Знаете, есть моменты, которые делят жизнь на до и после. Мой случился в субботу, ровно в шесть вечера, когда Максим зашёл в комнату, где я примеряла фату в последний раз.
Я стояла перед зеркалом в нашей квартире. Уже сегодня мы с Максимом должны были стать мужем и женой. свадебное платье висело на плечиках на двери, приглашения разосланы, торт заказан. Я держала в руках ту самую фату, которую мы выбирали вместе три месяца назад, и думала, как же странно – через несколько часов я стану чьей-то женой.
Дверь открылась. Максим вошёл с таким лицом, будто собирался сообщить, что забыл оплатить ресторан.
– Катерина, нам надо поговорить, – сказал он, и я сразу почувствовала – что-то тут не так.
Я обернулась, всё ещё держа фату в руках.
– Макс, ты чего? У нас через несколько часов репетиция в ресторане, потом...
– Свадьбы не будет, – перебил он.
Я замерла. В комнате стало тихо, только слышно было, как тикают настенные часы.
– Что ты сказал?
Он вздохнул, сунул руки в карманы и посмотрел не на меня, а куда-то мимо.
– Отец вчера приезжал. Мы долго разговаривали. Он считает, что я совершаю ошибку. И познакомил меня с дочерью своего партнёра – Викой. Она... она больше подходит. Понимаешь? По статусу, по характеру, по всему. Отец прав – с тобой слишком сложно. Ты всегда споришь, у тебя всегда своё мнение. А Вика спокойная, понимающая. С ней проще.
Я стояла и не могла поверить, что это происходит со мной наяву. Фата выскользнула из моих рук и упала на пол.
– Максим, – я говорила медленно. – У нас же свадьба через несколько часов. Гости уже едут, мои родители в самолёте, твои друзья заказали номера в гостинице...
– Я знаю, – кивнул он. – Поэтому и говорю заранее. Лучше отменить всё сейчас, чем потом жалеть всю оставшуюся жизнь. Отец сказал, что я тороплюсь. Что ты не та женщина, с которой строят серьёзное будущее. И я подумал – он прав.
Эти слова прозвучали как приговор.
Я села на край кровати, потому что ноги больше меня не держали.
– Твой отец... – начала я, но голос сорвался. – Твой отец всегда решал за тебя, да? Где тебе учиться, где работать, какую машину покупать. И теперь – на ком жениться?
Максим поморщился.
– Не надо так. Отец умный человек, он добился всего сам. Он хочет, чтобы я не совершил ошибку. И если честно... я устал от твоего характера. Вика никогда не спорит, она понимает, что мужчина должен быть главным.
Я с удивлением смотрела на него и не узнавала. Где тот Максим, который когда-то говорил, что любит меня? Который восхищался, когда я открыла собственную студию? Который смеялся, что я единственная девушка, которая может поспорить с ним о политике и при этом не обидеться?
Всё это было ложью. Или он изменился. Или я просто не хотела видеть правду.
– И что теперь? – спросила я тихо.
– Теперь я женюсь на Вике. Отец уже всё организовал. Та же дата, тот же ресторан. Просто другая невеста. Он договорился с администрацией, они не против. Платье Вика выбрала сама, кольца тоже.
Я почувствовала, как внутри меня что-то холодеет. Не ломается, не рвётся, а именно замерзает и превращается в лёд.
– Значит, ты просто... заменишь меня? Как деталь в машине?
Он пожал плечами.
– Не драматизируй. Мы расстаёмся по-взрослому. Я оставлю тебе квартиру на полгода, чтобы ты нашла жильё. И деньги за платье верну.
Я встала. Подошла к нему и посмотрела прямо в глаза.
– Максим, а ты собираешься думать своей головой? Или всю жизнь твой отец будет решать за тебя?
Он отвёл взгляд.
– Я уже принял решение.
– Нет, – покачала я головой. – Решение принял твой отец. А ты просто послушный мальчик, который боится ослушаться папу.
Максим сжал кулаки, но ничего не ответил. Он развернулся и вышел из квартиры. Дверь закрылась тихо, почти беззвучно.
Я стояла посреди комнаты, окружённая белым платьем, фатой на полу и осколками несбывшейся жизни. И знаете, что самое странное? Я не плакала.
Я методично собрала вещи. Только свои – одежду, книги, косметику. Платье оставила висеть на двери. Пусть Вика померяет его, если размер, конечно, подойдёт.
Я написала Максиму одно сообщение: "Спасибо, что показал своё лицо до свадьбы, а не после. Желаю тебе и твоему отцу счастья".
Пришлось позвонила родителям. Мама сначала плакала, потом успокоилась и сказала:
– Доченька, лучше сейчас разойтись, а не чем через десять лет с двумя детьми на руках.
Я переехала в съёмную квартиру на окраине города. После устроилась на новую работу, начала ходить на йогу. Жизнь продолжалась. Странная, непривычная, но моя.
В день нашей свадьбы я сидела в кафе у моря и листала телефон. Подруга прислала фото из соцсетей Максима и Вики. Он был в том же костюме, что мы вместе выбирали. Она в пышном платье, с букетом роз. Оба улыбались, но как-то... механически. Будто отрабатывали рекламную фотосессию.
Я выключила телефон и заказала ещё кофе.
Вечером пришло сообщение от Максима: "Катя, прости. Я понял, что ошибся. Вика оказалась не такой, как я думал. Она капризная, постоянно жалуется отцу, требует внимания. А отец теперь контролирует каждый наш шаг. Я задыхаюсь. Может, нам стоит встретиться?"
Я прочитала сообщение и удалила. Не ответила. Не заблокировала, а просто удалила и забыла...
