Аудиокнига «Эрик Булатов рассказывает» вышла за несколько месяцев до кончины знаменитого художника. Он умер 9 ноября 2025 года, в 92-летнем возрасте. Воспоминания были надиктованы им в последний год жизни и теперь мы знаем из первых уст, что Эрик Булатов считал важным в своем времени и в своем творчестве, у кого учился и чьей дружбой дорожил.
Уже в главах о детстве виден целеустремленный и самостоятельный характер Булатова: он упорно занимался в кружке рисования при Доме пионеров, чтобы поступить в специализированную художественную школу, причем удачной стала лишь третья попытка. В школе его талант окреп, в 1952 году он завершил учебу там с серебряной медалью и был зачислен в Суриковский художественный институт без экзаменов. В вузе он тоже не ленился, был отличником и потому побывал в престижных творческих поездках в Арктике, в Индии. В те годы ему повезло познакомиться с художниками Робертом Фальком, Владимиром Фаворским и Артуром Фонвизиным, чьи работы и идеи научили студента Булатова понимать искусство.
Благодаря мемуарам, я погрузилась в творческие поиски молодых художников в 1060-1970-е годы, нашла объяснение для соц-арта, для экспериментов с цветом и светом на холсте. И почему-то в течение осени картины Эрика Булатова стали попадаться мне на многих выставках. Очевидно, правы те, кто называет его самым известным русским художником конца XX века.
В сентябре-октябре в ГМИИ имени Пушкина проходила выставка «Курс на север» и там я увидела две работы Эрика Булатова, студенческую «Чукотка. Бухта Провидения»(1955) и сияющую «Солнце. Остров Анзер» (1965).
Опять же в сентябре в Центре Зотов открылась выставка «Путь к авангарду: диалоги художников в журнале “А-Я”». Этот журнал выходил в Париже в 1979-1986 году и на его страницах впервые были опубликованы работы Эрика Булатова, наряду с Ильей Кабаковым, Виктором Пивоваровым и другими. На выставке можно увидеть смелый «Разрез»(1966) с визуализацией света и «Тающие облака»(1982) по мотивам известной фотографии Александра Родченко.
В октябре галерея «Открытый клуб» показывала акварельные портреты Артура Фонвизина, о котором Эрик Булатов вспоминает уважительно и почти восторженно. Именно булатовские пояснения помогли мне понять ценность живописи Фонвизина, я писала об этом в нашем блоге «Книжный слушатель».
А в начале ноября мы с друзьями заглянули в «Галеев-галерею» на выставку «XX лет работы», и первой же картиной оказалась великолепная «Агава» (1963) Эрика Булатова. Сумеречный свет на картине падает справа и меняет оттенок листьев с пыльно-зеленого на сизо-синий; угол зрения и сила света неоспоримо преобразовывают привычное и даже очевидное.
Вероятно, я назвала не все московские выставки и галереи, где этой осенью можно было встретить картины Эрика Булатова. В молодости он нередко дарил свои работы друзьям, поэтому сейчас их много в частных собраниях. Потом, когда художник стал знаменитым, его полотна охотно приобретались российскими музеями и коллекционерами. В последние годы было несколько крупных персональных выставок художника. Но теперь, в память о мэтре современного искусства, вновь хочется увидеть его картины в масштабной ретроспективе. И думаю, такая выставка скоро состоится.