Когда нотариус Людмила Сергеевна открыла дело, я сразу почувствовала, что что-то не так. Она слишком долго молчала, водя пальцем по строчкам документа, потом сняла очки, протерла их платочком и надела обратно. Мы с сестрой Олей переглянулись.
Тетя Зина умерла три месяца назад, оставив нам двоим свою двухкомнатную квартиру на Ленинском проспекте. Детей у нее не было, мужа тоже, а мы были единственными родственниками, которые навещали ее последние пятнадцать лет. Каждую субботу я привозила ей продукты, Оля приезжала по средам с пирогами. Мы водили тетю по врачам, оплачивали лекарства, ремонтировали текущий кран на кухне. Она обещала оставить нам квартиру, мы и не сомневались в этом.
А сейчас нотариус смотрела на нас с каким-то странным выражением лица.
Вы действительно не знаете Киру Андреевну Соколову? - спросила она наконец.
Кого? - не поняла Оля.
Соколову Киру Андреевну. Ей шестьдесят восемь лет, проживает на улице Садовой.
Мы с сестрой снова переглянулись. Никакой Киры мы не знали и в первый раз слышали эту фамилию.
Нет, - ответила я. - А что?
Людмила Сергеевна тяжело вздохнула и развернула к нам документ.
Ваша тетя год назад составила новое завещание. Всю свою квартиру она завещала Соколовой Кире Андреевне. Завещание заверено, оформлено по всем правилам.
Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Оля схватилась за край стола.
Как это завещала? - выдохнула сестра. - Мы же... Мы столько лет за ней ухаживали! Каждую неделю к ней ездили!
Я понимаю ваши чувства, - нотариус говорила спокойно, но в голосе чувствовалось сочувствие. - К сожалению, завещатель имеет полное право распоряжаться своим имуществом по собственному усмотрению. Если завещание составлено правильно, оспорить его очень сложно.
А тетя Зина... она была в здравом уме? - я старалась говорить ровно, хотя внутри все кипело. - Может, ее обманули? Или заставили подписать?
На момент составления завещания медицинское освидетельствование не проводилось, но я лично беседовала с Зинаидой Петровной. Она была абсолютно вменяема, четко формулировала свои мысли. Никаких признаков давления или недееспособности я не заметила.
Оля вцепилась мне в руку.
Лен, это какая-то ошибка. Не может быть. Тетя нам сама говорила, что оставит нам квартиру. Помнишь, в прошлом году на Новый год?
Помню. Еще сказала, что мы как родные дочери для нее. А теперь вот так.
Можем ли мы хотя бы узнать, кто эта Соколова? - спросила я у нотариуса. - Может, встретиться с ней?
Людмила Сергеевна задумалась.
Я могу дать вам ее телефон. Дальше решайте сами, но имейте в виду, закон на ее стороне. Завещание законно.
Мы вышли из нотариальной конторы совершенно разбитые. Оля плакала прямо на улице, не стесняясь прохожих. Я чувствовала только пустоту и какую-то дикую несправедливость. Пятнадцать лет мы заботились о тете Зине, считали себя ее семьей, а она взяла и отдала все какой-то незнакомке.
В тот же вечер я позвонила Соколовой. Трубку взяли не сразу, а когда ответили, я услышала приятный мягкий голос.
Слушаю вас.
Здравствуйте. Меня зовут Елена, я племянница Зинаиды Петровны Кравцовой. Мне нужно с вами встретиться.
Наступила долгая пауза.
Понимаю, - наконец сказала женщина. - Приезжайте завтра к трем часам дня. Улица Садовая, дом двенадцать, квартира сорок семь.
На следующий день мы с Олей поехали вдвоем. Дом оказался старой пятиэтажкой с облупившейся краской на подъезде. Поднялись на четвертый этаж, позвонили. Дверь открыла полная женщина с добрым лицом и седыми волосами, собранными в пучок.
Проходите, девочки, - сказала она, словно мы были старыми знакомыми.
Квартира внутри оказалась уютной, с большим количеством комнатных растений на подоконниках и запахом свежей выпечки. Кира Андреевна усадила нас за стол на кухне и поставила чайник.
Я все понимаю, - начала она, пока вода закипала. - Вы злитесь и не понимаете, почему Зина так поступила. Я бы на вашем месте тоже злилась.
Вы хоть объясните, откуда вы вообще взялись! - не выдержала Оля. - Мы про вас никогда не слышали!
Кира Андреевна налила чай в чашки, медленно, будто обдумывая каждое слово.
Мы с Зиной познакомились в санатории два года назад. Обе приехали на лечение, нас поселили в один номер. Подружились сразу, оказалось, что у нас много общего. Она рассказывала про вас, про то, как вы заботитесь о ней. Я видела, что она вас ценит.
И при этом переписала на вас квартиру? - я не могла сдержать горечь в голосе.
