Предыдущая часть:
Набрав номер мужа, она дождалась, пока он возьмёт трубку, и постаралась говорить как можно спокойнее.
— Привет, милый. А ты где? Я тут немного раньше приехала на вокзал. Жду твой поезд, но его что-то не видно. Может, с расписанием какие-то задержки? Ты не в курсе?
Муж на том конце провода странно закашлялся, а потом торопливо ответил:
— Пораньше? Ну подожди, я ещё в пути. Была долгая остановка в Смирновке, сейчас вроде поехали. К двум должны прибыть.
Маша держалась из последних сил, понимая, что устраивать разборки по телефону — не лучший вариант.
— Да? А напомни номер поезда и вагон? Что-то я растерялась. Утро такое суматошное выдалось.
Она изо всех сил старалась изображать спокойствие и бодрость, но с каждой новой ложью это давалось всё тяжелее. Дмитрий немного замялся, словно сверялся с расписанием в приложении, чтобы не ошибиться.
— Да как обычно, сорок восьмой. Вагон один из последних. Слушай, мне идти нужно. Тут проводник что-то требует. Увидимся.
— Буду ждать, — произнесла Маша почти бесстрастным голосом и завершила звонок.
Сердце было разбито, а в голове стоял туман, смешанный с шумом адреналина от недавней погони за воришкой. Сейчас больше всего на свете ей хотелось вывести Дмитрия и Олю на чистую воду, посмотреть им прямо в глаза и спросить, как они посмели так с ней поступить. Однако она осознавала, что для этого придётся до последнего притворяться, будто всё в порядке и никаких подозрений нет.
Вскоре на перроне действительно остановился поезд, на котором якобы должен был приехать супруг. Маша высматривала Дмитрия среди выходящих пассажиров, когда внезапно кто-то закрыл ей глаза широкими тёплыми ладонями.
— Скучала? — услышала она шёпот над самым ухом.
— Ещё бы, — коротко отозвалась Маша и обняла мужа, но сделала это подчёркнуто сухо и отстранённо.
— Что это с тобой? — спросил Дмитрий с улыбкой. — Ты сегодня какая-то не такая.
— Да ничего, не обращай внимания, — ответила она, после чего попросила мужа вызвать такси.
По дороге домой они обменялись едва ли несколькими фразами, и Маша заметила, как супруг начал заметно нервничать.
— Ты уверена, что всё в порядке? — ещё раз уточнил Дмитрий. — Обычно ты так радуешься моему возвращению из командировки, а сегодня что-то не то.
Маша вздёрнула брови, изображая удивление.
— Алёшка болеет, в этом вся причина. Я места себе не нахожу от беспокойства. Хочу поскорее его увидеть.
Муж понимающе кивнул, пробормотал что-то неразборчивое, и они снова замолчали.
В душе Маша задавалась вопросом: имеет ли для мужа здоровье их сына такое же значение, как для неё самой? Или ему совершенно безразлично, и все его мысли теперь вертятся только вокруг любовницы. Когда супруги наконец приехали домой, Мария намеренно стала наблюдать за Дмитрием и Ольгой. Впервые она обратила внимание на то, что раньше постоянно ускользало от её взгляда. Лучшая подруга и муж то и дело переглядывались быстрыми улыбками и посылали друг другу страстные взгляды, когда полагали, что Маша ничего не замечает. Однако она специально отворачивалась то к зеркалу, то к блестящей варочной панели, и в обоих случаях отлично видела отражения. У неё словно открылись глаза на реальность, но вместе с тем сердце болезненно ныло. Ревность и праведный гнев словно сжигали её изнутри. Пришлось собрать все силы в кулак, чтобы не выплеснуть на эту наглую пару всё накопившееся прямо здесь и сейчас.
— Оля, спасибо тебе огромное, — произнесла Маша. — Ты, наверное, сильно устала, пока возилась с Алёшкой. Лучше иди домой, отдохни как следует.
Мария старалась не встречаться с ней взглядом, пока говорила.
— Да что ты, Маш, я совсем не устала, — воскликнула Ольга с наигранной весёлостью, бросив при этом незаметный взгляд в сторону Дмитрия. — Я наоборот думала, мы сейчас чайку попьём, посидим по-дружески. Я даже тортик купила, твой любимый "Наполеон".
Ольга начала переминаться с ноги на ногу, явно не желая уходить.
Маша невольно нахмурилась, в то время как Дмитрий принялся уговаривать её отметить его возвращение всем вместе.
— Да ладно тебе, Маша, чем Оля нам помешает? Тем более она права, чай с тортом сейчас был бы очень кстати.
Маша опустила голову, делая вид, что заинтересовалась своим фартуком, на котором расплылось пятно от клюквенного морса. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы вернуть на лицо максимально спокойное выражение.
