Предыдущая часть:
Алексей замолчал, видимо, сболтнул лишнее, потом продолжил:
— А потом у вас все закрутилось, до свадьбы дошло. Я уж решил, что Дима за ум взялся, остепенился. Только не тут-то было. Он же тебя на деньги раскручивает.
— Откуда ты знаешь? — искала слова Аня в защиту мужа и не находила. Дима предстал в неприятном свете, она плохо знала, на что он способен.
— Знаю. Всё просто, кудрявая. Думаю, ты сама уже поняла, просто признать не хочешь. Ладно, возьму грех на душу, скажу как есть. Баба у него, аппетиты большие, все деньги на нее тратит, — покачал головой Алексей.
Аня прижала ладони к щекам, не хотела верить.
— Нет, не может быть! — выкрикнула она.
Прохожие оглянулись, и она взяла себя в руки.
— Эх, кудрявая, я бы рад соврать, но это факт, информация проверенная. Так что сто раз подумай, стоит ли ему деньги давать. Никаких особых проблем у него нет, жизни ничто не угрожает. — вздохнул Лёшка, поднимаясь.
— Можешь дать, только одним разом не кончится — там акула ненасытная, сколько не корми, все мало. Только и он не знает, с кем связался, девчонка с уголовниками крутит. Так что не сносить ему головы, если вовремя не свалит.
— Не верю, — прошептала Аня, глядя на него.
— Дурочка ты, кудрявая. Только я все равно твоему мужу завидую. Если бы меня кто так любил, да я бы... Эх, — посмотрел на нее Алексей и вздохнул.
И с этими словами ушел, не оборачиваясь.
Аня осталась сидеть, придавленная грузом информации. Вместо перевода от матери пришло сообщение: "Дима лжет, денег не будет". Она не знала, как сказать мужу, но он догадался по глазам. Господи, как он орал, топал ногами, какими словами обзывал Аню и родителей! В какой-то момент она испугалась, что ударит.
— Забудь про это, — прошипел он. — Скажи им, что Миша заболел, что это на его лечение нужны деньги.
Аня застыла. Теперь ей стало по-настоящему страшно. Это было чудовище в образе Димы.
— Как ты можешь предлагать такое? Он же твой сын! Так ведь можно и вправду беду накаркать, — прошептала она.
Он обосновался на кухне, хлопал шкафами, сбросил чашку. Аня молча наблюдала, страх уступал отвращению.
— Дима, у тебя кто-то есть? — спросила она.
Муж вздрогнул, размышлял секунду, потом усмехнулся:
— А если так, что? На развод подашь? Ну давай, в суде делить придется. Счет на мне, раз так денег получить не удалось, значит, оттуда заберу.
Аня окаменела от наглости. Пока приходила в себя, муж хмыкнул и ушел, бросив:
— Когда вернусь — не знаю, управишься как-нибудь.
Аня добрела до спальни, упала лицом в подушку, давя рыдания, чтобы не напугать сына. Однако он проснулся, заплакал. Укачав, она проворочалась до утра, думая о будущем — оно рисовалось мрачным, но с освобождением. "А как я буду жить без Димы?"
Утром мобильный зазвонил — незнакомый номер, но она взяла.
— Я внизу у подъезда, могу подняться? — спросил Лёша.
Аня накинула халат, вышла на балкон, глянула вниз — фигура маячила. Увидев ее, помахал. Она поколебалась и кивнула. Впустив гостя, огляделась с любопытством.
— Пойдем на кухню. Кофе будешь? — предложила Аня.
— Кофе буду. Да и от бутерброда не откажусь. Поесть не успел, забегался весь день, — согласился Лёшка, разглядывая ее.
Аня приготовила завтрак, села рядом, наблюдая, как он уплетает. Ей стало легче на душе. За то, что муж вернется и застанет гостя, волноваться не стоило. В присутствии этого парня было хорошо и спокойно.
— Ань, давай так. Чего ты сама хочешь? Чтобы Дима вернулся и больше ни на кого не смотрел? — осторожно начал Лёша, явно стараясь не задеть ее чувства.
— А такое возможно? — усмехнулась Аня.
— Нет, горбатого могила исправит. Можно припугнуть, какое-то время поостережется. Но это ненадолго, — честно ответил Лёша.
