Во многих исторических центрах старых городов можно потоптать старую же брусчатку. Служила она долго и исправно для прогулок почтенной публики.
Но вот каково было передвигаться по ней на колесном транспорте, лучше не представлять. Все эти стыки, неровности и выбоинки – мрак. Тем более что и колёса колесного транспорта долгое время, прямо скажем, комфортом пассажиров не баловали.
Кареты и повозки с металлическими обручами (железными шинами) были стандартным решением в 17–19 веках. Эти обручи надевались на деревянные колёса для защиты от износа и повышения прочности на неровных дорогах.
Однако они делали езду жёсткой и шумной, передавая каждую вибрацию от камня или ямы. Металлические обручи появились ещё в античности, но массово использовались в Европе только с 18 века, особенно на дилижансах и фургонах.
В середине 19 века наш знакомый Чарльз Гудьир открыл процесс вулканизации резины (1840-е годы). Постепенно полосы из этого материала стали использовать для покрытия колёс. Езда оставалась жёсткой, но направление было выбрано правильное.
Шотландец Роберт Уильям Томсон запатентовал первую пневматическую шину в 1845 году. Это был полый резиновый тубус с воздухом для амортизации. Однако технология была дорогой и не прижилась из-за отсутствия подходящих транспортных средств.
В 1888 году произошёл поворотный момент. Ирландский ветеринар Джон Бойд Данлоп устал смотреть, как его сын дрыгается да трясётся, катаясь на велике, — сжалился над мальчишкой да и изобрёл пневматическую шину для колеса. Его решение было очень своевременным: велотранспорт был модным и на подъёме.
Кстати сказать, натуральная резина (из каучука) была известна с 16 века благодаря экспедициям Колумба и индейцам Южной Америки. Однако она таяла на жаре и трескалась на холоде, а потому массово не применялась.
О том, как решение Данлопа перекочевало в колесный транспорт, поговорим в следующий раз.