Начало рассказа: Часть #1 и Часть #2
Глава 5. Молчание длиною в месяц и случайная встреча
После того как Максим пропал, жизнь Полины вернулась в прежнее русло — в будни, что пролетали один за другим в водовороте рабочей суеты, и в выходные, когда она просто лежала на диване и бездумно смотрела сериалы, позволяя чужим историям заглушить собственную боль. Внешне всё выглядело прекрасно: проекты завершались в срок, клиенты выражали благодарность, а начальство осыпало похвалами и даже выписало премию. Но внутри была пустота. Полина каждый день заходила на платформу, где впервые встретила Максима и проверяла его профиль на предмет изменений, но там всё было неизменно: рейтинг 4,9, выполненных проектов 128, дата последнего посещения месяц назад. Он просто исчез, испарился, как утренний туман, не оставив после себя ничего, кроме пустоты и недосказанности.
Подруги, разумеется, изо всех сил старались помочь ей выбраться из этой тоскливой трясины. И однажды вечером, им даже удалось затащить Полину в кинотеатр на очередную премьеру романтической комедии. Полина сидела в кресле, смотрела на экран, но её лицо оставалось неподвижным: ни улыбки, ни смешка — ничего. Зато текли слезы: бесшумно, но упрямо, одна за одной — то по левой щеке, то по правой. Катя сидела рядом и периодически подсовывала ей салфетки, а также молча сжимала её ладонь. Что она еще могла сделать?
После сеанса компания переместилась в кафе, где терпение подруг наконец лопнуло.
— Поль, ну хватит уже о нём думать, — резко сказала Людмила, помешивая свой кофе. — Он же просто фрилансер из Интернета, ты его вообще толком не знаешь, даже вживую не видела.
— Но я видела его через монитор, слышала его голос, и мне хватило этого, чтобы понять, что он...
— Что? Тот в кого можно влюбиться и потерять голову? — перебила Маша. — Слушай, мой бывший тоже казался нормальным, а потом выяснилось, что три года он мне изменял.
Катя посмотрела на Полину с жалостью.
— Поль, ну давай реально посмотрим на вещи. Парень постоянно отказывается встретиться. Дарит дорогие подарки, но на День рождения не приходит. Это же странно. Честно, я думаю он либо женат, либо... ну сама понимаешь.
— Да! Точно! Он сто процентов гей! — воскликнула Людмила, словно её внезапно осенило.
Полина усмехнулась.
— Вы считаете, что я об этом не думала? Я уже столько вариантов перебрала в голове. Думала, что он и женат и что у него просто кто-то есть, даже думала, что у него проблемы с законом, что он под домашнем арестом или прячется бандитов... Ну, а если он гей — это, конечно, многое бы объяснило, но он же ничего не сказал, просто взял и исчез. Если честно, девочки, я уже так устала перебирать варианты, что готова на любую правду, лишь бы она была озвучена. Очень хочется ясности, просто ясности.
— Поль, — продолжала Людмила. — Правду ты сейчас не знаешь и лишь будешь мучать себя, продолжая думать о нем. Тебе нужно его отпустить, жить здесь и сейчас. И главное — быть открытой и готовой к новым отношениям. Ты же знаешь как это работает - пока старое не отпустишь, новое не придет.
Она знала, но всё равно не могла с собой совладать. Не могла забыть, как горели его глаза, когда он смотрел на неё и увлечённо рассказывал про код. Не могла забыть интонацию, с которой он спрашивал, как у неё дела, его проявление чуткости, заботы, подарки, которые каждый раз доказывали, что он помнит каждое слово, которое она ему говорила.
Полина кивнула, соглашаясь — да, надо забыть. Но это лишь было внешнее принятие, лишь жест для подруг для завершения разговора.
Прошёл месяц, и однажды утром она проснулась с неожиданным ощущением — полчаса, а может, и больше, она совершенно не думала о Максиме. И это открытие обожгло её: с одной стороны чувством облегчения, а с другой чувством вины, словно она совершила какое-то маленькое предательство.
На работе появился новый проект — один из тех, что обещает и хорошие деньги, и профессиональный рост, но почему-то всё это казалось каким-то бледным, ненастоящим, совсем не похожим на то особенное, что возникало в работе с Максимом.
