Предыдущая часть:
По мере своего преображения Дмитрий смотрел в зеркало и чувствовал, как в нём пробуждаются азарт и решимость. Он был готов к любым неожиданностям и намеревался играть свою роль до конца. Яркое летнее солнце ослепительно играло на стёклах окон, когда к воротам детского дома номер семь подъехал солидный чёрный седан. Из машины вышел мужчина средних лет в строгом костюме, короткой стрижкой и густыми чёрными усами.
На переносице у него красовались очки в роговой оправе, придающие ему вид типичного чиновника. Дмитрий Андреевич, а точнее сейчас уже Дмитрий Петрович, хмуро оглядел обшарпанный фасад здания и, расплатившись с таксистом, направился к воротам. Постучал в калитку, и через минуту показался испуганный охранник.
— Министерство образования, — отрезал Дмитрий Петрович властным тоном. — Плановая проверка. Доложите директору.
Охранник, не задавая лишних вопросов, тут же забегал, нажимая кнопки домофона. Через пару минут к воротам выскочил запыхавшийся Павел Николаевич. На его лице застыла гримаса натянутой любезности.
— Здравствуйте, здравствуйте, — затараторил он, открывая калитку. — Проходите, пожалуйста. Какая честь для нас! Я право не ожидал.
— Но это-то понятно. Проверки никто не ждёт и никто о них не предупреждает, — деловито заметил Дмитрий. Павел Николаевич, казалось, совершенно потерял дар речи.
Он так и не попросил у проверяющего документов, боясь навлечь на себя гнев вышестоящего начальства. Директор лишь лебезил и рассыпался в комплиментах, стараясь угодить высокому гостю. Дмитрий, сохраняя невозмутимый вид, прошёлся по коридорам детского дома, критически осматривая всё вокруг. Подражая поведению проверяющего, он делал вид, что что-то записывает в блокнот, задавал формальные вопросы о питании, гигиене, безопасности воспитанников.
Павел Николаевич, заикаясь, отвечал на вопросы, стараясь представить всё в самом выгодном свете. Что ж, — сказал Дмитрий, наконец остановившись у приёмной директора. Теперь пришло время ознакомиться с документацией. Журнал учёта воспитанников, личные дела. Надеюсь, всё в полном порядке. Павел Николаевич засуетился ещё больше. Конечно, всё в лучшем виде.
Проходите в мой кабинет, там будет удобнее. Я сейчас всё принесу. Он проводил Дмитрия, усадил его за стол и поспешно принёс толстую тетрадь, а также стопку личных дел в папках. Всё здесь, Дмитрий Петрович. Прошу вас, не стесняйтесь. Если что-то понадобится, обращайтесь, — пробормотал он и поспешил удалиться, оставив проверяющего одного.
На самом деле Павел Николаевич далеко не ушёл. Он знал, сейчас решается его судьба, и не мог просто так положиться на волю случая. Хитрый управленец прильнул к специально оставленной щёлке в двери и принялся внимательно следить за каждым движением ревизора. Дмитрий, думая, что за ним никто не наблюдает, немного расслабился и принялся тщательно изучать журнал учёта. Переодетый врач быстро перелистывал страницы, выискивая знакомое имя.
И вот наконец его взгляд зацепился за нужную строчку. Самойлов Артём Андреевич, 8 лет. Дата рождения соответствовала, а рядом с именем стояла пометка: Готовится к усыновлению Орловской Ольги Сергеевны. Дмитрий замер. Значит, пациентка говорила правду, а директор нагло соврал Анне, когда она пришла в детский дом. Он отыскал личное дело Артёма и принялся его изучать.
Фотография мальчика, приложенная к анкете, пронзила его сердце. Большие печальные глаза смотрели на него, словно прося о помощи. Внезапно ему показалась знакомой эта фамилия. Самойлов, где же он раньше её слышал? И тут его осенило. Дрожа от охватившего его волнения, Дмитрий вспомнил случай восьмилетней давности, когда он, ещё зелёный врач, только начинавший свою карьеру в реанимации, не смог спасти роженицу Анастасию Самойлову. Раньше Дмитрий винил себя в той смерти, хотя вины не было, и теперь судьба дала шанс помочь сыну той женщины.
Женщине пришлось экстренно делать кесарево сечение, но у неё оказалась плохая свёртываемость крови. Врачи боролись за её жизнь до последнего, но всё было тщетно. Малыша удалось спасти, его мать нет. Дмитрий тогда сильно горевал, винил себя во всём, считал, что мог бы сделать хоть что-то лучше, чтобы спасти эту молодую женщину. Формально его вины не было, ведь действовала сводная бригада, и ответственности на нём было не больше, чем на всех остальных, включая анестезиолога, хирурга и заведующего отделением.
Тем не менее, молодой доктор в мельчайших деталях запомнил лицо роженицы, а ещё её бледную кожу и испуганный взгляд. Дмитрию навсегда врезалось в память, как он держал на руках её новорождённого сына, пытаясь успокоить его. Врач тогда долго не мог прийти в себя после смерти пациентки. Он даже ходил в церковь. Батюшка сказал ему тогда: "Не вини себя, на всё воля Божья.
