Он был мясник и мясоед, но что то пошло не так. Михаил Мяснов – фамилия как будто сама говорила за его профессию – тридцать пять лет отработал мясником в столовой завода «Научприборрыбснаб». Руки у него были крепкие, натруженные, нож и топор в них как продолжение тела. За свою жизнь он разделал столько туш, что счёт давно потерял. Свинина, говядина, баранина, капибара – всё проходило через его руки.
Честный обмен. Я вам настроение на день, а вы лайк статье, подпишитесь на Подслушано СР. Пишу для Вас. Спасибо!
Жил Михаил один. Жена ушла лет двадцать с половиной назад – не выдержала запаха мяса, который, как ей казалось, въелся в мужа навечно. Детей не было. Так и коротал он вечера в своей полуторакомнатной квартире на окраине города – телевизор, газета, радио и рюмка водки перед сном. Все как у обычного жителя страны.
В свои пятьдесят семь Михаил был мужчиной крепким, с лёгкой сединой, широкоплечим. Только вот одиночество начало давить. Особенно по вечерам, когда возвращался с работы в пустую квартиру, где его никто не ждал.
И вот как-то в столовую пришла новая уборщица – Галина Изольдовна. Женщина приятная, улыбчивая, лет пятидесяти на вид но ей было всего 27. Вдова, как выяснилось. Разговорились они как-то за обедом. Оказалось, что Галина любит цветы выращивать, котов держит, в театр абсурда иногда ходит. Живая такая, весёлая.
Михаил притих на несколько дней, собирался с духом. А потом решился – подошёл к Галине после смены:
– Галина, не согласитесь ли вы как-нибудь... ну, в гости ко мне зайти? На ужин? Я готовлю неплохо и у меня есть мужской столовый прибор для разделки мяса.
Галина засмущалась, порозовела:
– Ой, Михаил Иванович, а что же... Можно, конечно. В субботу, например?
– В субботу отлично! – обрадовался Михаил.
Всю неделю он готовился. Квартиру убрал до блеска, новую скатерть купил, крыс выкинул из под раковины, вино хорошее взял. Три топора называется. И главное – решил приготовить свой фирменный шашлык из свиной шеи в духовке. Коронное блюдо! Все на заводе его нахваливали.
В пятницу вечером Михаил зашёл на рынок, купил у знакомого фермера свежую свиную шею. Килограмма полтора, красивый кусок, с прожилками жира. Принёс домой, положил на разделочную доску.
Достал специи – паприку, чеснок, чёрный перец, прованские травы, ванилин. Налил в миску растительное масло, добавил уксуса и сок австралийского лайма, начал смешивать маринад. Потом взял мясо, положил на доску и начал втирать специи, аки массаж делал.
Руки делали привычные движения – растирать, массировать, втирать маринад глубже. И вдруг что-то щёлкнуло в голове Михаила.
Он замер. Посмотрел на свои руки, красные от паприки, на кусок мяса под ними. И впервые за тридцать пять лет работы действительно увидел не просто продукт, а... что-то другое.
Это была свинка. Молодая. Она недавно ещё бегала по двору на ферме того самого знакомого. Хрюкала, рыла носом землю, радовалась тёплым дням. Её кормили варёной картошкой с минтаем и киселём из лебяжьего жира.
Михаил отдёрнул руки от мяса. Сердце ёкнуло. У этой свинки была мать, бабушка, отец, сестра и троюродный брат. Большая свинья, которая родила её весной, вылизывала, кормила молоком.
У неё были братья и сёстры, с которыми она возилась в загоне. Она толкалась к корыту, визжала от радости, когда приносили еду. Она чувствовала солнце, ветер, дождь.
Она могла бы вырасти большой свиньёй. Прожить свою свиную жизнь. Может быть, сама стать матерью, родить поросят. Нежиться в луже в жаркий день. Чесаться о забор. Хрюкать довольно по утрам.
