Вопрос, когда снесут мавзолей Ленина, был поставлен в одной из достаточно старых публикаций, почему-то полюбившихся алгоритму. Уже два года раз за разом он вбрасывает её в ленту, вызывая бурление умов. Умы бурлят в ключе ненависти к автору – в моём лице, – а также в смысле, что мавзолей сносить ни в коем случае нельзя.
Вот как-то так бурлят, за редким исключением:
...Юмор же данной ситуации заключается в том, что в статье, как раз, и говорится: сносить мавзолей нельзя. Это наша история. Это – памятник, а памятники нужны чтобы помнить. Как раньше говорили, кто старое помянет, тому глаз вон, а кто забудет – тому оба. Почему-то поговорка эта употребляется, как правило, в усечённом виде. Главное же там именно в конце. Совсем как у Ювенала: «В здоровом теле здоровый дух бывает редко».
Следовательно, о здоровом духе. Комментировать статьи, не читая их, вообще не зраво. Но тут другой случай. Большинство комментаторов статью до выводов дочитали, и бесят их, соответственно, не выводы, с которыми они солидарны. А сама по себе постановка вопроса: сносить ли?
Постановка вопроса оскорбляет чувства верующих в светлое социалистическое прошлое... Тут, конечно, хотелось бы сказать классически: «в коммунистическое будущее». Но тогда формулировка не билась бы с реальностью. Люди оскорблённые мыслью о возможности сноса усыпальницы Ильича, в отличие от самого Ильича, в построение коммунизма не верят.
...То есть, конфликт возникает между моей уверенностью, что мавзолей необходимо сохранить со всем содержимым, как напоминание о кровавой и разрушительной эпохе, – как предостережение поколениям, и уверенностью многих других, что мавзолей следует сохранить… как что? Как памятник, прославляющий величие Ленина?
И вот тут возникает правильный уже вопрос: а как мавзолей работает? Похоже ли, что он Ленина прославляет? Вообще, мавзолеи это делают?
Вообще, да. Пирамиды, например. Или Тадж-Махал. О Хеопсе мы помним только потому, что у него большая пирамида. Да это и большинства прочих фараонов касается. Включая и тех, у кого пирамид не было. Тутанхамон, вот, «прославился тем что умер». Ничего более, насколько известно, он в своей жизни не совершил.
То есть, вообще – да. Но мавзолей Ленина – иной случай. Сам по себе он недостаточно велик, чтобы выполнять функции прославления. Нужный эффект, однако, преследовался и достигался, – косвенно. Фактом превращения мавзолея в национальную святыню. Пока сооружение наделялось таким статусом, пока туда водили пионеров, пока вожди махали народу рукой с надгробия… Прославлял.
Теперь-то – нет.
Теперь только напоминает.
Кстати, мавзолей открыт для посещений и вход бесплатный. Но я едва ли ошибусь, если предположу, что ни один из гневных комментаторов туда своих детей и внуков не водил.
А может и сам там не был.
...И, на бонус, удивительно здравое и научное представление о коммунизме на четырёх скринах:
Как правило, комментаторы на эту тему куда более лютую чушь несут.