Лето 1940 года. Только что принятый на вооружение тяжёлый танк КВ-1 уже считается недостаточно защищённым и вооружённым. Война в Европе наглядно демонстрирует стремительный рост калибров и толщины брони. Ответом советских конструкторов становится КВ-220 (Объект 220) — машина, которая должна была не просто усилить, а кардинально превзойти исходный образец.
Конструкторская логика КВ-220 с самого начала была безупречной. Если противник усиливает броню, нужно усиливать калибр. 85-мм зенитная пушка 52-К, пробивавшая на километр 88-мм броню, виделась идеальным решением. Грабинцы на заводе №92 блестяще справились с задачей, создав танковый вариант — Ф-30. Однако здесь и проявилась первая фундаментальная проблема: штатная башня КВ-1 для такой системы оказалась мала. Потребовалась новая, более габаритная башня, что повлекло за собой цепную реакцию изменений.
Расчётная масса в 56 тонн быстро превратилась в реальные 62,7 тонны. Длина корпуса выросла до 7820 мм, потребовав введения седьмого опорного катка. Бронирование достигло 100 мм по периметру. Это был уже не просто модернизированный КВ, а принципиально новая машина, по массе и размерам догнавшая отвергнутый ранее СМК.
Сердцем проблемы стал силовой агрегат. Штатный двигатель В-2 мощностью 500 л.с. для 62-тонной махины был явно слаб. Решением стал В-2СН с механическим нагнетателем от авиационного АМ-38, выдававший 850 л.с. Но именно здесь теория столкнулась с суровой практикой. Двигатель оказался «сырым» и ненадёжным. На испытаниях в январе 1941 года первый мотор вышел из строя после 106 км пробега, второй — и того раньше. Расход масла достигал литра на километр, а максимальная скорость не превышала 33 км/ч. Чупахин, главный конструктор завода №75, откровенно заявил, что не гарантирует надёжность опытного образца. Это был приговор: платформа не имела достаточного энерговооружения, а доводка мотора требовала времени, которого не было.
Тактическая ниша КВ-220 оказалась размытой с самого начала. С одной стороны, его 100-мм броня и 85-мм пушка делали его грозным противником для любого немецкого танка 1941 года. С другой — его гигантские размеры и масса делали его малоподвижным и сложным в эксплуатации. Он не вписывался в логику «универсального тяжелого танка», как КВ-1, и не дотягивал до уровня специализированного «истребителя танков» или «прорывного» танка, каким виделся перспективный КВ-3 с 107-мм пушкой и 120-мм бронёй.
Судьба двух построенных прототипов стала наглядной иллюстрацией этой неопределённости. С началом войны о них забыли, но в критические октябрьские дни 1941 года, когда враг стоял у стен Ленинграда, их бросили в бой. Однако сделали это странным образом: сняли уникальные башни с Ф-30 и заменили их на серийные от КВ-1 с 76-мм пушками. Так КВ-220 лишился своего главного козыря — мощного вооружения, превратившись просто в более длинный и лучше забронированный, но лишённый тактического преимущества КВ. Один танк (М-220–2) сгорел в боях под Усть-Тосно, второй пропал без вести.
Ирония судьбы заключается в том, что отдельные элементы КВ-220 всё же послужили до конца. Башня первого прототипа, установленная на бетонном основании в 22-м УР, стала долговременной огневой точкой «Победа». Второй танк был восстановлен и до 1944 года служил учебной партой в тылу.