— Есть она, и маленький сынок, где-то там далеко родители — они всегда помогут, но предпочитают держаться на расстоянии. Всё не так, как в мечтах, — сказала Аня.
— Вижу, не хочешь, и правильно. Гони его в шею, он не способен сделать счастливым кого-то, кроме себя любимого, — поддержал ее Лёша.
— А кто способен? Видимо, все люди такие: люби себя, чихай на всех, — грустно спросила Аня.
— Ага, и мне этот мультик нравится, про неправильного чертенка. Только ты ошибаешься, есть и другие, — неожиданно рассмеялся Лёша.
— Например? — зачем-то спросила Аня.
— Например, я, — серьезно ответил Лёша, не отводя взгляда.
В тишине было слышно, как капает вода из крана.
— И что это за мужик себе под нос бормочет? Инструмент найдется, хозяйка? — произнес Лёшка, вставая.
Он играючи починил кран, потом прошел по квартире, поправил сливной бачок и дверцу шкафа. Аня наблюдала, удивляясь себе: утром рыдала, размышляя, как жить без Димы, а сейчас по квартире ходит чужой мужик, и ей приятно.
— Вроде всё. Гони своего козла в шею, а потом за меня выходи. Я верный, со мной не пропадешь, — посмотрел на Аню Лёшка и вдруг сказал.
Аня едва не села мимо стула. А Лёшка подмигнул, попрощался и вышел. "Я не ослышалась?" — подумала она.
Прошло два дня, Дима не появился. На третий Аня поняла, что не хочет его видеть. Разозлилась на себя, на него и за час собрала его вещи, аккуратно сложив по сумкам. Написала сообщение:
— На развод согласна. Забирай вещи.
Дима приехал через два часа, злой, накрученный. Увидев сумки, насмешливо приподнял бровь.
— Вот значит как? Быстро ты решила. И что, готова вот так запросто разрушить семью?
— Это не мое решение, — напомнила Аня.
Однако он не слушал, размахнулся. Аня закрыла глаза, ожидая удара, услышала вскрик Димы. Что-то изменилось. Лёша, видимо, ждал в подъезде и вошёл следом, перехватил руку, сильно заломив за спину.
— Я тебя предупреждал. Тебе что сказано было? Забирай вещи и вали к своей шкуре, — тихо спросил Лёша у Димы.
— Руку! Не смей! Убью! — произнес Дима так, что поверил сам.
Однако он пытался выиграть, выступить хозяином:
— Ты что, знаешь его? А может, вы давно за моей спиной спелись? А ключ ты ему дала?
Вопросы сыпались горохом.
— Тебе какое дело? Ты ж разводиться задумал. Так вы что, мне рога наставили? — удивился Лёша.
Видимо, это волновало Диму больше всего — он забыл, что сам изменял.
— А что, проросли рожки и чешутся? Не мельтеши, разговор короткий, повторять не стану. Аня, иди к сыну, мы тут сами разберемся, — подначивал Лёша.
— Я кричать буду! — заволновался Дима.
Лёшка отпустил руку, и неверный муж продвигался к открытой двери, видимо, наровя улизнуть.
— Я сказал, сядь, — слегка повысил голос Лёшка.
Ноты прозвучали такие, что Дима повиновался.
— Аня, кажется, там мой тезка проснулся, — повернулся парень к девушке.
Та послушно вышла, неплотно прикрыв дверь. Малыш спал мирно, а у нее страх смешался с любопытством. Она села недалеко и стала прислушиваться.
— Деньги вернешь еще и сверху приплатишь, понял? — тихо говорил Лёшка.
Дима возражал, потому что Лёша добавил:
— А это не мои проблемы, где хочешь бери, а то еще на счетчик поставят. Михалыча уважают, тем более все обвинения с него сняты, скоро вернется, и мало тебе не покажется.
Дима забубнил что-то.
— А с этим сам разбирайся. Я бы на твоем месте когти рвал из города. Ты каким местом думал, когда с девкой Алишера замутил? Мало ли что она тебе говорила — сегодня бросил, завтра опять нужна.
