Предыдущая часть:
Ольга была тверда. Она понимала, что ждать нечего. Время идёт — не её, Сашино. Она и так немало у него отняла. Что поделаешь, человек слаб?
Как не могла отказаться от ухаживаний в начале, так теперь отказываться от жизни с ним было невыносимо больно. По-живому рвать приходилось.
Вспоминались стихи, что читала пожилая коллега давно: "Стоило ли этого счастье безрассудное?" Ей стоило, а Саше во что обошлось.
Вспомнила продолжение: "Птица улетевшая в небо изумрудное". Да, улетела. На что надеялась? Знала, что так кончится. Значит, надо улететь самой, уступить той, кто сделает Александра счастливым по-настоящему.
Она всё обдумала, решение было верным. После разговора Ольга больше не говорила о разводе и отъезде. Всё было как обычно. Александр поверил, что идея — плод минутных настроений.
Но однажды, вернувшись домой после работы, он сразу поразился необычной тишине и ощущению пустоты в квартире. Многие вещи Ольги исчезли, а на столе лежала дарственная на квартиру и записка.
"Мой дорогой Санечка, прости, но я всё же решила осуществить задуманное. Бесконечно благодарна тебе за годы вместе, за подаренную вторую молодость, за здоровье, которое ты вернул. Но я больше не могу быть женой молодого мужчины. Всегда буду помнить тебя и молиться за твоё счастье. Прошу, не обесценивай мой поступок. Живи хорошо. Обязательно женись и заведи детей. Этим сделаешь счастливым и себя, и меня. Прощай, Оля."
Рука с запиской опустилась, будто листок весил тонну. Она ушла, просто сбежала, оставив его в полной растерянности и с ощущением пустоты. Первым порывом было бежать, догнать, вернуть.
Он бросился к двери, но осознал, что не знает, куда она уехала, на чём, с какого вокзала, где деревня. Несмотря на годы вместе, он не спрашивал о прошлом, детстве. Он рассказывал о себе, она — ничего. И он не спрашивал, будто её не было до него.
Первый порыв прошёл. Александр не опускал руки — уверен, найдёт жену. Жаль, круг знакомств сузился после свадьбы. Расспрашивать о прошлом Ольги было некого. Не в розыск подавать — насмешек от полиции не хватало.
Он начал поиски сам: объезжал окрестные деревни, заходил в фельдшерские пункты, расспрашивал. Бесполезно. В ближайших она не появлялась. Отпуск потратил на дальние районы — с тем же успехом. Деревня оказалась в отдалённом районе, куда он не добрался в своё время.
Деревень много, он один — объехать всё нереально. Усталость, обида, безнадёжность дали о себе знать.
Александр понял, его способ ничего не даст. Даже если найдёт, что сделает — насильно притащит? Едва ли. А там выяснилось, развод не пустые слова — развели по её заявлению, без присутствия. По закону это возможно, если нет споров о имуществе или детях.
Получив свидетельство, Александр напился, как многие после краха в личной жизни. К счастью, не склонен к запоям — это был единичный случай, без облегчения. На работу пора.
— Что это ты, Саша? Из отпуска вышел, а будто на рудниках месяц отработал. Случилось что? — удивилась коллега.
Александр вгляделся в зеркало, грустно улыбнулся — за месяц сдал. "Нет, не работал, развёлся", — объяснил.
— Ничего, ты молодой, — попыталась успокоить коллега, не видя большой беды, думая, он сам ушёл от "старухи".
Саша не посвящал в дела, просто повёлся на сочувственный тон молодой женщины и рассказал: жена ушла, оставив квартиру, уехала неизвестно куда.
Среди сотрудников поползли разговоры: "Странно, что столько лет с ней прожил. Молодец, что решился. Да вроде она сама ушла, квартиру оставила. За десять лет жизни со старой бабой не квартиру заслужить, а особняк. А сама ушла — понятно, измотал. Ты поживи с мужиком младше на двадцать. Посмотрю на тебя".
"А сам-то чего изводится? Ходит, краше в гроб. Напился на радостях, видно, с похмелья мается, а расстраиваться повода нет", — добавляли.
Александр слышал обрывки, но не обращал внимания. Какое дело до чужих мнений? Хотелось отвлечься от мыслей об Оле, о её поступке, о том, что делать теперь.
Уже второй месяц без неё, а легче не становится. В конце дня коллега подошёл с предложением: "Ты чего унылый, Саша? Пошли обмоем? С тебя причитается".
— С чего? — устало спросил Александр.
— Свободным стал, с квартирой, — ответил тот. — Завидный жених. Тебе ли унывать? Правда, способ улучшить жильё не лучший, пример брать никто не будет.
Слова привели в бешенство — дело кончилось дракой, о которой узнало начальство. На следующий день вызвали на ковёр.
— Я всё понимаю, Александр Михайлович, обстоятельства разные, но то, что вы устроили на работе, недопустимо, — сказал начальник. — Благодаря вам Кириллов на больничный ушёл. Скажите спасибо, что заявление не подал.
— Пусть подаёт, мне всё равно, — равнодушно ответил Саша.
— То, что вам на жизнь плевать — ваше дело, но на предприятие? Я вас не отпускал.
Но Саша развернулся и ушёл, чтобы не возвращаться. Не хотелось работать среди тех, кто знает его обстоятельства. У каждого мнение, не имеющее отношения к судьбе их любви.