— Если честно, Дмитрий, я тоже очень устала. Да и Алёше нужен покой, а мы тут на кухне начнём шуметь. Давайте как-нибудь в другой раз.
Женщина многозначительно посмотрела на мужа, после чего с трудом, но выдворила лучшую подругу за порог.
— Звони, если что понадобится, — сладким голосом пропела Ольга на прощание. — Ты же знаешь, для меня помочь тебе или Алёшке — всегда одно удовольствие.
— Не сомневаюсь, — отозвалась Маша равнодушным тоном, не глядя на неё. — Пока.
Закрыв дверь перед самым носом подруги, Мария глубоко вздохнула и нервно потёрла руки. Никто не представлял, насколько тяжело ей дался этот момент. Всего за один день она потеряла двух самых близких людей, и теперь предстояло указать им на их предательство.
— Ну, как прошла твоя поездка? — спросила она чуть позже Дмитрия, ставя перед ним тарелку с мясным рагу и пюре.
— Да как обычно, — смущённо ответил тот и зачерпнул полную ложку подливы. — Клиенты, демонстрация оборудования, потом торговались по цене. Ничего особенного в этот раз.
Маша отметила про себя, что супруг словно замкнулся в себе, уткнулся в тарелку и явно не хотел вдаваться в детали поездки.
— Но всё же прошло хорошо, я надеюсь? — участливо поинтересовалась она и как бы невзначай добавила: — Когда твой босс выдаст премию, может, съездим на море всей семьёй? Я уверена, Алёшке морской климат сейчас окажется очень полезным.
Дмитрий неожиданно поперхнулся, слушая слова жены, и, быстро завершив трапезу, произнёс сдавленным голосом:
— Насчёт этого не знаю, честно говоря, — он попытался откашляться. — Григорий Дмитриевич ничего не упоминал о премиях. Если только добавит процентов, но я не уверен, что этого хватит на поездку. Море сейчас стоит довольно дорого.
Он выпил большой стакан воды, стараясь прочистить горло. После этого, быстро чмокнув её в щёку и поблагодарив за вкусный обед, он поспешил уйти в другую комнату.
— Море для него слишком дорогое, — процедила Маша сквозь зубы, гневно скручивая мокрое кухонное полотенце в тугой жгут. — Вот подлец, мерзавец последний.
Мария разочарованно покачала головой и выдохнула. Сложно было вообразить, что она сама когда-нибудь окажется в подобной ситуации. Но с этим обязательно нужно было что-то делать. Она не позволит ему продолжать интрижки у себя под носом. В этот момент она услышала, как в детской громко кашляет сын.
— Иду, малыш! — крикнула она и в сердцах бросила скомканное полотенце в раковину.
Мария потрогала лоб сына. После этого, нахмурившись, ещё раз посмотрела на градусник.
— Ничего не понимаю, — произнесла она с беспокойством. — Обычно к этому времени лекарство хоть немного, но снижает температуру. Почему сейчас всё осталось на том же уровне?
Алёша виновато взглянул на маму, после чего медленно сказал:
— А тётя Ольга никаких лекарств не давала, только чай горячий оставила, и всё.
— Что? — Мария не верила своим ушам. — То есть ты не пил ни микстуру, ни таблетки? А она вообще сидела рядом с тобой, заходила в комнату?
Мальчишка смущённо покачал головой.
— Нет, она только по телефону с кем-то разговаривала. На кухне заперлась почти сразу, как ты ушла.
Маша ощутила, как внутри неё всё закипает от ярости. Мало того, что эта негодяйка соблазнила её мужа, так она ещё оказалась неспособной присмотреть за больным ребёнком.
— Мам, — осторожно позвал Алёша.
— Что, милый?
Маша так глубоко погрузилась в свои мысли, что не заметила, как сынишка начал тихонько дёргать её за рукав.
— Я тебе одну вещь хотел сказать.
Мальчик не решался произнести это вслух, и Маша насторожилась ещё сильнее.
— Что такое, милый? Ты можешь рассказать мне всё, что хочешь. Ты же знаешь, — заверила его мать.
— Ладно.
Алёша попытался приподняться на кровати, удобно устраиваясь среди подушек.
— В общем, когда тётя Ольга сидела на кухне, мне показалось, что я слышал папин голос. Сначала подумал, что он приехал раньше, а потом понял, что это по телефону.
Сердце Маши камнем ухнуло вниз, и она, переполненная чувствами, крепко прижала к себе сына.
— Всё нормально, мой хороший. Это я попросила папу позвонить тёте Оле, попросить купить тебе в аптеке новых лекарств, — соврала она. — Вот он объяснил ей, какие именно таблетки нужны.
Ложь во спасение — вот как это называлось. Маша не могла допустить, чтобы сын даже случайно узнал о неверности отца. Она и сама ещё толком не знала, как разобраться с этой проблемой. Что уж говорить о ребёнке, для которого такое известие стало бы настоящим шоком.
Продолжение :