— Алишер обещал найти пакостника и на ремни порезать. А если ему намекнуть, кто с его подружкой кувыркался? Девка отже подставит. А вот тебе точно не жить. Всё понял? Тогда хватай вещички и выметайся.
— И с разводом не тяни, сейчас это просто, даже присутствия не требуется. Еще раз напоминаю: чтобы все деньги до конца недели на карту вернул. На стол клади — и больше не задерживаю.
Через пять минут дверь хлопнула — видимо, Дима выражал негодование. Потом тишина.
— Ань, выходи, — позвал Лёшка спокойным голосом.
С бьющимся сердцем Аня вышла. Удивительно, сынишка не проснулся, спал, не подозревая бурь в квартире и грядущих перемен. Ни Димы, ни вещей не было.
— Спит? — спросил Лёшка, как будто это было главным.
— Спит, — ответила Аня, а потом сорвалось.
— Лёш, а ты кто? Бандит?
— Малыш, а других вариантов в твоей светлой голове не было? Почему сразу бандит-то? — улыбнулся Алексей, оглядел ее, собираясь с мыслями.
Аня молчала, краснея.
— Подслушивала? И выводы сделала. Конечно, ты с другой стороны на ситуацию не взглянула, — хитро подмигнул Лёшка.
— То есть ты... — начала Аня и запнулась.
— Ага, мент я. Полицейский по-нынешнему. Хотя слово другое, а суть одна. Есть такой отдел по борьбе с экономическими преступлениями. Слышала? — вздохнул Лёшка.
— Да. Получается, мой отец он... — неуверенно проговорила Аня.
— Ты сейчас опять неправильно думаешь, потом стыдно будет. Надо же верить кому-то в этом мире, хотя бы близким. Давай я не буду рассказывать, вот вернется Сергей Петрович и сам объяснит, что сочтет нужным. Договорились? — стало серьезным лицо парня.
— Он вернется? А когда именно? — повторила Аня.
— Теперь уже скоро. Еще вопросы будут? — улыбнулся Алексей.
— Кто такой Алишер? — быстро спросила Аня.
— Бандит, покруче твоего бывшего. Дима горазд запасть на его бывшую девицу, правда, но это ничего не меняет — неприятности его ждут большие. Но тут, как говорится, каждый сам кузнец своего счастья или несчастья. Еще что-нибудь хочешь узнать? — помрачнело лицо Алексея.
— Я тебя еще увижу? — выпалила Аня и замерла.
Лицо парня стало серьезным.
— А ты бы этого хотела? — спросил он.
Аня кивнула, сердце гулко билось.
Алексей подошел, обнял и поцеловал в губы. В этот момент раздался плач Миши.
— Ишь ты, ревнует. Старший, конечно. Я же твой телохранитель, — с трудом оторвавшись, улыбнулся Лёша.
— Хранитель. Ты мой ангел-хранитель, — поправила Аня едва слышно.
— Ангел из меня... Ладно, иди к сыну. Пора мне, работа, — вздохнул Алексей, и вышел, оглянувшись на пороге.
Аня стояла, глядя во все глаза. Вздохнув, Лёшка вернулся, поцеловал крепко, так что сердце забилось яростно, потом отпустил и вышел, закрыв дверь.
Аня пошла к сыну, подхватила на руки и проговорила, обращаясь то ли к нему, то ли к себе:
— Кажется, мы на пороге больших перемен, и я думаю, они к лучшему.
Аня подала на развод. Деньги, снятые Димой со счета, вернулись. А через неделю приехали родители. Отец осунулся, постарел, но держался бодро. Состоялся непростой разговор, многое прояснивший. Оказалось, путешествие по Европе было вынужденным — родители скрывались от бандитов, наехавших с требованием разработок схем для вывода финансов. Ниточки вели наверх, отказ грозил последствиями. Бандиты требовали конфиденциальную информацию о финансовых потоках, и отец отказался, зная риски. В итоге пришлось уехать, чтобы защитить семью, пока друзья помогали разобраться.
Лёша работал в группе, которая занималась этим делом. Его начальник был замешан по самые уши, а Лёшу подставили — ему грозило не просто увольнение, а реальный срок. Сергей Петрович, отец Ани, дал показания, которые полностью оправдали молодого полицейского, но при этом подставили его самого под удар. В итоге, объединив силы с друзьями отца, они уладили ситуацию. За безопасностью Ани присматривал Алексей — сначала из-за обещания, данного Сергею Петровичу, а потом, видимо, потому что сам влюбился.
