Я вышла в огород поливать помидоры, когда услышала треск и громкий стук. Обернулась и увидела, что одна из досок в заборе, разделяющем мой участок от соседского, треснула и свисает на гвоздях. А за забором мелькнула чья-то тень и послышался топот убегающих ног.
Подошла ближе. Доска была сломана пополам, гвозди погнуты, в заборе зияла дыра. Я ахнула. Забор я ставила только в прошлом году, потратила немалые деньги на материалы и работу. А теперь вот такое.
Первым делом пошла к соседям. Постучала в калитку. Вышла Марина Степановна, соседка лет пятидесяти, с которой мы всегда здоровались, но особо близко не общались.
— Здравствуйте, Нина Алексеевна. Что-то случилось?
— Здравствуйте, Марина Степановна. У меня забор сломан. Только что услышала треск и увидела, как кто-то убежал с вашей стороны.
Она удивленно подняла брови:
— С нашей стороны? Не может быть. У нас никого во дворе нет.
— Марина Степановна, там доска пополам треснула. Кто-то явно лазил по забору. У вас же сын подросток, Максим?
Лицо соседки изменилось. Она напряглась:
— Максим дома, в комнате сидит. Учит уроки.
— Может, вы спросите у него? Вдруг он что-то знает?
Она поджала губы:
— Нина Алексеевна, мой сын не хулиган. Он по чужим заборам не лазает.
— Я не говорю, что хулиган. Просто прошу выяснить, что произошло.
— Я с ним поговорю. Но уверена, что это не он.
Марина Степановна закрыла калитку, не пригласив меня во двор. Я постояла немного и вернулась к себе. Села на лавочку и задумалась. Максиму лет пятнадцать, обычный подросток. Иногда видела, как он гоняет на велосипеде по улице с друзьями, шумят, смеются. Но чтобы лазить по чужим заборам?
Вечером муж Петр вернулся с работы, я показала ему сломанную доску. Он осмотрел, покачал головой:
— Это точно кто-то лез. Видишь, здесь следы от обуви остались на соседней доске. Да и вес приличный был, раз так треснула.
— Думаешь, соседский мальчик?
— А кто еще? С нашей стороны никто не лазил бы, им проще через калитку зайти.
Петр предложил пойти к соседям вместе и поговорить серьезно. Но я решила подождать до завтра, не хотела устраивать скандал вечером.
На следующее утро я снова пошла к Марине Степановне. Постучала в калитку. Вышла она же, но на этот раз выглядела смущенной.
— Нина Алексеевна, я вчера с Максимом поговорила. Он сказал, что действительно лазил через ваш забор.
Я почувствовала облегчение оттого, что правда выяснилась:
— Ну вот видите. А зачем он лазил?
— Понимаете, у него мяч перелетел к вам в огород. Он хотел его забрать, полез через забор, а доска не выдержала.
— Марина Степановна, мяч можно было забрать по-другому. Позвонить в калитку, попросить. Я бы не отказала.
Соседка вздохнула:
— Я понимаю. Максим поступил неправильно. Но он же ребенок еще, не подумал.
— Ребенок или нет, а доска сломана. Её надо менять. Это стоит денег.
Лицо Марины Степановны стало жестким:
— И сколько вы хотите?
— Я не хочу денег, — сказала я спокойно. — Я хочу, чтобы доску починили. Либо ваш Максим с отцом займутся ремонтом, либо вы оплатите мастера, который сделает это.
Она помолчала, потом ответила:
— Хорошо, мы починим. Муж на выходных займется.
Я кивнула и ушла. Казалось, вопрос решен. Но прошла неделя, потом еще одна, а забор так и стоял сломанный. Я несколько раз видела соседа, Виктора Ивановича, во дворе, но он делал вид, что не замечает меня. Максим тоже прятал глаза, когда мы сталкивались на улице.
Тогда я снова пошла к соседям. На этот раз открыл калитку Виктор Иванович, мужчина лет пятидесяти с усталым лицом.
— Здравствуйте, Виктор Иванович. Мы с вашей женой договаривались, что вы почините забор. Прошло уже две недели.
Он почесал затылок:
— Да, я помню. Просто времени нет никак. Работы много, устаю.
— Виктор Иванович, доска сломана, у меня дыра в заборе. Кто угодно может залезть.
— Понимаю, Нина Алексеевна. Я обязательно займусь, только вот освобожусь.
— А когда вы освободитесь? Может, тогда лучше мастера вызвать? Я найду, а вы оплатите.
Он нахмурился:
— Зачем мастера? Я сам могу. Дайте еще недельку.
Я согласилась, но внутри чувствовала, что он тянет время. Прошла еще неделя. Забор так и не починили. Я начала злиться. Тогда мой муж Петр сам купил доску и в субботу заменил сломанную. Потратил несколько часов, но сделал все аккуратно.
