Накопление противоречий: отказ от дани и поход 1472 года
События 1480 года не были внезапным озарением или спонтанным бунтом. Им предшествовал долгий и мучительный процесс, в котором смешались дипломатия, военные просчеты и растущее самосознание Москвы. Традиционно считается, что великий князь Иван III прекратил выплату дани Орде в 1476 году. Однако, по мнению ряда историков, например А. А. Горского, опирающегося на свидетельства Вологодско-Пермской летописи, реальная остановка выплат произошла еще раньше. В 1480 году хан Ахмат, упрекая Ивана III, поминал ему «девятый год» неуплаты. Это относит нас к 1472 году, когда Ахмат предпринял первую серьезную попытку силой вернуть Москву к повиновению.
Тот поход 1472 года стал для хана серьезной неудачей. Он нанес удар не по традиционному южному рубежу, а неожиданно западнее, у Алексина. Расчет был на внезапность, но оборона маленькой крепости, которую защитники в итоге сожгли, но не сдали, дала Ивану III драгоценное время. Московские полки успели подтянуться к Оке и в битве под Алексином надежно закрыли ордынцам все пути для переправы. Ахмат был вынужден уйти ни с чем. Этот момент стал, возможно, первым де-факто военным поражением Орды в походе на Москву.
После 1472 года Ахмат был занят другими делами. Он вел изнурительную борьбу с Крымским ханством, которое все больше набирало силу и становилось серьезным геополитическим конкурентом в степи. Иван III, в свою очередь, времени даром не терял. В 1471 году он предпринял решительный поход на Новгород, который пытался «отдаться» под руку польско-литовского короля Казимира IV. Именно Казимиру хан Ахмат, как верховный сюзерен, и выдал ярлык на новгородское княжение. Разбив новгородцев, Иван III не просто присоединил огромные земли, но и бросил прямой вызов как Литве, так и самой Орде, показав, кто теперь реальный хозяин в Северо-Восточной Руси.
Таким образом, к 1480 году поход Ахмата был не просто очередным набегом за данью. Это была последняя попытка восстановить рушащуюся систему, вернуть контроль над самым сильным и непокорным княжеством. И для этого похода он выбрал, как ему казалось, идеальный момент.
Удобный момент для хана: внутренний раскол в Москве и угроза с запада
Если бы Ахмат пришел годом ранее или годом позже, история могла бы пойти иначе. Но в 1480 году Великое княжество Московское было опасно ослаблено изнутри. В январе против Ивана III открыто восстали его родные братья — Борис Волоцкий и Андрей Большой. Поводом стало ущемление их удельных прав: после смерти их брата Юрия Иван III, стремившийся к централизации власти, забрал его земли себе, нарушив старые лествичные порядки. Братья, собрав войска, отъехали к литовской границе, фактически вступив в переговоры с Казимиром IV — главным союзником Ахмата.
Страна оказалась в тяжелейшем положении: внешний враг шел с юга, а внутренний мятеж грозил ударить в спину. Этим не преминули воспользоваться и другие соседи. В начале 1480 года Псковская земля подверглась массированному нападению Ливонского ордена. Ливонский хронист сообщал, что магистр Бернхард фон дер Борг «собрал такую силу народа против русского, какой никогда не собирал ни один магистр ни до него, ни после». Летописец утверждал, что магистр собрал 100 тысяч человек «из заграничных и туземных воинов и крестьян», и с этой армией «напал на Россию и выжег предместья Пскова». Хотя цифра в 100 тысяч, безусловно, является явным преувеличением, удар был очень сильным и отвлек значительные русские силы на северо-запад.
Ахмат выступил в поход, имея на руках главный козырь — военный союз с королем Казимиром IV, который обещал ударить по Ивану III с запада. Вся внешняя и внутренняя политика Ивана III, казалось, оказалась под угрозой.
В самой Москве, при дворе великого князя, начались разногласия. Как сообщают летописи, боярская верхушка раскололась. Часть, «сребролюбцев богатых и брюхатых», как называет их летописец, во главе с окольничими Иваном Ощерой и Григорием Мамоном, советовала Ивану III не рисковать, а спасаться бегством или платить. Другая часть требовала стоять до конца. Возможно, решающую роль сыграла позиция самих москвичей, которые, в отличие от некоторых бояр, проявляли твердость и требовали от великого князя решительных действий.
