1941 год. Люфтваффе безраздельно господствует в советском небе, уничтожив тысячи самолётов на аэродромах в первые недели войны. Красная Армия отчаянно нуждается в технике, и Запад бросает ей спасательный круг — программу Ленд-Лиза. Среди первых партий, пришедших в Мурманск, — не грозные «Летающие крепости» B-17, а лёгкий двухмоторный бомбардировщик Douglas A-20, известный союзникам как «Havoc» («Опустошитель»), а советским лётчикам — как «Бостон». Именно ему было суждено стать одним из самых эффективных и недооцененных инструментов морской войны, превратившись из тактического бомбардировщика в главного охотника за кораблями Оси.
Конструкция A-20 с самого начала сулила интересные перспективы. Под руководством легендарного Эда Хайнемана был создан цельнометаллический свободнонесущий моноплан с высоким расположением крыла и трёхстоечным шасси с носовой стойкой. По аэродинамике он опережал своё время, а два звездообразных двигателя Pratt & Whitney R-1830 обеспечивали крейсерскую скорость до 540 км/ч — быстрее многих истребителей раннего периода войны. Истинная эффективность «Бостона» проявилась в советской доктрине применения, где его характеристики получили системное использование.
Советские ВВС ВМФ подошли к машине с практичностью, граничащей с гениальностью. Стандартный A-20G с «глухим» носом, набитым шестью 12.7-мм пулемётами, был мощным штурмовиком, но для работы над морем требовался глаз штурмана. Советские инженеры нашли элегантное решение: они массово заменяли цельнометаллический нос на застеклённый, сохраняя при этом два нижних пулемёта. Это превращало самолёт в идеальный разведчик-бомбардировщик. Дальнейшие модификации позволили крепить на внешней подвеске советские торпеды 45-36-АН и морские мины АМГ-1 и АМД массой до 1000 кг. «Бостон» мог нести одну торпеду или до двух тонн бомб, что делало его универсальным носителем самого разного смертоносного груза.
Тактика применения «Бостонов» Авиацией ВМФ отрабатывалась до совершенства. Вылет начинался с разведки, часто на тех же A-20. Обнаружив конвой, советские лётчики наносили комбинированный удар: первыми шли Ил-2, которые пулемётно-пушечным огнём подавляли зенитные расчёты на палубах кораблей эскорта. За ними, с пикирования, атаковали Пе-2.
Финальным аккордом был залп «Бостонов», которые либо сбрасывали торпеды с дальней дистанции, либо шли на сверхмалой высоте, применяя тактику «топмачтового бомбометания» — самолёт подходил к цели на высоте 20-30 метров, сбрасывая бомбы с таким расчётом, чтобы они, рикошетя от воды, попадали в борт судна. Для корабельных зенитчиков это был кошмар — цель появлялась внезапно и оставалась в зоне поражения считанные секунды.
Боевой путь «Бостонов» пролегал по всем морским театрам военных действий СССР. В Чёрном море самолёты 36-го МТАП (Минно-торпедного авиаполка) стали главной угрозой для эвакуирующихся из Крыма немецких и румынских войск. 18 апреля 1944 года группа A-20G атаковала румынский транспорт «Alba Lulia». Несмотря на мощный эскорт, бомбы легли точно, пробив борт и вызвав детонацию боеприпасов. Судно, перевозившее в том числе и советских военнопленных, было тяжело повреждено и позже списано. Это был типичный эпизод: «Бостоны» действовали дерзко, часто без истребительного прикрытия, полагаясь на скорость и внезапность.
На Балтике «Бостоны» 1-го ГМТАП и 51-го МТАП занимались «чёрной работой» — охотились на конвои, ставили мины на фарватерах и штурмовали порты. Яркой страницей стала операция по уничтожению плавучей батареи ПВО «Ниобе» в порту Котка. Корабль, бывший голландский крейсер, был превращён в крепость с восемью 105-мм орудиями и счетверёнными 20-мм «эрликонами». Советская разведка отследила его прибытие, и 16 июля 1944 года был нанесён комбинированный удар. После атак Ил-2 и Пе-2, четыре A-20G 51-го МТАП вышли на боевой курс на высоте мачт и добили «Ниобе» двумя тысячекилограммовыми бомбами. Корабль затонул с большей частью экипажа.
Но настоящим венцом карьеры советского «Бостона» стала борьба с немецкой эвакуацией в Балтике в 1944-45 годах. В ходе операции «Ганнибал» немцы пытались вывезти морем сотни тысяч солдат и беженцев из Курляндии и Восточной Пруссии. Это стало для советской морской авиации настоящим «сезоном охоты». A-20, действуя в любую погоду, днём и ночью, топили транспорты один за другим. 31 октября 1944 года торпеда с «Бостона» отправила на дно транспорта «Бремерхафен», погибло 410 человек. 4 мая 1945 года, уже за несколько дней до капитуляции, «Бостоны» 51-го МТАП добили бывший рейдер «Орион».
Итоги службы «Бостона» в СССР впечатляют. Советские лётчики провели на них более 200 успешных атак, подтвердив потопление 40 боевых и транспортных судов общим тоннажем свыше 100 000 тонн. Мины, выставленные A-20, стали причиной гибели ещё как минимум десятка кораблей. За эти подвиги шесть лётчиков морской авиации, воевавших на «Бостонах», были удостоены звания Героя Советского Союза, а несколько полков стали Гвардейскими.
В целом история Douglas A-20 в СССР — это пример того, как грамотная адаптация чужой техники под свои тактические нужды может породить оружие исключительной эффективности. «Бостон» не был самым защищённым или самым мощным самолётом. Но его скорость, живучесть и, главное, универсальность сделали его идеальной платформой для морской войны на коммуникациях. Пока в небе были «Бостоны», ни один корабль Оси не мог чувствовать себя в безопасности даже у собственных берегов.