Когда закончил, я пошла к соседям в третий раз. Постучала настойчиво. Вышла Марина Степановна:
— Нина Алексеевна, опять вы?
— Да, опять я. Мой муж починил забор сам, потому что вы не сделали это, хотя обещали. Доска стоила тысячу двести рублей, плюс крепеж еще триста. Всего тысяча пятьсот. Прошу возместить расходы.
Лицо соседки покраснело:
— Вы что, серьезно? Из-за какой-то доски такой скандал устраиваете?
— Марина Степановна, ваш сын сломал мой забор. Вы обещали починить и не сделали этого. Мы починили сами. Это справедливо, что вы возместите расходы.
— А может, доска сама была гнилая? Откуда мы знаем, что её именно Максим сломал?
Я не поверила своим ушам. Она же сама признавала вчера, что Максим лазил по забору!
— Марина Степановна, вы сами говорили, что ваш сын полез за мячом и сломал доску. Не надо теперь отказываться от своих слов.
— Я говорила, что он лазил. Но не говорила, что он сломал. Может, доска сама треснула от старости.
Я почувствовала, как внутри закипает:
— Забору год. Он новый. И следы от обуви на досках остались. Всё это можно доказать.
— Доказывайте, — отрезала соседка. — А мы платить не будем. У нас денег нет на ваши фантазии.
Она захлопнула калитку прямо перед моим носом. Я стояла и не могла поверить в такую наглость. Петр, услышав об этом разговоре, предложил вызвать участкового и написать заявление.
На следующий день я позвонила в полицию и объяснила ситуацию. Участковый, молодой мужчина по имени Андрей Сергеевич, приехал через два часа. Осмотрел забор, сфотографировал следы, выслушал мой рассказ. Потом мы вместе пошли к соседям.
Андрей Сергеевич постучал в калитку. Вышел Виктор Иванович, увидел форму и напрягся:
— Здравствуйте. Что случилось?
— Здравствуйте. Я участковый уполномоченный Смирнов Андрей Сергеевич. К вам поступила жалоба от соседки о порче имущества. Ваш сын, Максим, лазил через забор и сломал доску. Так ли это?
Виктор Иванович замялся:
— Ну, в общем, да. Он за мячом лез.
— Вы готовы возместить ущерб?
— А сколько там?
— Тысяча пятьсот рублей. Стоимость доски и крепежа.
Виктор Иванович почесал затылок:
— Это же копейки. Из-за такого участкового вызывать?
Андрей Сергеевич строго посмотрел на него:
— Копейки или нет, но это чужое имущество, которое было повреждено. По закону вы обязаны возместить ущерб. Если откажетесь, гражданка имеет право подать в суд.
Виктор Иванович вздохнул:
— Ладно, хорошо. Верну я эти деньги.
Он вышел из калитки, прошел ко мне:
— Нина Алексеевна, извините за жену. Она горячая, сгоряча наговорила. Мы вернем деньги.
Я кивнула. Виктор Иванович зашел домой и через минуту вышел с деньгами. Протянул мне полторы тысячи рублей. Я взяла, пересчитала и сказала:
— Спасибо. И объясните, пожалуйста, своему сыну, что чужое имущество надо уважать. Если что-то нужно, можно попросить по-человечески, а не лезть через заборы.
— Объясню, — кивнул он. — Еще раз извините.
Участковый составил акт о том, что спор урегулирован мирным путем, мы оба расписались. Андрей Сергеевич уехал, а я вернулась домой с деньгами в кармане и смешанными чувствами.
С одной стороны, я добилась справедливости. С другой стороны, испортились отношения с соседями. Марина Степановна теперь даже не здоровалась, когда мы встречались на улице. Виктор Иванович здоровался, но натянуто. Максим вообще прятался и шарахался в сторону, когда видел меня.
Но муж Петр сказал мне правильные слова:
— Ты поступила правильно. Нельзя давать людям садиться на шею. Сломали — должны починить или возместить. Это элементарная ответственность. А если они обиделись, значит, просто не хотели отвечать за свои поступки.
Прошло несколько месяцев. Отношения с соседями так и остались прохладными, но я не жалела о своем решении. Максима я больше не видела лазящим по заборам. Видимо, родители все-таки провели с ним серьезный разговор.
Эта история научила меня одному. Нельзя бояться отстаивать свои права, даже если это касается мелочей. Тысяча пятьсот рублей для кого-то копейки, но для меня это принцип. Если человек сломал чужое, он должен это исправить. И не важно, взрослый это или ребенок. Иначе дети вырастут безответственными, а взрослые будут думать, что им всё сходит с рук.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Мои Дорогие подписчики, рекомендую к прочтению мои другие рассказы:
Он сказал, что я стала скучной. Я просто перестала смеяться над его глупыми шутками
Соседская девочка рассказала, что мой муж приходит к их маме
Он всегда говорил, что я умная. Но я начала сомневаться в себе. И не знала, что делать с этим
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~