Прошёл год. Я сменила три работы, пока не нашла ту, что была мне по душе. Совершенно случайно я познакомилась с мужчиной по имени Артём. Он был художником. Тихий, внимательный, с добрым взглядом и крепкими руками. Мы встретились случайно. Я покупала краски для ремонта, а он выбирал холсты.
– Вы выглядите так, будто начинаете новую жизнь, – сказал он, улыбаясь.
– Может быть, – ответила я. – А вы?
– Я? Я просто рисую. Уже много лет. И знаете, что заметил? Самые красивые картины получаются после бурь.
Мы разговорились. Он пригласил меня на выставку. Потом мы пошли гулять. Потом встретились ещё раз. И ещё.
С Артёмом было легко. Он не пытался меня изменить, не спорил по мелочам, не звонил папе каждый раз, когда нужно было принять решение. Он просто был рядом. Живой, настоящий, свободный.
Однажды осенью, когда мы с Артёмом возвращались с прогулки, я увидела Максима. Он один стоял на мосту и смотрел на реку. Его лицо осунулось, в глазах была какая-то пустота.
– Катя? – окликнул он меня, когда я проходила мимо.
Я остановилась.
– Привет, Максим.
– Ты... ты прекрасно выглядишь, – сказал он тихо. – Выглядишь счастливой.
– Спасибо.
Мы стояли и молчали.
– Я развёлся с Викой, – сказал он вдруг. – Через полгода. Не ужились. Отец был в ярости, сказал, что я всё испортил. Теперь я живу один. Работаю там же, но счастья нет. Просто работаю и всё.
– Мне жаль, – сказала я. И правда было жаль его.
– Я часто думаю о тебе, – продолжил он. – О том, как всё могло быть, если бы я в тот день не послушал отца. Если бы выбрал тебя.
Я посмотрела на него внимательно.
– Максим, ты бы всё равно выбрал не меня. Ты пошёл бы на поводу у своего отца. Потому что ты так и не научился слышать себя. И это твоя ошибка, не моя.
Он кивнул и опустил глаза.
– Я знаю. Просто хотел, чтобы ты... чтобы ты не думала, что я не жалею.
– Я не думаю о тебе, – сказала я мягко, но честно. – Я продолжаю жить дальше. И тебе советую то же самое.
Артём подошёл к нам и взял меня за руку. Максим посмотрел на него, потом на меня, и всё понял.
– Будьте счастливы, – сказал он и пошёл прочь...
С Артёмом мы поженились ровно через два года. Без пышных торжеств.. Просто расписались в ЗАГСе. Потом поехали в Карелию, где он рисовал северное сияние, а я просто смотрела в небо и думала о том, как же хорошо, что я не вышла замуж за Максима.
Мы купили маленький дом за городом. Артём обустроил там мастерскую, а я – свой кабинет. По вечерам мы сидели на террасе, пили чай и разговаривали обо всём на свете. Он никогда не говорил "отец считает" или "так надо". Он говорил "я думаю" и "давай попробуем".
Иногда я получала новости о Максиме от наших общих знакомых. Слышала, что он так и живёт с отцом, работает в его фирме, встречается с девушками, которых отец одобряет. Каждое новое знакомство длится пару месяцев, а потом снова одиночество.
Мне не было жаль его. Он сделал выбор, а я свой...
Однажды весной, когда я разбирала почту, то наткнулась на письмо. Аккуратный почерк был мне знаком. Это писал Максим.
Я долго смотрела на конверт, но потом всё-таки вскрыла его.
"Катя, пишу тебе не потому, что надеюсь на что-то. Просто хочу сказать правду. Ты была права. Я жил не своей жизнью. Отец управлял мной, как марионеткой, а я даже не сопротивлялся. Я думал, что так правильно. Что он мудрее, опытнее и лучше меня всё знает.
Сейчас мне 36. И я один. У меня нет ни семьи, ни друзей, ни целей. Остаётся только работа и одобрение отца, которое, как оказалось, не делает меня счастливым.
Ты была единственной, кто видел во мне человека, а не продолжение чьих-то амбиций. И я ушёл тебя, потому что испугался. Испугался ответственности, свободы, любви.
Не отвечай на это письмо. Просто знай, что ты изменила мою жизнь. Ты показала мне, каким я мог бы быть. И, может быть, когда-нибудь я стану таким.
Будь счастлива. Ты заслужила это больше всех, кого я знаю.
Максим"
Я сложила письмо, положила обратно в конверт и убрала в дальний ящик стола, куда обычно складываю старые фотографии. Это было прошлым, которое больше не ранит.
Эпилог
Прошло пять лет со дня несостоявшейся свадьбы с Максимом. Сейчас я сижу на веранде нашего дома. Артём рядом, рисует закат. Наша дочь Вера спит в коляске. Ей три месяца, и она очень похожа на меня. У неё такие же упрямые тёмные глаза.
Я думаю о том, что было бы, если бы я тогда вышла за Максима. Жила бы в золотой клетке, растила детей по указке свёкра, теряла себя день за днём. И называла бы это счастьем.
Но судьба распорядилась иначе. Она забрала у меня иллюзию и подарила правду. Болезненную, жестокую, но освобождающую.
Артём отложил кисть и обнял за плечи.
– О чём задумалась?
– О том, как же хорошо, что я осталась собой, – отвечаю я. – Даже когда мне было очень страшно.
Он поцеловал меня в макушку.
– Ты знаешь, что я тебе всегда говорю? Самые сильные люди – это те, кто умеют вовремя уходить. Без сожаления. Ты такая...
Я улыбнулась и посмотрела на закат, на спящую дочь и на любимого мужчину, которому не нужно одобрение отца, чтобы любить меня.
И понимаю – да, я счастлива.
Друзья! Пишите комментарии, ставьте лайки, подписывайтесь!
Прочтите ещё этот интересный рассказ: