Они не блистали скоростью и комфортом. Но когда война пришла на море, именно они спасали там нашу страну. «Щуки» - первые массовые советские подлодки, дешёвые, упрямые, прожорливые до боя. Не игрушки для парадов, а настоящие подводные волки.
В конце 1920-х флот стоял на коленях. Кораблей не хватало, заводы только набирали темп, а инженерам дали приказ: «Нужны лодки. Быстро. Много. Боеспособные». Так родилась серия III - будущие «Щуки». Проект подгоняли без передышки. Эскизы менялись прямо в процессе сборки: требовали больше торпед, больше живучести, меньше цены. Балтийский завод клал сталь под заклёпки, не дожидаясь утверждения чертежей.Основой стал полуторакорпусный проект с шестью отсеками - всё по минимуму, но без слабых мест. Работой руководил конструктор Борис Малинин - человек, который верил, что лодка должна жить даже там, где не должна.
Интересно, что «Щука» вобрала и чужой опыт. Когда со дна Финского залива подняли британскую субмарину L-55, погибшую на своей мине, её разобрали до болта. Советские инженеры изучили трофей как учебник, и многое из того металла перекочевало в новые корпуса. Так враг, сам того не зная, помог нам строить оружие против себя.
Первые четыре «Щуки» III серии - Щ-301–Щ-304 - стали школой боли и мужества. Медленные, шумные, с тесными отсеками, где воздух пах дизелем и потом. Но эти лодки держали удар. Из них войну пережила только одна -Щ-303, «Ёрш». Остальные легли на дно Балтики, выполнив приказ ценой жизни.
С 1930 по 1945 год в стране построили 86 таких подлодок. Это была армия из стали и заклёпок. Они участвовали во всех морских операциях, где только мог пройти советский флаг. 45 вражеских кораблей и транспортов пошли на дно от их торпед, ещё 8 - получили повреждения. За эти результаты флот заплатил кровью: из 44 лодок, вышедших в бой, 31 погибла.
Но и славу они заслужили честно. Шесть «Щук» стали гвардейскими, одиннадцать – награждены орденом«Красного Знамени». В тех наградах память экипажей, ушедших под воду без права на возвращение.
Дальнейшие серии шли одна за другой. V, V-бис, V-бис-2, X - каждая крепче, тише, надёжнее. Инженеры поднимали мощность двигателей, улучшали обводы, упрощали погрузку торпед. Шум снижали, дальность корректировали, дизели усиливали на треть. На V-бис-2 добились невозможного: лодка шла почти бесшумно. А это, по меркам тридцатых, было сродни чуду.
Лодки X-серии получили обтекаемую рубку - «лимузин», как шутили моряки. Она выглядела красиво, но доставляла хлопоты: при волнении вода заливала палубу. На Севере такие лодки страдали, и инженерам пришлось вернуть классическую форму. Так появилась последняя серия - X-бис. Модернизационный предел был достигнут, но флот продолжал их строить: война требовала количество не меньше, чем качество.
«Щуки» служили на всех морях. Балтийские резали минные поля, черноморские таскали грузы и десанты, северные ломали лёд и охотились на транспорты под рев ветра. Каждая вахта - игра со смертью, каждый выход -лотерея. Финский залив стал их кладбищем: мины, мели, глубинные бомбы. Но пока хотя бы одна «Щука» была на ходу - враг не мог спать спокойно.
Они не были совершенными. Погружались медленно, гремели, как кузница, теснили экипажи до предела. Но «Щука» прощала ошибки. Она могла вернуться, даже разбитая. Она держала воду, когда другие корпуса ломались. За это её и уважали - как простую, честную лодку, сделанную для войны, а не для парадов.
86 субмарин. 31 погибла. Остальные встретили Победу под флагом, изорванным ветрами и временем.
Так флот получил не просто оружие, а характер. «Щука» стала символом той эпохи: грубой, прямой, безжалостной. В её металле - труд заводов, в каждом болте - жизнь подводника, в каждом погружении - шаг в неизвестность.
Они несли на бортах герб страны, где человек и сталь стояли в одном строю. И когда их корпуса уходили под воду, вместе с ними опускалась тишина - такая, какую знают только те, кто служил «под водой».
«Щука» - не просто лодка. Это легенда, кованая в шторме. Символ подводного упрямства, рожденного из долга и стали.