Предыдущая часть:
К моменту, когда из подъехавшего такси вышел Николай, Оля уже выгуляла своего пса, отнесла его домой и вернулась с простым кнопочным телефоном, зарядкой и внешним аккумулятором. Энергичная женщина как раз вставляла сим-карту Ирины, когда к ним не слишком твёрдой походкой приблизился мужчина, от которого пахло алкоголем, сигаретами и неожиданно цветами. Выражение лица у Николая было недовольным, а не обеспокоенным, будто жена оторвала его от важных дел по капризу.
— Извини, Ирка, но ты сейчас выглядишь как героиня фильма, — неловко пошутил он, явно не осознавая серьёзность.
Оля набрала воздух, чтобы отчитать нетрезвого мужа подруги. Но от упрёков его спасла подъехавшая скорая. Без суеты, но расторопно и профессионально врач осмотрел Ирину и сообщил:
— Пострадавшую увозим в четвёртую больницу. Думаю, ей там придётся задержаться хотя бы на ночь. Если честно, смысла в сопровождении нет. Но если очень хотите, не станем препятствовать.
— Ну так как? — спросила Ирина.
Николай раздумывал, и она его опередила.
— Я поеду одна. Если что понадобится, позвоню мужу и попрошу привезти.
Оля успокоила подругу.
— Не переживай, лечись. Мы Милу не бросим.
Машина скорой уехала, а Оля коротко представила Дашу Николаю и предложила:
— Выводи собаку к подъезду, будем знакомить её с Дашенькой.
— Если мама согласится, то я вообще могу Милу на время к себе взять.
— Это было бы просто отлично, — выпалил Николай и, напевая что-то невнятно под нос, пошёл к дому.
Оля и Даша последовали за ним. Пока он ходил за собакой, женщина предложила девушке:
— Ты пока маме позвони, спроси разрешения, а потом трубку мне передай, пожалуйста. Кстати, как маму зовут?
— Мария Андреевна, — ответила Даша. — Ну, можно и просто по имени. Она у меня молодая.
Всё прошло предсказуемо. На просьбу приютить собаку мама ответила отказом, и Оля, будто ожидавшая этого, подхватила разговор.
— Вечер добрый, Мария Андреевна.
— Здравствуйте, — голос Дашиной мамы звучал настороженно и даже враждебно. — Что случилось? Кто вы такая и о какой собаке речь?
Смущаться или отступать перед грубостью Оля давно разучилась. За годы в общепите наслушалась всякого. К тому же она понимала тревогу матери за дочь. Стараясь говорить мягко, но убедительно, женщина терпеливо объяснила.
— Меня зовут Ольга Николаевна. Для своих просто Оля. Наверное, вы видели в городе кафе "Разносол". Я его хозяйка. Ну, это не главное. Просто говорю, чтобы вы не волновались за дочь. Я не мошенница. Сейчас своё селфи сброшу. Сравните с фото на нашем сайте, чтобы сомнений не осталось.
Судя по тихому стуку клавиш, Мария Андреевна так и сделала, потому что через пару минут спросила уже мягче.
— Итак, Ольга Николаевна, в чём дело?
— Во-первых, Мария Андреевна, спасибо, что такую дочку воспитали. Она сегодня очень помогла моей подруге.
Оля кратко пересказала события вечера, и собеседница совсем смягчилась.
— Слушайте, а может, это и хорошая идея, чтобы Даша собаку взяла на время. Мне перед дочкой стыдно. Приходится заниматься здоровьем сына, а она как будто в стороне. Только собака — большая ответственность. Не просто гулять, но кормить и в доме обустраивать.
— Не волнуйтесь, Мила сухой корм ест без проблем. Характер у неё спокойный, вещи не портит, насколько знаю. В общем, порядочная, милая собака. С нашей компанией собачников я Дашу познакомлю. У нас все приличные люди. И в любом случае подстрахуем. Если вашей дочке станет трудно, обязательно поможем. К тому же надеемся, что у Иры всё нормально и она скоро домой вернётся.
— Мама, ну пожалуйста, — громко попросила Даша. — Я потом всё тщательно уберу. Саша даже не заметит, что в квартире была собака.
— Ладно, — прозвучало из динамика.
— Ольга Николаевна, на всякий случай сбросьте мне ваш номер и контакт хозяйки собаки.
— Разумеется, Мария Андреевна, всего доброго. Сейчас телефон Дашеньке передам.