Она всё ещё заходила на платформу, где они познакомились — иногда мимоходом, будто случайно, но его профиль по-прежнему оставался безжизненным и выглядел словно заброшенный дом с закрытыми ставнями.
В пятницу ей пришлось идти к стоматологу. Она записалась к нему еще давно, в то время, когда Максим был частью её жизни, но постоянно переносила запись. Полина лежала в кресле с широко открытым ртом и думала о том, как странно устроен мир: врач видит твои зубы, заглядывает тебе в рот, но совершенно не замечает, что творится внутри, как там всё расколото на мелкие кусочки и как всё колется с каждым вдохом.
Когда всё закончилось и она вышла в коридор с онемевшими от анестезии губами, то она вдруг застыла на месте. Перед ней сидел Максим — тот самый Максим, который исчез месяц назад из её жизни, не сказав ни слова. Но шоком было еще то, что он не просто сидел в ожидании своей очереди, а находился в инвалидном кресле.
От увиденного реальность поплыла перед её глазами, потому что происходящее совершенно не укладывалось её в голове. Первой мыслью было: нет, показалось, это не он, не может быть. А следом накатила вторая — что с ним, что с ним случилось, он инвалид?
Максим сидел, уткнувшись в телефон, и совершенно её не замечал. Полина стояла как вкопанная, на мгновение внутри всё сжалось, но уже в следующую секунду ноги сами понесли её к нему. Помимо воли, помимо всякого здравого смысла.
— Максим?
Он поднял голову и посмотрел на неё так, словно увидел привидение.
— Полина?
Они стояли посреди коридора клиники, вокруг носились люди, кто-то спешил на приём, кто-то выходил из кабинетов, жизнь текла своим чередом, а для них двоих время будто остановилось.
— Я... я у врача был, — его голос звучал неуверенно, не так как по видео. — А ты что здесь делаешь?
— Я тоже у стоматолога была, — в тот момент, она была готова засмеяться от этой дикой абсурдности, если бы не слёзы, которые сами собой стали наворачиваться на глаза. — Максим... ты в коляске.
Она не спросила, просто сказала — и в эту секунду всё встало на свои места, как пазл, который наконец-то сложился: все его отказы, нелепые отмазки, вся та боль, что терзала её целый месяц и вся любовь, которую он так старательно прятал.
— Прости, я не хотел, чтобы ты так узнала, — тихо сказал он.
— А как? Когда ты вообще собирался сказать и собирался ли?
Он опустил глаза:
— Я не знаю, я боялся. Думал, если ты узнаешь, то не захочешь продолжать общение со мной. Ты же видишь, я сейчас — это полная обуза.
— Ты идиот, — сказала Полина, и в этом слове было столько нежности. — Ты полный идиот.
Она опустилась на пол рядом с его коляской, села прямо посреди коридора, не обращая внимания ни на что. И вдруг она зарыдала. Он тоже не смог сдержать своих эмоций и слезы медленно покатились по его щекам. Люди, проходившие мимо, бросали удивленные и быстрые взгляды, но шли дальше.
— Как давно ты в этом кресле и что случилось, Максим? — спросила она.
— Уже три года. Авария. Я был на мотоцикле. Врачи сказали, что я не буду ходить. Из дома практически не выхожу и, собственно, это и есть причина, почему я не мог встретиться с тобой.
Полина смотрела ему в глаза и впервые видела то, что раньше не замечала — боль. Такую глубокую, выжигающую боль, такую безнадежность, словно он давным-давно поставил на себе крест и решил раз и навсегда, что он недостаточно хорош, недостаточно полноценен, чтобы его могли полюбить.
— Максим, я...
Она хотела сказать ему, что коляска ничего не меняет, ровным счетом ничего — ни её чувств, ни того, кем он стал для неё, но слова застряли комом в горле, и Полина просто взяла его за руку.
Автор: Аркадий Тивин
©Тивин А.В. 2025
Все текстовые материалы канала "Без обложки" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
П.С. Друзья, если Вам понравился рассказ, подпишитесь на канал. Так вы не пропустите продолжение.