовремя, — она обняла Полину, но объятия были холодными, как лёд.
Зависть, чёрная, удушливая, захлестнула Дарью. Теперь всё. Конец. Беременная невеста — это крепость, которую уже не взять. Алексей был потерян для неё навсегда. И тогда она решила перейти к выжженной земле. Если он не достанется ей, то пусть и эта серая мышь не будет счастлива.
Она начала распускать слухи. Делала это мастерски, с намёками и полутонами, встречаясь с общими подругами за чашкой кофе.
— Я так рада за них, вы не представляете! — щебетала она. — Конечно, Лёше теперь деваться некуда, ха-ха! Ой, я шучу, конечно. Но вы же понимаете, ребёнок — это такая ответственность. Он поступил как настоящий мужчина, не бросил её в таком положении. Не каждый на такое способен.
До Полины долетали отголоски этих разговоров, но она отказывалась верить в злой умысел. Это же Даша, она просто любит поболтать. Но последней каплей стала их встреча в кофейне, когда Дарья произнесла ту самую фразу про «женитьбу по долгу». Полина тогда ничего не ответила. Она молча положила на стол деньги за свой кофе и ушла, оставив Дарью одну с её ядом.
День свадьбы был солнечным и тёплым. Полина, в своём простом, но невероятно красивом платье, чувствовала себя самой счастливой на свете. Рядом был Лёша, её муж, её опора. Всё было идеально.
Дарья опоздала, появившись в разгар церемонии. Она вошла в зал, и все головы повернулись в её сторону. На ней было облегающее алое платье с таким глубоким декольте и высоким разрезом, что оно больше подходило для красной ковровой дорожки, а не для свадьбы лучшей подруги. Она хотела быть в центре внимания. Она хотела затмить невесту.
Её план был жесток. Она дождалась момента, когда ведущий начал предоставлять слово для поздравлений. Дарья вышла с микрофоном одной из первых. Она обворожительно улыбнулась и заговорила своим бархатным голосом, полным фальшивой нежности.
— Дорогие наши Полечка и Лёша! Я помню, как мы с Полей ещё в институте мечтали о принцах. И вот, Поленька, ты своего дождалась. Или… создала сама? — она сделала театральную паузу, обводя гостей победным взглядом. — Вы знаете, Поля всегда была девочкой с хваткой. Очень целеустремлённой. Она всегда знала, чего хочет, и как этого добиться. Даже если для этого нужно, ну, скажем так, немного ускорить события… Ведь ребёнок, он так скрепляет. Обязывает, я бы сказала.
Она посмотрела прямо на Полину, в её глазах плескалось торжество.
— Некоторые могут подумать, что Поля просто поймала Лёшу на ребёнке. Но я-то знаю, я же её лучшая подруга! Я её предупреждала, что так делать нельзя. Но любовь зла… Я просто хочу пожелать Лёше терпения. Оно ему точно понадобится, — она подняла бокал, — выпьем же за… обязательства! Горько!
В зале повисла мёртвая тишина. Музыка оборвалась на полутакте. Кто-то из родственников ахнул. Гости за столиками начали перешёптываться, бросая на Дарью осуждающие взгляды. Лицо Алексея стало каменным. Он смотрел не на Дарью. Он смотрел на свою жену, на её побледневшее лицо.
Дарья упивалась моментом. Она ждала скандала. Но ошиблась.
Алексей медленно поднялся. Он подошёл к звукорежиссёру и что-то тихо сказал. Заиграла громкая, весёлая музыка. Затем он подошёл к Дарье, спокойно забрал у неё микрофон и, не удостоив её даже взглядом, вернулся к Полине.
А Полина поднялась ему навстречу. Она подошла к Дарье вплотную. В её глазах не было ни слёз, ни страха. Это был конец. Это не была зависть в аффекте. Это была системная, многолетняя, продуманная жестокость.
— Я всегда считала тебя подругой. А оказалось, всё это время тебе была нужна не я, а просто кто-то, на чьём фоне ты могла бы блистать. Мне очень жаль. Но этот спектакль окончен. Уходи, пожалуйста. Не порть мне праздник.
Она развернулась и пошла к своему мужу. Алексей обнял её крепко-крепко, защищая от всего мира. Дарья осталась стоять одна посреди зала, в своём нелепом красном платье. Её собственные слова, произнесённые перед десятками свидетелей, сорвали с неё все маски, обнажив уродливую сущность.
После минутного замешательства свадьба взорвалась аплодисментами. Вечер не был испорчен. Наоборот, он стал ещё теплее и искреннее. Гости подходили к молодожёнам, обнимали их, говорили слова поддержки, словно пытаясь своей любовью залечить рану, нанесённую предательством.
Позже, во время их первого танца, Полина прижалась к плечу Алексея и почувствовала невероятное облегчение. Она не просто вышла замуж. Она обрела свободу. Она избавилась от человека, который был рядом лишь для того, чтобы питаться её неуверенностью.
Дарья ещё какое-то время постояла в одиночестве, а потом тихо выскользнула из зала. Никто не пытался её остановить. Она вышла в прохладную ночь. Звуки музыки и счастливого смеха доносились из-за закрытых дверей. Она стояла одна на пустой парковке, и её яркое красное платье выглядело вызывающе и жалко под тусклым светом фонаря. Её игра была окончена. Она проиграла.