— Анют, ты извини, но твой Дима нам с самого начала не понравился, слишком уж он себя любит, — вздохнула мать.
— И родители его живут в Липецкой области, они даже не в курсе, что сын женился и у него ребенок появился. Он с ними давно не общается — взять с них нечего, вот и бросил на произвол судьбы. Да он уже и не твой совсем, — добавил отец.
— Ты лучше к Лёшке приглядись. Правильный парень, настоящий, с таким точно не пропадешь, — подмигнул отец.
Аня густо покраснела и кивнула:
— Да, он такой. А ты что думаешь, карапуз? — шутливо обратилась она к внуку.
Отец затискал малыша в объятиях, и тот, видимо, с ним согласился. Жизнь их действительно изменилась к лучшему. Отец вернулся к преподаванию, и на его работы теперь ссылались в серьёзных изданиях. Мама словно помолодела на несколько лет, с радостью забирала маленького Мишу к себе. У Ани наконец появилось время на спортзал и салоны красоты — она заметно похорошела, и на улицах на неё теперь оглядывались. Но её сердце было занято, так что на все эти взгляды она отвечала лишь улыбкой и спешила к тому, кто всегда её ждал.
Алексей стал частым гостем в маленькой квартире Ани, и благодаря его усилиям она превратилась в по-настоящему уютное место — ничего не ломалось, всё исправно работало, а готовка и уборка теперь занимали куда меньше времени. Хотя он всегда ел с таким аппетитом и был так благодарен, что кормить его было одним удовольствием. Уже через месяц состоялось знакомство с его родителями. Аня переживала, понравится ли она им — опыта в таких делах у неё не было, ведь Дима так и не удосужился представить её своим близким.
Но все её опасения оказались напрасными.
— Анюта приехала! Наконец этот оболтус удосужился невесту родителям показать. И как ты только его терпишь? — всплеснула руками миловидная женщина, улыбаясь той самой знакомой улыбкой — такой же открытой и лучистой, как у Лёшки.
— Я его люблю, — просто сказала Аня, в полной мере осознавая эту правду.
— Ты его люби, Анюта, он у нас славный и надёжный парень, — серьёзно сказала мама Лёшки.
— Я знаю, — так же серьёзно ответила Аня.
— О чём это вы щебечете? Мне кости моете? — спросил парень, выглядывая из дома, он помогал отцу и в разговоре до этого не участвовал.
Обе женщины переглянулись и дружно рассмеялись.
— Вот, малыш, смотри и запоминай. Женщины они такие — непредсказуемые и коварные, но без них этот мир стал бы скучным и невыносимым, — обратился Лёшка к сыну.
Малыш заулыбался в ответ, видимо полностью соглашаясь. За ужином выяснилось, что их отцы даже знакомы друг с другом, а общих интересов и друзей у них нашлось великое множество. Обратно они уезжали нагруженные домашними заготовками и с клятвенным обещанием приезжать чаще и не тянуть со свадьбой. Видимо, Лёшка послушался родителей, потому что свадьбу они сыграли быстро, не откладывая надолго. А через год у маленького Миши появилась младшая сестрёнка Катенька. Волосы у неё были пышные и кучерявые, совсем как у мамы. Аня была безумно счастлива, что её жизнь сложилась именно так, и, гордо вышагивая по улице рядом с мужем и двумя детьми, она думала о том, насколько верна пословица: не было бы счастья, да несчастье помогло. После свадьбы Аня и Алексей переехали в просторную квартиру, где каждый нашёл своё место – Миша обзавёлся собственной комнатой с игрушками, а Катенька росла в окружении заботы. Родители Ани часто приезжали в гости, помогая с детьми, а семья Алексея присылала домашние вкусности из деревни. Жизнь текла размеренно: Аня вернулась на работу, совмещая её с домом, Алексей продолжал службу, но теперь чаще бывал дома, а вечерами они гуляли всем семейством в том самом сквере, где всё началось. Со временем Аня полностью забыла о прошлом разочаровании, наслаждаясь настоящим счастьем.