Женщина посмотрела на меня грустными глазами.
Она не переписала квартиру просто так. Зина попросила меня о помощи. Видите ли, у нее были долги. Большие долги.
Какие долги? - опешила Оля. - О чем вы говорите?
Кира Андреевна встала и достала из шкафа папку с документами.
Ваша тетя взяла кредит три года назад. Двести тысяч рублей. Хотела сделать ремонт, но денег не хватило, пришлось обратиться в банк. Потом начались проблемы со здоровьем, лекарства дорогие, а пенсия маленькая. Она перестала платить по кредиту. Банк подал в суд.
Я похолодела. Тетя никогда не говорила нам про кредит. Ни слова.
И что дальше? - прошептала я.
Суд вынес решение в пользу банка. Долг вырос до трехсот тысяч с процентами и штрафами. Должны были описать имущество, продать квартиру, а Зину выселить. Она была в отчаянии. Боялась вам сказать, стыдилась.
Но мы бы помогли! - воскликнула Оля. - Мы бы что-то придумали!
Кира Андреевна покачала головой.
Она не хотела обременять вас. Говорила, что у вас своя жизнь, у Лены муж и дети, у Оли внучка маленькая. Она мучилась этим страшно. А потом попросила меня о помощи. Я согласилась.
О какой помощи речь? - я начинала понимать, но хотела услышать до конца.
Я погасила ее долг перед банком. Все триста тысяч. А взамен она переписала на меня квартиру. Мы составили договор, нотариально заверили. Квартира перешла ко мне, а Зина получила право пожизненного проживания в ней. Банк получил свои деньги и оставил ее в покое.
В кухне повисла тишина. Я смотрела на эту женщину и не знала, что чувствовать. С одной стороны, она спасла тетю от выселения. С другой, получила квартиру, которую мы считали своей.
И почему она нам ничего не сказала? - тихо спросила Оля.
Стеснялась. Боялась, что вы осудите ее за долги, за то, что не справилась. Просила меня никому не рассказывать. Я сдержала обещание, пока она была жива. Теперь считаю, что вы должны знать правду.
Кира Андреевна налила еще чаю, достала из духовки горячие булочки.
Я не нуждаюсь в этой квартире, девочки. У меня своя есть, пусть и поменьше. Но я вложила в спасение Зины свои деньги, которые копила много лет. Просто так отдать квартиру я не могу. Если бы могла, отдала бы.
Мы молчали. Вся злость и обида куда-то испарились, остались только усталость и грусть. Тетя Зина мучилась со своими долгами одна, не посмела нам довериться. А эта женщина, практически незнакомая, помогла ей в трудную минуту.
Что вы хотите сделать с квартирой? - спросила я.
Продать. Мне нужно вернуть деньги, которые я отдала за Зину. Но я готова продать ее вам по той же цене, что и заплатила. Триста тысяч рублей. Для рынка это почти даром, квартира стоит как минимум в три раза дороже. Но я не хочу на этом наживаться.
Оля посмотрела на меня. Я кивнула. Триста тысяч мы могли собрать вдвоем. Это было справедливо.
Мы согласны, - сказала я. - Когда можем оформить?
Кира Андреевна улыбнулась впервые за весь разговор.
Как только будете готовы. Я никуда не спешу.
Мы еще посидели за столом, пили чай с булочками. Кира Андреевна рассказывала про тетю Зину, про то, как они вместе гуляли в санатории, как Зина учила ее вязать, а она научила Зину печь пироги по особому рецепту. Я слушала и понимала, что тетя была не одинока. У нее появилась настоящая подруга, которая помогла в самый трудный момент.
Через месяц мы оформили сделку. Квартира снова стала нашей. Кира Андреевна получила свои деньги обратно и пригласила нас в гости, когда захотим. Мы обменялись телефонами и пообещали встречаться. Она оказалась хорошим человеком, и тетя Зина, видимо, это понимала.
Вечером того дня, когда мы получили ключи, я сидела в квартире тети одна. Оля уехала домой, а я осталась, чтобы разобрать вещи. На столе лежала старая фотография в рамке, где мы втроем с Олей и тетей Зиной на даче, все улыбаемся. Я взяла рамку в руки и прошептала:
Прости нас, тетя. Прости, что ты боялась нам довериться. Мы бы помогли. Обязательно бы помогли.
Но теперь все устроилось. Квартира снова в семье, долгов нет, а в моей жизни появилась еще одна добрая знакомая. Наверное, так и должно было случиться.
*************************************
Самые читаемые рассказы:👇👇👇
Медсестра заметила странную метку — и спасла ребёнка
Тот момент, когда я не выбрала — и всё само решилось
Подписывайтесь, чтобы видеть новые рассказы на канале, комментируйте и ставьте свои оценки.. Буду рада каждому мнению.