Иван III, следуя традиционной тактике, 23 июня прибыл в Коломну и начал стягивать полки к берегу Оки, ожидая врага на привычных рубежах. Его сын Иван Молодой встал в Серпухове, а брат Андрей Меньшой — в Тарусе. В Москву из Владимира была срочно доставлена главная святыня — чудотворная Владимирская икона Божией Матери, с заступничеством которой связывали спасение Руси от войск Тамерлана в 1395 году.
Маневры и первый бой: Ока, Угра и начало противостояния
Хан Ахмат, однако, не пошел на Оку. Он прекрасно знал, что там его ждут русские полки, и повторять ошибку 1472 года под Алексином не собирался. В июне он провел разведку окских берегов, а осенью, собрав основные силы, двинулся в обход. Его войско шло по землям союзного Великого княжества Литовского. В сопровождении литовских проводников, ордынцы через Мценск, Одоев и Любутск вышли к Воротынску.
Здесь Ахмат сделал остановку, ожидая обещанные полки Казимира IV. Но король не появился. Иван III и его союзник, крымский хан Менгли I Гирей, сыграли на опережение. Пока Ахмат шел к Москве, крымские отряды, выполняя союзнический долг, вторглись в южные земли Литвы, напав на Подолье. Казимиру IV стало не до похода на Москву, ему пришлось спасать собственные владения.
Не дождавшись Казимира, но все еще рассчитывая на его подход, Ахмат решил вторгнуться на русскую территорию с неожиданной стороны — через реку Угру, которая в то время служила границей между Московским и Литовским княжествами.
Иван III, получив сведения об этом маневре, срочно перебросил войска. Сын Иван Молодой и брат Андрей Меньшой были направлены к Калуге и на берег Угры. 30 сентября сам великий князь вернулся из Коломны в Москву «на совет и думу». Митрополит и бояре единодушно ответили ему, «чтобы стоял крепко за православное христьяньство противу безсерменству». В эти же дни к Ивану III прибыли послы от его мятежных братьев, Андрея Большого и Бориса Волоцкого. Осознав, что на кону стоит не просто их удел, а само существование Русской земли, они каялись и просили прощения. Иван III простил братьев и повелел им немедленно вести свои полки к Оке.
3 октября великий князь покинул Москву и направился к городу Кременец, где остался с резервным отрядом. Основные же русские войска были отправлены на Угру, где растянулись тонкой оборонительной линией на 60 верст.
8 октября 1480 года началось само «стояние». Хан Ахмат предпринял попытку форсировать реку. Главный бой разгорелся на пятикилометровом участке от устья Угры до впадения в нее реки Росвянки. Ордынская конница вошла в воду, пытаясь под прикрытием лучников достичь противоположного берега. Но здесь их ждало серьезное препятствие.
Как записал летописец: «И приидоша татарове и начаша стреляти москвичь, а москвичи начаша на них стреляти и пищали пущати и многих побиша татар стрелами и пильщалми и отбиша их от брега…». Огонь русских пищалей и артиллерии наносил ощутимый урон. Конница, уязвимая во время переправы, несла потери, так и не сумев зацепиться за берег. Несколько дней Ахмат пробовал переправиться в разных местах, но все его атаки были отбиты. Понеся урон, хан отступил на две версты от реки и встал лагерем в Лузе. Русские войска заняли оборонительные позиции на своем берегу. Началось многодневное противостояние.
Стратегия Ивана III: война на истощение и рейд в тыл Орды
Началось противостояние нервов и ресурсов. Ахмат, не сумев прорваться с ходу, решил взять Ивана измором. Начались переговоры. Хан потребовал, чтобы к нему с изъявлением покорности явился сам великий князь, его сын или хотя бы брат. Кроме того, он требовал выплаты дани, которую Москва задолжала за прошедшие годы. Иван III, стремившийся выиграть время, отправил к хану боярина Ивана Товаркова-Уса «сотоварищи с подарками».
Требование дани было отклонено, подарки Ахмат не принял, и переговоры не привели к результату. Но время работало против Орды. Ситуация для Ивана III с каждым днем улучшалась. Во-первых, к нему на Угру шли полки его прощенных братьев, Андрея Большого и Бориса Волоцкого, что значительно укрепляло русскую армию. Во-вторых, стало окончательно ясно, что Казимир IV не придет.
В-третьих, и это было главным, начались серьезные трудности со снабжением. Ордынское войско было преимущественно конным. Огромное количество лошадей и стада овец, следовавшие в обозе в качестве «живого провианта», за недели стояния на одном месте полностью опустошили все запасы корма в округе. Началась нехватка продовольствия, как среди животных, так и среди людей. Русское войско, состоявшее в значительной мере из пехоты, находилось в куда лучшем положении — оно снабжалось зерном и мукой из великокняжеских складов.