Девушка передала привет брату, а потом быстро попрощалась с мамой, потому что из подъезда вышел Николай с рыжей таксой. Мужчина, успевший переодеться и, судя по запаху, даже выпить кофе, с облегчением отдал поводок Оле, а та стала объяснять Даше основные правила обращения с собакой.
Хозяин со скучающим видом плёлся сзади, и казалось, эти хлопоты его тяготят. Так что, когда по окончании прогулки Оля объявила, что при желании он может передать Милу девушке на время, он чуть ли не бегом помчался за кормом.
Прошла неделя в больнице, где Ирина лечилась от перелома и порезов. Дежурный врач расстроил Ирину, сообщив, что, по предварительным оценкам, ей придётся провести в больнице как минимум неделю для наблюдения и лечения. Позвонив мужу и сообщив эту новость, женщина снова услышала упрёки.
— Как ты нас всех подвела, Ирка? Мама ждала, что ты хотя бы на выходных ей подсобишь. Юлия с Мишкой на море уехала, чтобы он отдохнул и сил набрался после стресса. Теперь мне одному за всех отдуваться придётся. Вот спасибо тебе огромное, удружила по полной.
— Николай, неужели ты думаешь, что я нарочно упала и ногу сломала? Мне, по-твоему, приятно в больнице валяться?
Затем Ирина начала перечислять мужу, что ей необходимо привезти, но вдруг резко замолчала, услышав в трубке тихий женский смех.
— Николай, а ты где сейчас?
— Как где? — искренне возмутился мужчина. — Дома сижу, сериал смотрю. Не шедевр, конечно, с этим глупым закадровым смехом, но хочется хоть как-то настроение поднять, когда весь день насмарку пошёл, а выходные обещают быть ещё хуже.
Ирина засомневалась в правдивости мужа, но хотела ему верить. Он же продолжал докладывать.
— Милу эта чокнутая девчонка забрала.
Женщине стало очень обидно за девушку, которая так самоотверженно ей помогла.
— Никакая она не чокнутая, добрая и ответственная, неравнодушная к чужой беде. Она, кстати, уже написала, что Мила успешно обживается у неё в квартире.
— Ну ладно, — примирительно согласился Николай. — На даче от собаки только лишняя морока была бы, она бы постоянно под ногами путалась, так что эта Даша подвернулась очень вовремя. Я просто пошутил. Ну, пока что ли.
— Подожди, Николай. Здесь приём передач с восьми до десяти утра и вечером с четырёх до шести. Было бы здорово, если бы ты утром всё привёз.
— Как ты себе это представляешь? Я в шесть утра планировал к боулингу заехать, машину с парковки взять и сразу на дачу двинуть, пока все не проснулись и дороги не забили.
— Николай, ну ты же можешь с охранником договориться. Оставишь ему посылку для меня, а в приёмные часы передадут.
— Ира, до больницы придётся крюк сделать, мне это совсем не по пути. Попроси свою маму. Или с Олей свяжись, или с этой Дашей. Я кому-то из них вещи завезу, и вопрос закрыт. Ну или закажи доставку. В гипермаркете наверняка есть и кружки, и ложки, и халаты с водой. Ты справишься, если захочешь.
— Ладно, всё с тобой понятно, — не скрыла разочарования Ирина. — Обойдусь как-нибудь.
— Ну не обижайся, Ира. Слушай, я, наверное, пойду спать. Завтра рано вставать. Давай пока.
Из простого телефона раздались гудки, и Ирина загрустила. Муж не спросил, как она устроилась в больнице, не поинтересовался, что ей привезти, не нашёл слов поддержки. Невольно вспоминались другие случаи, когда Николай скидывал проблемы на неё.
Женщина не слишком активно болтала с соседками по палате, отвечая односложно на их вопросы.
— Да, замужем, детей пока нет. Да, перелом, но без смещения, — ответила Ирина.
Голова была занята другим. Она никак не могла честно ответить на вопрос, который всё чаще задавала себе: была ли у мужа любовь к ней? Или Николай предложил съехаться, а потом жениться, только потому что мама подсказала.
За четыре года брака Ирина неплохо узнала свекровь и подозревала, что без её совета не обошлось. Она даже мысленно слышала увещевающий голос Светланы Петровны с нотками приказа и поёжилась, представив монолог.
— Коляша, эта простушка — хороший вариант. У неё своя квартира в приличном районе. Должность простая, не модная — инженер-конструктор на заводе, но предприятие на плаву, зарплату приносит регулярно. Главное, она от тебя без ума. Ей двадцать семь, последний шанс на семью. Нормального мужика найти почти невозможно. А тут ты пришёл, увидел, покорил. Женись, она будет тебе угождать, лучше не найдёшь. В целом не страшная, и могут другие позариться на такую удобную жизнь. Если не глупый, жилищный вопрос решишь. Ещё и прислуга бесплатная. Мама плохого не посоветует.