Ты сделал всё, что мог. Так что теперь просто помоги другим людям вернуть себе здоровье, обрести счастье". И вот теперь, сидя в кабинете директора детского дома, Дмитрий понимал: Артём — тот самый мальчик, которого ему удалось спасти 8 лет назад. И, похоже, судьба свела их снова, чтобы дать врачу новый шанс. Дмитрий прикрыл глаза, пытаясь держать подступившие слёзы. Он понимал, нельзя уйти просто так.
Он должен помочь Артёму и Оле. Внезапно дверь кабинета с грохотом распахнулась. На пороге появился Павел Николаевич. Лицо его исказилось от злобы. Рядом с ним стоял здоровенный охранник, готовый к действию.
— Эх ты, самозванец! — прорычал директор, сверкая глазами. Я всё понял. Ты не из министерства. Кто ты такой? Что здесь вынюхиваешь?
Дмитрий, не растерявшись, медленно поднялся из-за стола. Он понимал, его игра окончена, но отступать не собирался.
— Павел Николаевич, ты лжец, и это тебе дорого обойдётся, — спокойно ответил доктор.
При этом он украдкой достал из кармана телефон и, быстро набрав номер полиции, отправил заранее набранное сообщение. "Я нахожусь в детском доме номер семь. Здесь происходит преступление". Он успел позвонить в полицию заранее по пути, объяснив ситуацию, так что наряд был уже в пути. Не успел Дмитрий опомниться, как охранник набросился на него. Но реаниматолог, несмотря на свою интеллигентную внешность, оказался довольно ловким. Он мастерски увернулся и, оттолкнув охранника, выиграл несколько секунд.
Наконец в кабинет через 10 минут ворвался дежурный наряд. Полицейские быстро скрутили Павла Николаевича и его охранника, повалив их на пол.
— Что происходит? — строго спросил один из прибывших, глядя на Дмитрия.
Переодетый врач, отдышавшись, вкратце описал ситуацию. Он рассказал о Ольге, Артёме, лжи директора и своих подозрениях в отношении мужа пациентки. Полицейские внимательно его выслушали, а затем принялись допрашивать Павла Николаевича прямо на его рабочем месте. Под давлением улик и свидетельских показаний директор сломался.
Он признался во всём. Рассказал, что получил крупную взятку в 500 тысяч от мужа Ольги за то, что говорил всем, будто Артёма не существует, и выставлял её сумасшедшей. Павла Николаевича забрали в полицейский участок. Дмитрий теперь уже без грима и в своём обычном виде почувствовал огромное облегчение. Собравшись духом, врач попросил одного из воспитателей показать ему Артёма.
И через несколько минут в кабинет вошёл маленький мальчик с большими грустными глазами. Дима присел перед ним на корточках и улыбнулся.
— Привет, я друг тёти Ольги. Она тебя очень любит и передаёт тебе огромный привет. Она скоро поправится, и вы обязательно встретитесь.
Артём тихонько всхлипнул.
— Она меня не бросит, не передумает меня усыновлять.
Дмитрий обнял паренька.
— Нет, она никогда тебя не бросит. Ольга очень добрая и любящая женщина. Поверь, она мечтает стать твоей мамой.
Он провёл с Артёмом немало времени, разговаривая с ним и успокаивая его. А чуть позже, приехав в клинику и зайдя в палату к Ольге, рассказал ей обо всём, что произошло. Она слушала, затаив дыхание. Её глаза наполнились слезами радости и благодарности.
— Вы меня очень выручили, — прошептала Ольга, сжимая руку врача. — Спасибо, что так помогаете.
Реаниматолог улыбнулся.
— Теперь всё будет хорошо. Вы поправитесь и заберёте Артёма домой.
— И на Сергея, я думаю, ждёт суд.
— Да уж, я буду с ним судиться до самого конца, — воскликнула Ольга, и в её голосе зазвучала сталь. — Я не позволю ему разрушить мою жизнь.
Прошло несколько дней. Состояние Оли улучшалось на глазах. Её физические травмы оказались не такими серьёзными, как предполагалось в начале. Душевная боль, конечно, не отступила, но Оля находила в себе силы бороться. Ежедневно её навещали юристы, с которыми она проводила долгие консультации, готовясь к предстоящему суду над Сергеем.
Ольга была полна решимости наказать его за все злодеяния и вернуть свой бизнес. По прошествии двух недель настал день суда. Зал был переполнен журналистами и зеваками, жаждущими сенсаций. Ольга вошла с гордо поднятой головой, поддерживаемая под руку Дмитрию. Она чувствовала его поддержку и понимала, что не одна в этой борьбе. Во время заседания Ольга то и дело сжимала кулаки, вспоминая предательство, и это помогало ей держаться.
