В массовом представлении надводный флот СССР в годы Великой Отечественной - это что-то вроде гигантского музейного экспоната: стоял в базах, защищал гавани, стрелял по суше, но почти не вступал в морские бои. «Флот большого сидения», как язвили недоброжелатели.Но реальность куда сложнее и, что важно, намного интереснее. При желании можно найти десятки причин, почему крейсера и лидеры не рвались в атаки на конвои, не вступали в артиллерийские дуэли с Кригсмарине в открытом море. Но эти причины - не мифы, а холодная инженерия, математика риска и крайне конкретные технические особенности, о которых просто редко говорят.
Давайте разложим всё по полочкам.
1. Главная проблема: советские корабли были слишком ценными, чтобы рисковать ими безумно
В 1941 году Балтийский, Черноморский и Северный флоты имели: 3 линкора (формально - линкоры, фактически - модернизированные дредноуты), 7 крейсеров, 59 эсминцев и лидеров, 650+ малых кораблей, катеров и охранения.
Но!
За всю войну СССР не построил ни одного большого надводного корабля. Ни крейсер, ни лидер, ни эсминец проекта 7У так и не вышли на воду. Производить танки и самолёты было важнее. В то же время Германия и Италия строили новые эсминцы, миноносцы, торпедные катера. США только за 1942 год выдали 82 эсминца, Британия -ещё 35. Советские же флотилии к 1942 году выглядели как музейные экспонаты, которые нужно беречь как зеницу ока: любая потеря невосполнима. Грубо говоря:уничтоженный танк можно заменить за неделю, эсминец -никогда.
2. Отсутствие авиации - 90% проблемы
Море - это не только артиллерия и торпеды. С 1941 года море - это авиация. Если у вас нет превосходства в воздухе - любой надводный корабль превращается в мишень. На балтике в 1941 году у Люфтваффе было: до 600 боевых самолётов, плотная сеть аэродромов, разведка, пикировщики Ju-87 и торпедоносцы He-115.
А у Балтийского флота - 115 исправных самолётов и дефицит топлива. Полный разгром в воздухе. В таких условиях выход сердца флота - «Кирова», «Максима Горького», старых линкоров типа «Марат» - означал гарантированную гибель. Именно поэтому советские корабли дрались «от берега», под куполом своей ПВО, где могли хотя бы частично отбить атаки.
3. Минная война - главная ловушка Балтики
Балтика в 1941–1944 годах - это не море. Это сплошная шахматная доска смерти. Только Германия за войну выставила порядка 40 000 мин. Финляндия - ещё 8000.СССР - свыше 16 000. Итог: больше 50–60 тысяч мин на крошечном пространстве. Для сравнения: вся Атлантика за войну получила в 15 раз меньше. Крупные корабли просто не могли маневрировать. Выход в открытое море по узким фарватерам - это уже был бой. И смертельно опасный.
31 августа 1941 года - трагедия эсминцев «Гневный», «Гром» и «Стерегущий». Один за другим они гибли на минах, лишь пытаясь пройти Датские проливы. Любой выход крупного корабля - игра в «русскую рулетку» с магазином, набитым не пулями, а глубинными минами.
4. Реальный боевой потенциал флота был вовсе не в линкорах
И вот здесь то, о чём обычно не говорят. Главная сила советского флота вовсе не большие корабли. А вот что:
1) Огромная артиллерия флота по поддержке сухопутных операций
За 1941–1945 годы корабли и береговая артиллерия ВМФ выпустили: до 280 000 снарядов калибра 100–406 мм по сухопутным целям, подавили более 250 вражеских батарей, сорвали 40+ атак противника.
2) Массированная эвакуация
Одно из главных чудес войны - эвакуация Таллина (пусть и трагическая), потом Керчи, Крыма, Одессы, Ханко.Советский флот вывез: примерно 2 млн человек, десятки тысяч единиц вооружения, оборудование заводов. Это спасло армии, города и экономику.
3) Минная и противоминная война
72% всех потерь противника от надводного флота пришлись на мины, наши катера и минные постановщики закрывали направления, срывали перевозки, топили корабли противника, не вступая в прямой бой
4) Малые корабли - вот кто дрался по-настоящему
Торпедные катера, МО-4, сторожевики, тральщики - вот рабочая сила войны. Только торпедные катера Северного флота: провели 140+ атак, потопили 20+ кораблей, сорвали десятки немецких конвоев в Балтийском море. Они являлись главным ударным кулаком СССР на море.
5. Но были и прямые столкновения - просто они редки и локальны
Примеров мало, но они есть: Бой лидера «Ташкент» в Новороссийске – 1942. Под огнём сотен орудий и авиации он оказался почти чудом спасён - после уничтожения надстройки, прямых попаданий и гибели половины экипажа.
Бой эсминца «Сообразительный» (Балтика, 1941). Успешно отбил немецкую артиллерию и авиацию, обеспечив отход войск.
Действия «Бойкого» под Херсонесом. Эсминцы закрывали отход Приморской армии, стреляя почти в упор по немецким позициям.
Сражения в Баренцевом море. Эсминцы Северного флота регулярно выскакивали на перехват конвоев, вступали в перестрелки с немецкими миноносцами и ПЛО. Но против полноценного Кригсмарине (а тем более Люфтваффе) вступать в линейные баталии было самоубийством.
6. Итог: флот не бездействовал, он воевал так, как мог воевать в тех условиях
Советские большие корабли потеряли смысл в условиях:воздушного господства врага, тотальной минной блокады, отсутствия современных РЛС и ГАС, отсутствия массового строительства, нехватки топлива, узости Балтики и Черного моря, полной логистической привязки к базе.
Но это не значит, что флот «простоял». Он воевал иначе:
1. как артиллерийская армия на воде
2. как огромная спасательная и транспортная система
3. как минная сила
4. как флот малых ударных кораблей
И выполнял задачи, без которых фронт бы рухнул.
Финальный вывод
Если измерять роль флота по количеству линейных боёв -да, СССР «почти не воевал». Но если измерять реальный вклад: эвакуация городов, артиллерийская поддержка,минная война, перехват конвоев, доставка грузов в Ленинград, высадки десантов, удержание коммуникаций,разведка и ПЛО, подводные операции - то один лишь Балтийский флот сделал для победы не меньше, чем танковая армия.
Просто это была совсем другая, тяжёлая работа моря - не дуэли гигантов, а рутинная, смертельно опасная каждый день служба.