Палата погрузилась в ночной полумрак. Соседка справа тихонько засопела. С койки напротив послышалось похрапывание. Самая тихая пациентка у окна повернулась. Не спалось, несмотря на обезболивающее, и Ирине. Неприятный инцидент подарил не только боль, но и вынужденное безделье, позволявшее разобраться в жизни.
Это дома она бы сейчас хлопотала, готовилась к даче, а здесь, на продавленном матрасе, будто переосмысливала брак. Все четыре года она была удобной и беспроблемной. Ни с Николаем, ни с его роднёй не ругалась, предпочитая уходить от конфликтов заранее, и вот дождалась полного безразличия. Он уверен, что она со всем справится, и не тратит на неё даже минуты.
Всего-то сделать небольшой крюк, чтобы завезти вещи. Но Николаю не до этого. Хорошо хоть с Милой вопрос решился в пользу собаки. Конечно, было тревожно отдавать её даже ненадолго почти незнакомой девушке, но Даша вызывала полное доверие. В итоге, пролежав без сна всю ночь и стараясь не ворочаться, Ирина дождалась утра и только тогда позвонила маме, попросив привезти вещи. Всё равно она узнала бы о травме.
Встревоженная Екатерина Семёновна примчалась с другого конца города и не только передала посылку, но и выпросила разрешение зайти в палату, чтобы поухаживать за дочкой. Она старалась улыбаться, чтобы подбодрить Ирину. Нежно дула на ранки под повязками, с жалостью смотрела на загипсованную ногу и обещала приезжать ежедневно.
— Не надо, мама, — запротестовала Ирина. — Я здесь не задержусь. В понедельник главврач выйдет, и, думаю, с его разрешения меня отпустят. Дома ноге обеспечу покой, раны сама обработаю, да и родные стены помогут. К тому же не хочу, чтобы Дмитрий тебя упрекал, мол, всё время на меня тратишь.
Екатерина вздохнула. Дочь так и не приняла её замужество с Дмитрием, хотя прошло почти пять лет. Вскоре после появления мужчины в их квартире Ирина переехала в дешёвый хостел с минимумом вещей, досрочно расторгла аренду бабушкиной квартиры и окончательно поселилась в скромной двушке в тихом микрорайоне. Екатерина со временем перестала надеяться, что дочь нормально отнесётся к отчиму.
— Ира, милая, Дмитрий тебе не враг, — в который раз повторила женщина. — Моей любви на вас обоих хватит.
— Всё, мама, хватит, — попросила Ирина. — Я это слышала и согласна, что твой Дмитрий нормальный человек. Просто я правда не хочу здесь торчать. Дома и стены помогают.
— Ладно, дочка, хорошо, но если что-то понадобится, обязательно скажи.
Екатерина держала связь с дочерью, присылала полезные советы сообщениями. А Николай за выходные позвонил всего раз. На фоне слышался радостный шум. Семья отдыхала и веселилась, пусть не в полном составе. Мужчина даже не спросил, как Ирина себя чувствует. Его беспокоило только, забрала ли она заказанный для него товар из пункта выдачи, и женщина ощутила острое разочарование.
— А ты сумки так и не разобрал? В большом синем шопере в боковом кармане лежит твой заказ, — с обидой подсказала Ирина.
— Да уж, невестушка, здорово ты нам свинью подложила своим падением.
Внезапно из динамика раздался строгий голос свекрови, которая, видимо, отобрала телефон у сына.
— Коляша половину вещей из списка забыл купить и привезти. В общем, бросай притворяться и прохлаждаться в больнице. Поправляйся скорее, а то кто мне поможет.
— Спасибо за пожелания, Светлана Петровна, — ответила Ирина, давно понявшая, что стала для свекрови вроде прислуги, и добавила искренне. — Как говорится, знала бы, где упаду, соломку бы подстелила. Я и сама не рада, что здесь сижу.
Это была правда. Она бы сейчас предпочла крутиться на даче свекрови, выполняя её поручения, чем мучиться в больничной духоте и с трудом плестись в санузел в конце коридора. Ирина с радостью отмотала бы время назад, пошла другой дорогой или просто внимательнее смотрела под ноги, но такой возможности не было. Оставалось надеяться, что пребывание в больнице не затянется, дома станет лучше, и настроение поднимется.
Продолжение :