Сергей сидел на скамье вместе со своей пассией Светланой, сжавшись и опустив взгляд. Ещё никогда ранее он не выглядел таким испуганным. Рядом с ним находился адвокат, который пытался сохранять невозмутимый вид. Судебное заседание началось с выступления юриста Ольги, который подробно изложил суть обвинений. Он заявил, что Сергей, движимый жаждой наживы, пытался признать свою жену недееспособной, чтобы завладеть её бизнесом.
Помимо этого, адвокат предоставил доказательства вины Сергея, показания свидетелей, документы, записи разговоров. Юрист Серёжи всячески пытался защитить своего клиента, утверждая, что Ольга страдает психическим расстройством и не может адекватно распоряжаться имуществом. В качестве доказательства ушлый адвокат представил суду видеозаписи, на которых она вела себя довольно странно, словно находясь в состоянии лунатизма. Настала очередь Дмитрию давать показания.
Как лечащий врач, он рассказал о результатах анализов крови, в которых был обнаружен сильный нейролептик. Молодой реаниматолог доступно объяснил суду, что этот препарат вызывает галлюцинации и навязчивые видения, спутанность сознания, и что, скорее всего, Оле подсыпали его насильно. Адвокат Сергея пытался оспорить эти показания, заявив, что Дмитрий является заинтересованным лицом, поэтому его словам доверять нельзя. Но Дима был готов и к этому, предоставив результаты повторных анализов, сделанных независимой экспертизой, подтвердивших наличие вещества в крови Оли, взятых в день аварии.
Сергей наотрез отказывался признавать вину. Он утверждал, что не имеет никакого отношения к отравлению и что всё это клевета, заговор против него. Также муж отрицал, что подстроил аварию и говорил, что очень любит Олечку и желает ей только добра. В этот момент, не выдержав психологического давления, Светлана вскочила с места и крикнула на весь зал:
— Хватит, больше не могу. Это я подстроила аварию.
Все в зале, включая судью, замерли, потрясённые таким признанием. А через минуту, немного успокоившись, Светлана рассказала, что Серёжа обещал на ней жениться, если получит контроль над бизнесом жены. Она жутко ревновала Ольгу, ненавидела её, поэтому тайно повредила тормоза на её машине, не сказав об этом любовнику. В глубине души эта женщина хотела просто напугать её, но не ожидала, что всё обернётся такой трагедией. Авария была саботажем, чтобы ускорить планы Сергея.
Сергей побледнел и потерял дар речи. Он поверить не мог, что любовница его предала и привела на судебную скамью. После недолгого совещания был вынесен вердикт. Сергея и Светлану были признаны виновными. Их приговорили к длительным срокам тюремного заключения с отбытием наказания в отдалённых северных колониях страны, где им уже никогда не захочется рискнуть и захватить чужое наследство.
Ольга и Дмитрий покинули зал суда, всё так же держась за руки. Справедливость восторжествовала, и на душе стало легко.
— Дим, спасибо тебе огромное, — прошептала Ольга, глядя в глаза своему благодетелю. — Ты меня спас.
— Я просто хотел помочь, — ответил Дмитрий, нежно обняв её. — Ты заслуживаешь счастья.
— Я люблю тебя, — призналась Ольга, даже не знаю, что бы я без тебя делала.
— Я тоже тебя люблю, — с улыбкой ответил Дима, после чего взволнованно добавил: — Ты же, наверное, ничего не знаешь, но Артём уже согласился на то, чтобы мы были вместе.
Ольга улыбнулась. Слёзы радости потекли по её щекам, а Дмитрий вдруг достал из кармана кольцо.
— Ты выйдешь за меня?
Она не раздумывая ответила:
— Конечно, да. Я так рада.
После окончательного выздоровления Ольга, Дмитрий и Артём отправились в морской круиз. Солёный ветер обдувал лица, когда они стояли на палубе белоснежного круизного лайнера. Солнце золотило волосы Оли, а в её глазах отражалось бесконечное синее море. Дмитрий, чей взгляд был полон любви и нежности, обнимал её, а вокруг них, весело смеясь, бегал Артём, показывая на проплывающих мимо дельфинов. Ольга глубоко вдохнула, наполняя лёгкие свежим воздухом. Они наслаждались моментом, планируя будущую жизнь: общий дом, поездки с Артёмом, поддержку друг друга в работе и семье. Суд остался позади, как страшный сон. Она вернула управление своим бизнесом, доказала свою невиновность. Но самое главное обрела настоящую семью. Дима был не только талантливым врачом, но и прекрасным, любящим мужчиной. Он поддерживал её во всём, помогал преодолевать трудности и просто был рядом, когда это было нужно. А Артём стал для них настоящим сыном. Ольга любила его всем сердцем, старалась дать ему всё то, чего была лишена сама в детстве: любовь, заботу, внимание. Он рос весёлым, умным и талантливым мальчишкой. Хорошо учился в школе, занимался спортом и мечтал стать космонавтом. Ольга гордилась сыном и считала, что всё у него получится. Их отношения развивались постепенно: Дмитрий часто навещал Ольгу в больнице, они много разговаривали о жизни, а Артём привыкал к нему через совместные визиты и игры. Теперь они планировали свадьбу и дом, где все будут счастливы, без спешки, шаг за шагом.