Две отпускные недели, проведенные в родном Пскове, оказались не очень богатыми на чайные впечатления — нас немного предсказуемо и очень приятно затянули встречи с родственниками и друзьями. Ну и бытовуха немного, куда же без нее. Однако некоторые «вспышковые» чайные впечатления я из Пскова-таки привез.
И я бы ни за что, конечно, не стал бы экстраполировать их на всю чайную Россию. Во-первых, это не наш метод. Во-вторых, Псков, как и многие другие города и регионы России, место немного специфическое. Что делает превращение его частностей в общероссийские тенденции занятием совершенно бессмысленным.
Однако как только я решил ограничиться коротким рассказом о псковских чайных частностях в стиле «а еще вот так бывает», на меня сразу обрушился поток сообщений об открытии по всей России чайных. И еще один поток, поменьше, состоящий из комментариев, объясняющих с разной степенью убедительности эту примечательную тенденцию. И оказалось, что некоторые мои эпизодические псковские чайные впечатления вполне себе с этой тенденцией соотносятся.
Поэтому мой рассказ об отрывочных и провинциальных отпускных чайных впечатлениях получится с продолжением. Но сначала — чистые и незамутненные наблюдения разной степени осмысленности.
Мы не были в России три с половиной года. И, несмотря на погруженность в российские чайные новости, некоторые околочайные явления, наблюдаемые мною в Пскове и, отчасти, в Санкт-Петербурге, бросились мне в глаза очень сильно.
Прежде всего это самовары. С самоварами в наших краях и раньше все было нормально. В Пскове они не только свободно продавались в нескольких сувенирных магазинах, причем как старые, разной степени красивости, так и новые, разной степени некрасивости. У нас там еще и отличная реставрационная самоварная мастерская работает — ребята мой воронцовский самовар практически из осколков собрали. Но сейчас количество самоваров на единицу площади выросло, по моим ощущениям, в разы.
И это я сейчас не касаюсь онлайн-торговли самоварами, которая в России за последние годы вообще расцвела буйным цветом. И тем более не касаюсь изображений самоваров и прочего самовар-арта, которого тоже вагон. Намного больше стало самоваров живьем.
Пока они просто стоят. Причем стоят как в интерьерах, с чисто декоративными функциями. Как в Пулково, на информационной стойке, рядом с Бабой Ягой и бутафорскими березками. Или в одном псковском кафе, заставленном позднесоветскими деталями интерьера и быта. Так и в продаже, причем по вменяемым ценам. Надежного и рабочего старичка в отличном состоянии можно купить за 10-20 тысяч рублей. Для устройства, которое покупается один раз, надолго и которое будет выполнять самые разные функции, вплоть, в перспективе, до коллекционных — вполне приемлемая цена.
И я так думаю, что скоро часть этих самоваров задымит. На волне той самой тенденции к открытию чайных. Где-то самовары, конечно, и так уже дымят — но пока это эпизоды. Однако, на мой взгляд, у самоваров есть шанс вернуться если не в массовый, то в обыденный общепитовский обиход. Общепиту, конечно, предстоит еще отработать вкусоароматические маркеры самоварного чая — но это пустяшное дело, несколько лобовых решений я распишу позже.
Благодаря современному техническому обеспечению — разному углю, самоварным щепочкам, электрическим поддувалам и трубам любого необходимого диаметра — топка самовара перестала быть проблемой. Конечно, в каждом заведении самовар не появится — многих просто соседи не поймут, несмотря на декларируемую бездымность. Но в общем и целом жаровые самовары имеют шанс вернуться в нашу чайную культуру не в только в акционно-презентационно-феноменальном формате, но и и формате совершенно рабочем.
Это нормально и правильно, как мне кажется. Как ни крути, а самовар — это главный атрибут национальной чайной культуры России. Причем атрибут еще и сквозной для всех составляющих нашу чайную культуру чайных традиций. Чай в России пьют очень по-разному. В московском и в башкирском чаепитии, например, нет вообще ничего общего. Кроме самовара, который запросто впишется и в эти, и в другие российские чаепития.
Короче говоря, самоваризация отдельно взятой страны меня порадовала. Много самоваров — это хорошо. Это примерно как много этажерок в Великобритании. В каждой чайной стране — свои маркерные чайные атрибуты. У нас это самовар. И нечего самоварам по музеям пылиться, пусть работают. Глядишь, и дизайн их снова начнет нормально развиваться, хотя бы на уровне отработки региональных мотивов.
Остальные мои околочайные впечатления не так масштабны. Мне очень понравилось изобилие травяных чаев и конфет с выраженной региональной спецификой в продуктовой сувенирке. С учетом того, что одной из классических русских закусок к чаю являются именно конфеты (почтальон Печкин тут, конечно, не суперавторитет, но вспомнить его все равно можно), такое конфетное изобилие очень перспективно для упомянутых уже чайных.
Авторские чайные напитки стали фактическим стандартом в кафе и ресторанах — но об этом я как-то уже рассказывал. Работают с ними, конечно, пока не очень правильно, слишком стабильно — но это не беда, научатся еще.
Ну а самым курьезным моим чайным впечатлением от Пскова стала чайная карта ресторана «Правый берег». Который является частью нового ресторанно-гостиничного комплекса, очень понтового. Я когда прочел там про «Логджинг» и «Женьшеневый улонг», то сразу пригласил в этот ресторан жену, на романтическое вечернее чаепитие. Ибо в 2025 году «Логджинг» и «Женьшеневый улонг» могут быть уже не только безграмотностью, но и актуальным нонконформистским акционизмом. Хотелось посмотреть лично.
Романтическое вечернее чаепитие, увы, не состоялось. Нам банально не хватило времени. Так мы и уехали из Пскова, не приобщившись к улонгу с лонгджингом.
Читайте и слушайте ежедневные чайные новости в телеграм-канале «Путевые заметки чайного клоуна».