В-четвертых, в ордынском лагере, страдавшем от недостатка продовольствия и холодной погоды, началась болезнь. Летописи сообщают о повальном недуге, по признакам похожем на дизентерию, который уносил жизни воинов Ахмата.
Моральный дух также падал. В то время как Ахмату для сохранения лица нужна была только победа, Ивана III «ничейный» исход в виде стояния до зимы вполне устраивал. В этот же период, между 15 и 20 октября, великий князь получил «Послание на Угру» от архиепископа Ростовского Вассиана. Архиепископ призывал Ивана не слушать «сребролюбцев» и трусов, а последовать примеру древних князей: «Только мужайся и крепись, духовный сын мой... Ты пастырь добрый. Пастырь добрый полагает жизнь свою за овец…».
Иван III, видя, что враг ослаблен и деморализован, предпринял дальновидный стратегический ход. Узнав, что Ахмат мобилизовал для похода все боеспособные силы, оставив столицу без защиты, великий князь выделил отряд под командованием князя Василия Ноздроватого-Звенигородского. Этот отряд, усиленный нукерами союзного крымского царевича Нур-Девлета, на челнах спустился по Оке, вышел в Волгу и, пройдя сотни километров в глубокий тыл врага, нанес урон столице Большой Орды — городу Новый Сарай.
Бескровное отступление и рождение нового государства
К концу октября ударили сильные морозы, река Угра начала покрываться льдом. Стоять на растянутом 60-верстном рубеже, который вот-вот мог стать проходимым в любом месте, было опасно. 28 октября 1480 года Иван III принял решение отводить войска. Это не было беспорядочным отступлением. Он отводил армию от реки к Кременцу и Боровску, чтобы там, на заранее подготовленных, выгодных позициях, дать генеральное сражение, если хан все же решится на зимнюю кампанию.
Ахмат, узнав об уходе русских, не двинулся за ними. До него дошли вести о рейде на его столицу. Его армия испытывала нехватку продовольствия, страдала от холода и болезней. Шейх-Ахмед, сын хана, позже писал литовскому князю, что ордынские уланы и князья сами отговорили хана от битвы: «Иван и твои холопъ, и королевъ естъ, ино корол на тот рокъ с тобою не пошол, и ты вернисе… И взяли отца моего за повод и вернули».
11 ноября 1480 года хан Ахмат отдал приказ об отступлении. Это был конец. На обратном пути хан выместил свою неудачу на так и не пришедшем союзнике: ордынцы разграбили 12 литовских городов и их округи, включая Мценск и Козельск. А 6 января 1481 года в своей степной ставке Ахмат погиб. Он пал в результате внезапного нападения тюменского хана Ибака, действовавшего, весьма вероятно, по согласованию с Иваном III. В Большой Орде началась междоусобица, и она уже никогда не смогла угрожать Москве.
Современники на Руси восприняли это бескровное отступление врага как чудо, прямое заступничество Богородицы. Реку Угру с тех пор стали называть «поясом Богородицы». Традиционно в русской историографии, начиная с Н. М. Карамзина, «Стояние на Угре» считается датой окончательного свержения монголо-татарского ига. Русское государство стало суверенным не только фактически, но и формально.
Однако современные историки ведут научные споры. Ряд американских исследователей, как Чарльз Гальперин и Дональд Островски, полагают, что значимость события преувеличена. Они указывают, что выплата дани, хоть и сократившись, могла продолжаться, а современники, включая Вассиана, не писали о «свержении ига». Другие, как А. А. Горский, ссылаясь на польского хрониста Яна Длугоша (умершего до стояния на Угре), который уже писал о свержении Иваном «варварского ига», считают, что фактический конец зависимости наступил раньше — в 1472 году под Алексином.
Как бы то ни было, 1480 год стал психологическим и формальным рубежом. В 1502 году ослабленная Большая Орда была окончательно разгромлена крымским ханом Менгли Гиреем и прекратила свое существование. А Русское государство, сбросив вековую зависимость, начало свой путь в качестве суверенной державы. Споры о том, считать ли 11 ноября национальным праздником, ведутся в России до сих пор, что лишь доказывает: «стояние» еще не стало мертвой страницей истории, а остается живым символом обретения государственного суверенитета.
Понравилось - поставь лайк и напиши комментарий! Это поможет продвижению статьи!
Подписывайся на премиум и читай дополнительные статьи!
Поддержать автора и посодействовать покупке нового компьютера