Впрочем, любви, судя по всему, больше не было. С работы уволился, оформляя документы, понял — потерял паспорт. Это стало поводом начать новую жизнь: новый круг, обязанности, паспорт без отметок о браке и разводе.
Первое время надеялся, Ольга вернётся. Прошло лето, за ним пришла дождливая осень, и уже приближалась зима с её холодами. "Что делать в деревне?" — думал он. Долго ничего не менял в квартире, оставив всё, как было при Оле.
К весне он наконец осознал, что она не вернётся, и это пришло с тихой грустью. Начал ремонт, перестановку. Больно выкидывать даже мелочь, менять обои, которые она видела, линолеум, по которому ходила.
Но необходимо — только так начать новую жизнь, оторвавшись от прежнего. Меняя, физически чувствовал, как отрывает Олю. Но разве память только в вещах? Она жила в нём самом, и он ощущал её присутствие каждую минуту своей жизни.
Время лечит, вскоре Александр заметил — не каждую минуту думает об Оленьке. Другие женщины не интересовали, даже те, кто проявлял интерес. "Почему нет? Молодой, неженатый, симпатичный с квартирой. Странно, что такого не прибрали".
Были, кто пытался привлечь внимание, но никто не тронул разбитое сердце. Только через полтора года появилась Анна. Она не проявляла интереса явно, была тихой, скромной, но напомнила молодую Олю — ту, какой он не видел. Анна была младше на пять лет. Они начали встречаться постепенно: сначала кофе после работы, потом прогулки, и Саша понял, что готов к новым отношениям.
Когда увидел её лёгкую фигурку, высокий хвост блестящих тёмных волос, сердце сжалось. Оля, конечно, не она, но напомнила. Подошёл, познакомился — даже голос похож на Оленькин.
"Не забыл, не успокоился, продолжаю любить. Зачем мне эта девушка? Как напоминание о любви. Хорошо ли по отношению к ней?" — думал он, идя с Анной по улице, где столько раз гулял с Олей.
Но отношения завязались. Анна не была замужем, детей не имела, возраст поджимал, планы на Александра были серьёзные. Он не спешил с предложением — решился, когда она сказала о беременности.
— Сам понимаешь, мои года не юные, так что отказываться от такого счастья не могу, — сказала Анна с улыбкой. — А насчёт своей жизни решай сам — нужны ли мы тебе с ребёнком.
— Что тут решать? — удивился Александр. — Теперь, как честная девушка, ты должна выйти за меня.
— Так я согласна, — облегчённо засмеялась Анна, обнимая его.
Теперь Анна стала его судьбой. Александр не рассказал о первой жене, о великой любви почти пятнадцать лет, исчезнувшей, оставив разбитое сердце и потерянную способность любить. Нельзя сказать, он ничего не чувствовал к Анне — чувствовал, просто не то, что к Оленьке. Может, потому не рассказывал — не хотел делиться прошлым. Не скажешь невесте: "Люблю тебя, но другую любил больше".
Свадьба была настоящая: с фото, свидетелями, гостями, пожеланиями, тостами. Родители Анны, познакомившись с женихом, выбор одобрили: хороший мужчина, работает, не пьёт. Мама высказала сомнения.
— Ой, Аннушка, ему под сорок уже, наверняка женат был, алименты платит, с детьми встречается, — сказала она. — Узнавала?
— Как же, мамочка, не был он женат, детей не было, — ответила дочь. — Это я точно знаю. Не забывай, мне самой за тридцать, женихи в очереди не стоят. Или хочешь, чтобы вышла за двадцатилетнего?
— Ну что ты, нет, конечно, — ответила мама. — Просто странно, почему не женился до сих пор, раз такой положительный?
— Ну мама, тебе невозможно угодить, — ответила Анна. — Был женат — плохо, не был — хуже. Само смешно. Но не был. Меня ждал, а я его.
Такой ответ удовлетворил маму. Свадьба удалась. Молодые переехали в квартиру мужа. Александр порадовался, что всё изменил после Оли — ничто не напоминало о прежнем. Пусть новая хозяйка наводит порядки, ничто не напоминает о старой.
Анна быстро освоилась в холостяцкой квартире, которая обрела новый вид. Стала уютной и тёплой. Другое тепло, другой уют, но не хуже. Теперь это их дом с Анной, о прошлом можно не вспоминать.
Через семь месяцев после свадьбы родились близнецы: девочка и мальчик. Взяв их на руки, Александр впервые понял, что счастлив по-настоящему, как в первые годы с Олей до болезни. Теперь у него любимая жена и двое детей.
Прошло пять лет. В то воскресенье Александр с утра объявил: пойдём в парк аттракционов — дети бурно обрадовались. Анна отказалась.
— Нет, ребята, простите, но на этот раз без меня, — сказала она. — Я как раз генеральную уборку сделаю, пока никто не мешает. А ещё приготовлю что-нибудь вкусное к вашему приходу.
— Хорошо, давай тогда пирожки с яблоками, — обрадовалась девочка.
— Нет, лучше большой пирог с маком, — не согласился брат.
— Всё, не спорьте, — сказала Анна. — Что приготовлю — будет сюрпризом. Потому много сладостей у папы не выпрашивайте. По мороженому можно, но не больше.
— А газировку? А сладкую вату? А миндальное пирожное? — загомонили дети.
Продолжение :