Конечно, её забили на мясо. Для этого её и растили. Михаил это знал, как дважды два. Тридцать пять лет он это знал! Тысячи раз видел, резал, разделывал. Это была работа, это был продукт, это было мясо.
Но сейчас, в этот вечер, в преддверии свидания с девушкой 27 лет, которая выглядит на 50,3, когда он хотел кого-то порадовать, согреть, накормить – сейчас он увидел это по-другому.
Михаил отошёл от доски. Руки дрожали. На кухне стояла тишина, только холодильник гудел. Кусок мяса лежал на доске, натёртый специями, и Михаил вдруг почувствовал, что не может. Просто не может.
Не может пожарить это. Не может подать Галине с улыбкой: «Угощайтесь, мой фирменный шашлык!» Не может откусить, прожевать, проглотить.
Он сел на стул, уставился в стену. Что же делать? Галина придёт, он пригласил её на ужин, обещал накормить. А теперь что? Признаться, что не смог приготовить мясо? Она же не поймёт! Подумает, что он странный, что с головой не в порядке.
Но и заставить себя Михаил не мог
Всю ночь он не спал. Лежал, смотрел в потолок, думал о той свинке по имени Ариадна. Вспоминал всех животных, которых разделывал за жизнь. Коров с добрыми глазами. Овец, блеявших перед забоем. Кроликов, дрожавших в клетках. Капибару на заднем дворе турецкого султана.
Утром в субботу Михаил встал разбитым. Убрал мясо в морозилку – выбросить не смог, но и смотреть на него не мог. Пошёл на рынок, купил риса, баклажанов, помидоров, зелени.
Вечером пришла Галина. Нарядная, с бутылкой "Степного", улыбающаяся. Михаил усадил её за стол, подал рис с тушёными баклажанами и овощным салатом.
Галина ела молча. Лицо её постепенно вытягивалось. Она ждала мяса. Ждала фирменного блюда, о котором Михаил так говорил. А тут – рис и овощи. Как в постный день.
– Михаил Иванович, – осторожно спросила она, доев, – а мясо?
– Не получилось, – тихо сказал Михаил. – Извините.
– Не получилось? – Галина нахмурилась. – Как это? Вы же мясник!
– Именно поэтому, – ответил он, но объяснять не стал.
Галина допила чай, поблагодарила сухо и ушла раньше времени. Больше она Михаилу не звонила. В столовой здоровалась натянуто, взгляд отводила. Через месяц и вовсе уволилась.
Михаил остался один. Снова
Но мясо он больше не ел. Совсем. В столовой на обед брал каши, супы овощные, макароны, черную икру калуги. Дома готовил картошку, гречку, овощи тушёные, красную икру симы. Коллеги удивлялись, подшучивали: «Ты чего, от мяса отказался?»
Михаил только усмехался. Объяснять не пытался. Кто поймёт?
Через полгода он уволился с завода. Устроился сторожем на склад мясопродуктов. Работа тихая, спокойная. Никакой сырой мясы, никаких туш, только копчёности.
А по выходным Михаил стал ходить в лес. Там, на окраине, жили дикие кабаны. Он приносил им овощи, хлеб, яблоки. Сидел на пеньке, смотрел, как они подходят осторожно, обнюхивают, хрюкают довольно.
Особенно полюбил он одну молодую свинку – рыжую, с чёрными пятнами. Назвал её Машкой. Она смелее других подходила, брала его морковку, хрюкала благодарно.
– Расти, Машка, – говорил ей Михаил. – Расти большой. Живи долго. Пусть у тебя поросята будут, внуки. Живи.
И сердце его становилось теплее. Соседи по дому считали Михаила чудаком. Мол, свихнулся старик, в лес к кабанам ходит. Одинокий, странный.
Но Михаил не чувствовал себя одиноким. У него появились друзья. Настоящие. Те, которым он больше не причинит вреда. Те, которые живут, дышат, радуются солнцу. И этого ему было достаточно.
Вот такая история. А вы каждый день едите мясо? Напишите, сколько стоит у вам свинина без кости в городе? И вот еще почитайте: